Ныряй глубже

Новогодний бал. Финальная часть

- Я смотрю, бабуля, тебе не особо интересен аукцион. – заключил Тин. Лицо Лидии Алексеевны скривилось.

- Да нахрен он мне нужен. У меня Новый год. Праздник. Чудеса. Компания хорошая. – во второй раз за вечер женщина мне подмигнула.

- Мы с вами солидарны. – я выразительно посмотрела на Тина.

Он, видимо, почуяв прожигающий щёку взгляд, повернул своё лицо ко моему. Не знаю, жертвой какого потока я стала, однако всё же не смогла удержаться от легкого поцелуя. Губы к губам. Всего на мгновение. Но сколько красоты в этом мгновении! Сколько чувства! Я даже не представляла, что можно так любить человека. Так, будто знаешь его всю жизнь. Так, будто он часть тебя. Часть, которую ты отвоюешь у всего мира при абсолютно любых обстоятельствах. И при этом ты до беспамятства благодарна мира за него.

- Как всё-таки прекрасна молодость. Как прекрасна любовь. – эти слова принадлежали Лидии Алексеевне.

Философия любви. Философия жизни.

- Будете дружкой на свадьбе? – крайне неожиданно для себя спросила я, не без труда оторвав глаза от Тина.

Лидия Алексеевна рассмеялась звонким девичьим смехом, а после выразительно уставилась на внука.

- А вы уже и свадьбу планируете? – вопрос предназначался Тину.

- Да не знаю, ба. Я сам только что узнал. Королевна, мы планируем свадьбу? – он выгнул бровь. И надо же! В глазах нет страха. Черт побери! Я его сейчас до смерти зацелую.

- Да это как-то само вырвалось. – попыталась оправдаться я.

- «Само вырвалось», мои дорогие, нередко показывает наши истинные желания. – сказала Лидия Алексеевна. – Так что, внучок мой любимый, дерзай! – она подмигнула Тину. – А насчёт подружки… - женщина переключила внимание на меня. – Неужели у тебя нет подруг, милая?

- Ещё как есть! – ответил за меня Тин.

- Ну вот… - протянула Лидия Алексеевна, делая глоток вина. – Пусть в платья они влезают, а я, может, в лосинах приду. Что мне в голову взбредёт еще... – она задумчиво посмотрела в сторону окна.

- Салатовый купальник вам очень идёт. – я вспомнила деталь нашей первой встречи.

- Предлагаешь в нем прийти на вашу свадьбу, милая?

Мы с Тином хохотнули, одновременно представив эту картину.

- Почему бы и нет. – я пожала плечами. – Как вашей душе угодно.

- Моей душе угодно, что вы двое подарили мне, старой больной пенсионерке, правнука или правнучку. Всегда мечтала о статусе прабабки. Только вслушайтесь. – она подняла к небу указательный палец. – Прабабушка! – Лидия Алексеевна с горделивой мечтательностью в голове произнесла слово, которое многих страшит. Хотя, наверное, страшит статус бабушки. Прабабушке как-то всё равно на всякие там статусы и имена.

- Мы постараемся. – ответил Тин. И правнучку, и правнука, и свадьбу. Да, Королевна?

- Да?

Ну и настрой!

- Да.

- Вот и замечательно, мои голубки. А сейчас я вас оставлю. Можете продолжить то, что начали. А то я уже слышу звуки моей любимой песни. Аукцион, слава богам, закончился!

С этими словами Лидия Алексеевна поставила бокал и убежала. На полном серьезе убежала!

Я прислушалась. Действительно, играло что-то попсовое. Что-то в стиле Владлена. Подождите-ка! Так это и есть Владлен.

Шоколадней шоколадного сиропа,

Слаще сладкого мёда

Моя любовь…

Я пою со сцены, вас чаруя,

Но её одну люблю я.

Эта песня для неё и о ней.

С ней я король королей!

(песня "Шоколад" группы "Под балконом")

- Ну что, моя невеста, выпьем вина? – предложил Тин и резко подхватил меня на руки.

- Я не твоя невеста. – улыбка сама собой появилась на лице.

- Это поправимо. – стало мне ответом. Не ровен час, и правда выйду замуж. Только бы не сегодня. Что я маме скажу? Ушла встречать Новый год свободной девушкой, вернулась со штампом в паспорте. А Делька меня вообще убьёт! Она моей свадьбы ждёт больше, чем своей собственной.

Через пару-тройку мгновений меня приземлили на пол в комнате-баре. Помимо самого бара здесь было кресло, идентичное тому, что стояло в соседней комнате. А также картина, покрытая тёмной тканью, и совершенно не вписывающийся в атмосферу кожаный чёрный диван. Собственно, на этот самый диван я и плюхнулась, пока Тин изучал бутылку вина, оставленную на подоконнике Лидией Алексеевной. Окно в этой комнате было таким же большим.

Мой взгляд зацепился за ткань, которая скрывала картину. Интересно, что там за картина.

- Мне тоже, Королевна.

- Я подумала вслух?

Мой мужчина повернулся ко мне. Его губы растянулись в улыбке.

- Ты всегда думаешь вслух, Финка. Прими уже это. И живи спокойно.

- Легко тебе говорить. - я встала с дивана и двинулась к картине. И что же там всё-таки изображено? – Вам, людям с адекватными, притихшими чертятами в голове, проще жить на белом свете.

- С адекватными, притихшими чертятами? – Тин хмыкнул. Послышался звук разливающегося по бокал вина. – Это так ты свой внутренний голос называешь? Немудрено, что он на тебя в обиде.