Ныряй глубже

Принц и принцесса

За окном снова шел снег. В этом году декабрь выдался просто магическим, нереально красивым и сказочным. Писателям, художникам, фотографам вдохновение даже ловить не надо. Оно, это вдохновение, просто повсюду. Выглянул в окно - пошёл творить. Вышел на улицу - захлебнулся от восторга, утихомирил внутреннего ребёнка и пошел творить. Я всегда любила зиму. С моей - то аллергией на холод это очень и очень иронично. Тёплые варежки, объемные шарфы, защитные крема с силиконами - мои верные друзья. Верный друг, вот седло! В путь так вместе… Ля-ля-ля!

Я сидела на кровати обнимку с ноутом и как сумасшедшая пялилась в экран. Августин Виардо всего за каких-то пару недель умудрился свести меня с ума! Вчера вечером он рассказал мне свою историю. И я, как человек чувствительный, разревелась! Ему, чёрт возьми, пришлось меня успокаивать.

***

- Почему ты плачешь? - подушечки его пальцев нежно коснулись моей скулы и смахнули слезу. А потом ещё одну и ещё одну. В конечном итоге Тин весь вечер вытирал мои слёзы. И сопли тоже.

- Мне тебя жалко. И твою маму. - всхлипывала я. Ничего не говоря, он притянул меня к себе и поцеловал в макушку.

- Не нужно тут никого жалеть, моя девочка. - и снова поцелуй в волосы. Руки на моей спине крепче сомкнулись. - Время назад не вернёшь. Мамы нет уже очень давно. Я уже привык.

- Не неси чушь. - заявила я, подняв голову и шмыгнув носом. Пусть это было резко, зато искренне. Тин слабо улыбнулся. А я пояснила :

- Нельзя к такому привыкнуть, Тин. Да и вообще.. У меня в голове не укладывается всё это! Грабители! Стрельба! Гемофилия… Твоя мама. И этот шрам. - я коснулась зигзага на его плече. Тин дернулся.

- Больно? - я убрала пальцы.

- Верни пальцы, Фин. - в этой просьбе были нотки приказа. В комнате всё ещё стоял полумрак. Горели свечи и лампочки. Играла музыка. Джордж Майкл. "Careless whisper".

"Time can never mend,

The careless whisper

of a good friend.."

Сказать, что я удивилась его словам, не сказать ничего. Но ослушаться не могла. Мои пальцы снова ощутили скользкий, безжизненный на вид рубец. Я заглянула в лицо Тина, которое казалось отрешенным. Боже - боже.. Мальчик мой. Что у тебя творится в голове?

- Веди по нему. Вверх. - раздался его хриплый голос.

Не понимая ничего, я последовала инструкции: сначала чуть вправо, потом чуть влево. Шрам был волнообразным. В один момент рука Тина слабо дернулась. И мой палец дернулся тоже.

- Верни. - снова просьба - приказ. Что он делает? Чего добивается? Я вновь осторожно коснулась этой чувствительной точки. - Пуля прошла сюда. В это место. - он внимательно заглянул мне в глаза. Что он хотел там увидеть? Жалость? Испуг? Но, готова поклясться, в моих глазах было восхищение. Мой сильный мальчик. Самый лучший мальчик на свете. И этот мальчик заслуживает крепких объятий и любви всего мира. Я обняла Тина за шею, в очередной раз вдохнув фантастический аромат хвойного леса. Так вот он какой.. Его лес. История Тина меня поразила. Уму непостижимо просто всё!

***

Зеленоглазику тогда было всего лишь тринадцать лет. Его отец Генрих в те времена только - только разрабатывал проект "Фоточарта" и часто задерживался допоздна на работе. Их было трое - Генрих, Тин и его мама Марина. Семья жила в довольно большом дома коттеджного посёлка. Одним вечером в дом проникли неизвестные. Чего они хотели, непонятно до сих пор. Во всяком случае Тин не знает. Возможно, хотели ценных вещей, которыми были полны дома такого типа. А возможно, чего-то другого..

На пути эти людям (хотя какие они люди?) попалась Марина Виардо. Женщина не побоялась вступить в схватку. Если это, конечно, можно так назвать. Мама Тина знала несколько боевых техник. На шум в комнату прибежал светловолосый мальчик. Тин. Разумеется, он испугался, но всё же не растерялся и кинулся в кабинет отца: в сейфе лежал пистолет, и Тин умел им пользоваться. Его научил отец. Причём научил незадолго до всех событий. Совпадение? Скорее да, чем нет.

Когда Тин во второй раз вбежал в комнату, он увидел маму, нависающую над грабителями (именно так сознание мальчика восприняло этих людей). Один из мужчин тянулся к пистолету, копия которого находилась в руках зеленоглазика. Но если Тин застыл и не мог пошелохнуться, то человек в маске всё же выстрелил. Он целился в сероглазую женщину (хотел освободиться или ослабить хватку), но рука соскользнула. Пуля вылетела и попала в правое плечо Тина. От острой боли у мальчика помутилось в глазах. Разумеется, Марина кинулась к нему. Вторая пуля уже точно попала в неё. И тоже в правое плечо. Рана была неглубокая и у Тина, и у его мамы. Вот только у Марины после рождения сына развилась гемофилия. Женщина буквально сидела на препаратах (в том числе и на экспериментальных), способствующих свертыванию крови.

Закончилась вся эта история трагично. Молниеносное появление Генриха спасло ситуацию, но не спасло Марину. Из-за сильного кровоизлияния в мозг женщина впала в кому, из которой так и не вышла. Тин и его отец не вылезали от психолога, которая, кстати говоря, в будущем стала женой старшего Виардо. Но.. Было ещё кое - что. Тин потерял не только маму, но и дедушку. Василий Виардо просто исчез из жизни мальчика.

***

- А как зовут жену твоего отца? - поинтересовалась я, лежа на груди Тина.