О чём молчит озеро

Дядюшка

Юрия Петровича в целом не было около 20 минут, о чём шёл их разговор для меня оставалось неизвестным. Я изнывала от любопытства, хотя старалась держаться невозмутимой. И даже сейчас, когда мы с Юрием Петровичем вышли за калитку и направились в противоположную нам сторону, я ждала, пока он сам начнёт говорить. И он начал, правда тогда, когда мы подошли к чьему-то маленькому дому, но с большой территорией, предназначенной для огорода.

- Это дом Николая Геннадьевича. Мужик хоть и скверного характера, но работящий, да и в преступлениях замечен не был - он открыл калитку во двор, пропуская меня. - Жены, детей нет и не было никогда, хотя он уже давно немолод. Работал всю жизнь в колхозе. Но ушёл лет 5 назад по состоянию здоровья. Теперь вот - он обвёл рукой всю ширь его владений - Дома свою картошку с огурцами выращивает. А то и верно, кроме грядок у человека и нет ничего. - он подошёл к двери дома, громко постучав. Через несколько минут к нам вышел мужчина лет 50-ти, в клетчатой рубашке и черных брюках. Нет, эта одежда не была парадной или выходной, скорее он в ней просто работал. Он оглядел нас своими маленькими глазами, почесал седые усы и без лишних предрассудков спросил.

- Вам чего?

- Здорова, Коль, не узнал?

- Узнал, отчего ж не узнать? Хоть и пять лет прошло, да память я свою не растерял. В отличие от тебя.

- Да, пять лет уже - ностальгически проговорил Юрий Петрович - Как же время то быстро летит.

- Для кого быстро, а для одинокого человека вечность. Ты чего пришёл то? Пять лет от тебя ни слуху не духу, а тут явился. В селе одном живём, а ты и раз в год зайти не можешь.

- Кто ж тебе виноват, что ты затворником сделался? А у меня служба, дядь. Пустишь?

Он прошерстил глазами Юрия Петровича, после перевял взгляд на меня.

- Кто это с тобой?

- Так это - Юрий Петрович повернул голову в мою сторону и подмигнул, а затем одной рукой обвил мою талию и притянул к себе, да так резко и уверенно, словно я уже давно принадлежала ему - Невеста моя. Свадьба у нас скоро, дядюшка.

Мои глаза, казалось, улетят в бескрайний космос от возмущения. Я хотела вырваться из крепкой схватки, но мужчина легонько ущипнул за бок, тем самым пригрозив подыграть.

- Так ты похвастаться невестой пришёл?

- Ну почему же сразу хвастаться, познакомить, всё же не чужие.

Мужчина в рубашонке раскрыл дверь на всю, приглашая нас пройти и показав на стол. Мы присели, сам он отошёл в смежную комнату.

- Юрий Петрович, что это было? - прыснула я полушепотом

- Извиняюсь за неудобства, эта служебная необходимость, Ада Андреевна, подыграйте мне! - также полушепотом ответил он, когда Николай Геннадьевич вышел к нам с бутылкой красной жидкости.

- Настойка вишнёвая - он поставил её на стол вместе с рюмками и присел, наливая себе - Отцу сказал?

- Он не знает.

- А говорить вообще собираешься? - мужчина был суров и казался сильно обиженным. Но причины его обиды, уже стали понятны мне.

- Я пока не думал об этом. Сам же знаешь, как всё непросто - тон Юрия Петровича изменился, мужчина говорил медленно, подбирая слова и скрывая чувства. Он схватил рюмку и осушил её.

- Непросто - с отвращением повторил Николай - А кто виноват в этом? Ладно, не об этом сейчас. - он посмотрел на меня исподлобья. От его взгляда стало не по себе - Рассказывайте, девушка, кто такая будешь, откуда?

Я в ужасе взглянула на Юрия Петровича, совершенно не понимая что говорить. Столкнувшись с его глазами, я почувствовала как тот под столом нашёл мою руку. Его прикосновения придали уверенности, и я выдохнув начала говорить.

- Я Ада. Всю жизнь прожила в Стрежево. Мы познакомились с Юрием Пет.. с Юрой там, когда он приезжал по своим служебным делам.

- И что же увиделись раз и сразу жениться надумали? - он говорил так, будто был строго убеждён в неправде того, о чём слышит. Хоть это и была неправда.

- Нет, он попросил номер моего домашнего, созванивались. Приезжал в Стрежево, мы гуляли.

- Вон оно как. Что ж ясно. И когда свадьбу планируете, голубчики?

- Думали на число 10 следующего месяца - ответил Юрий Петрович с непробиваемой уверенностью в голосе, что мне самой на секунду в это поверилось.

- А знакомы сколько? - Николай не отрывал от меня глаз, мне пришлось отвечать.

- 3? - я взглянула на Юрия Петровича, уточняя, тот чуть заметно кивну. - Да, три месяца.

- Вон как - щёлкнув зубами сказал мужчина - Три месяца... срок не большой, но и не настолько мал, чтобы по прежнему называть мужчину по имени и отчеству. Тем более в наше то время.

Я опустила голову, слыша громкий треск нашего провала.

- Давай, Юр, не устраивай цирк, говори чего пришёл? Эта девушка может и не безразлична тебе, но уж точно не твоя невеста. Я на свете многое повидал и что-то смыслю в этих делах. Провести меня не получится. В этом наша порода. И в этом ты сам, мог и подумать о своих корнях, чтоб не упасть в грязь мордой. Говори, я жду.

Юрий Петрович смотрел в глаза своего дяди. Что он хотел в них найти, в чём хотел быть услышанным - я не знаю. Но он сдался.

- Ада, дай, пожалуйста, молитву.

Я вынула молитву из кармана, вложив её в руку Тарасова. А тот положил на стол перед носом дяди.

- Я знаю, что это твоё. Знаю, на сколько ты религиозный и суеверный и знаю на сколько тебе дорог этот огород. Знаю и про слухи о Дариине, знаю и про твою канистру солярки, стоящую в гараже «на всякий случай». Тебе нет смысла врать.

- Я не собирался. Сразу понял зачем пришёл. Может, человек ты поганый, но дело своё знаешь.

*****

Николая Геннадьевича задержали и допросили. Это он поджёг дом Дариины Вячеславовны, конечно, основным мотивом оказалось не беспокойство за собственный огород и её колдовство, а ссора и жажда «припугнуть».

Мы сидели с Юрием Петровичем на берегу озера. Погода хоть и морозила, но было безветренно и спокойно. Земля была уже примерзшей и Юрий Петрович подстелил свою ветровку, сам сел на краешек. По небу пролетали перелётные птицы, спеша в теплые края, а солнце спешило к закату.