Нью-Вега

17. Лагерь тупоголовых

— О, кажется, очнулся.

Вернувшись к сознанию, обнаруживаю себя закованным в наручники на заднем сиденье какой-то развалюхи: по виду бывший военный джип. Со мной в автомобиле сидит четверо человек: двое на передних сиденьях, а остальные с боков. Настоящие головорезы никогда не положат тушу к себе в салон, поэтому поспешу предположить – тупоголовые свободные грабители. Наткнулись на нас случайно, что привело их в дикий восторг.

— Где девчонка? — спрашиваю первое, что пришло в голову.

— Тебя это не должно больше беспокоить, — высказался водитель.

— Тогда сумку верните.

— Сейчас глянем, — моя сумка тут же оказалась в руках парня, сидящего рядом с водителем.

— Я бы этого не делал, — решаю предупредить их.

— Вау, крутая маска в виде черепа – вы только поглядите, парни!

— Ничего так. Вроде наемника будет, и где-то я ее уже видел, — проговорил рядом сидящий.

— Положи обратно, — на эти слова получаю по лицу.

— Заткнись, урод, — смех раскатился по салону.

— Вы сами напросились.

Ударяю головой по носу сидящего слева. Второго ударом локтем в горло заставляю захрипеть. Водителя прикладываю ногой по затылку от чего джип стало кидать в стороны, потеряв управление. Моя сумка тут же отправилась на пол, а гад державший ее, потянулся к пистолету в бардачке. На это дергаю ручку регулировки передних сидений и быстро придавливаю впереди сидящих к панели. Еще серия ударов по пришедшим в себя бандюкам по обе от меня стороны. Джип окончательно заносит в крутое пике, что приводит к переворачиванию на бок.

Песок осел. Расталкиваю безмозглых и хватаю свою сумку. Однако двери, уже располагающиеся сверху меня, кто-то быстро открыл. В туже секунду, схватив за курточку, выволокли наружу. Падаю с высоты перевернутого джипа.

— Вот же твари, — высказался сквозь скрежет песка на зубах.

Не успеваю подняться как кто-то приземляется прямиком мне на спину. От этого удара впечатываюсь в песок и частично зарываюсь в него. Туша немного потопталась, а после соскочила в сторону. Одним броском был поднят и кинут к днищу перевернутого автомобиля, так что встал на ноги. Отряхнувшись, передо мной предстает тучный тупоголовый в характерном костюме пустынных: несколько кожаных лямок, перетягивающих тело, где виднеются небольшие элементы брони с шипами. На голове длиннющий ирокез, выкрашенный в разные цвета. На лице пирсинг.

Ударом кулака меня снова впечатали в автомобиль от чего скручиваюсь пополам. После куда-то волочат по песку. Через бред сознания не понимаю, куда именно перетаскивают. Позже кидают на песок перед огромной палаткой. Оглядевшись, понимаю – это передвижная база пустынных тупоголовых грабителей была совсем рядом. Автомобили, выстроенные в круг, создают защиту по периметру, а середина заполнилась жилищами из палаточных домов.  Не думаю, что они вообще хоть на кого-то работают, ведь их внешний вид оставляет желать лучшего. Одеты во что попало: где-то кожа, а кто-то принарядился в обрывки из нескольких джинсов, которые явно не подходят друг к другу.

— Кого притащил? — вопрос был задан мужиком, который вывалился навеселе из палатки.

— Он перевернул один из наших аппаратов.

— Ничего себе. Кого же?

— Четверку «Торчков».

— Эти отбросы смогли кого-то поймать? Хотя у них всегда все через одно место. Кто ты такой? — главарь пнул в живот.

— Никто, — прокашливаюсь.

— Никто? Одежда приличная, явно из города. Какого цвета автомобиль?

Тут подтянулась четверка из перевернутого джипа. Они доложили о черном цвете кузова катафалка. После взмаха руки главаря, бедолаг, пенками под зад, отправили лечиться в медпункт. Ссадины, порезы, вывихи – потрепало их знатно.

— Черный катафалк. Предположу, что из братства «Ди-Си».

— Может быть, — кидаю ответ, а сам попутно отряхиваюсь.  

— Ладно, не портите мне настроение этим скотом. Здоровяк, выпытай у него, что сможешь.

Тучный с ирокезом схватив за ногу, повалив на землю, оттащи на край лагеря, где тут же подвесил за руки к перекладине в палатке. Довольно крупная палатка явно служила жильем для этого жирдяя. Насильник неспешно стал разминать пальцы на руках. После достал несколько приспособлений явно для пыток: биты, мелкие и крупные ножи, кастеты, шипованные перчатки, удавки всевозможных форм.   

— Боишься, что не справишься со мной без своих приспособлений для утех? Я ничего не имею против, но я за традиционные отношения.

На эти слова тучный только улыбнулся. Он явно понимал всю тщетность моих попыток ему насолить. Большим ножом с меня были срезаны все вещи: остался нагишом. В углу палатки стал разводить костер, как будто жары ему на улице мало. После на огне появились железные прутья с разными фигурами на своем острие: предположу, что клейма. Перспектива быть поджаренным не сильно обрадовала, ведь лучше бы предпочел стать тушей, изрезанной вдоль и поперек. Пока металл раскалялся, жирдяй решил перекусить.

— Да брось, ты же не будешь откладывать наше рандеву? — пытаюсь хоть немного ослабить цепь на запястьях.

— Я еще успею превратить тебя в кусок безобразного мяса.

— Странные у тебя предпочтения, толстяк.

— Тебе уже ничего не поможет.

— Моя жизнь и так отстой. Хуже только твоя болтовня – давай закончим с этим, — прекращаю тщетные попытки освободиться.

Оскал от тупоголового основательно подорвал надежду на спасение. Сегодня из меня сделают отбивную и заклеймят как последнюю скотину. Что-то уж очень захотелось вернуть людей феодала и сдохнуть от их рук, приняв пулю в лоб. Бывает же так, что спасение превращается в еще худшую муку, чем грозившая накануне опасность. Беверли положилась на меня, а я подвел в первый же день поездки. Хотя бы больше не увижу ее глаз, ведь смотреть в них попросту стыдно. Крутой наемник оказался пойманным простыми безголовыми парнями, кто предпочел попросту шататься пустыней в поисках легкой наживы.