О чем поют киты

4 ~ Фиалки. Пари. Слезы

Когда я открыла глаза, первым, на что упал взгляд, стал потолок гаражика, утопающий в невидимых тенях. Я приподняла голову, осматриваясь.

Входная дверь была приоткрыта, и сквозь щель просачивались легкий сквозняк, на удивление не доставлявший дискомфорта; еле уловимый запах набухающих почек и тихое щебетание птиц.

Протерев глаза, я приняла сидячее положение, постаралась максимально проснуться. Около маленькой подушки покоился мой сотовый телефон. Я в спешке схватила его, сняла блокировку и проверила входящие сообщения. В верхнем правом углу горели крошечные белые цифры времени. На часах было всего-то семь утра. Я проснулась достаточно рано для выходного дня. Но это было даже к лучшему.

Я встала с разложенного дивана и надела кроссовки. Слегка пошаркала ногами об пол и отправилась на кухню.

Все еще сладко спали. Я не решилась проверить девушек и сразу же принялась готовить завтрак. Раз уж мне посчастливилось подскочить в семь утра, то всех накормить — моя обязанность. Ну, или просто желание поблагодарить за предоставленные удобства.

Вчера вечером решался вопрос о том, где же лучше положить меня спать. Катрина настаивала, чтобы я легла в импровизированной спальне, но Джози яро сопротивлялась. Она не собиралась отдавать свое место «какой-то незнакомке». Я решила не искушать судьбу и сказала, что всем будет удобнее, если я посплю в гостиной. Тем более у меня всего одна-единственная ночь, так, зачем волноваться по поводу моего комфорта. Джози изрекла, что от меня все-таки можно услышать разумные мысли. В душе я порадовалась, что наконец-то смогла угодить ей.

Все парни уходили на ночь по домам, как объяснил мне Мэтт. В гаражике спали только Катрина и Джози. Он лишь иногда захаживал, чтобы составить им компанию, что, конечно же, — обыкновенная отговорка. Мне было не обязательно знать правду о их жизни, с чем я отчасти согласна, ведь сама не особо хотела посвящать их в свою.

Мне выделили постельное белье, но я, поблагодарив, отказалась, потому что пыталась нанести незначительный вред их вещам и всему прочему.

Я всегда чувствовала себя стеснительно в гостях у других людей. Какое-то ощущение странной робости доставляло мне крайнее неудобство. И как бы я не пыталась с ним бороться, — никогда не выходило. Может, другие тоже сталкиваются с подобной проблемой, или же я одна такая... дефективная.

Я была предоставлена сама себе, поэтому со спокойствием приземлилась на кухонный стул и зевнула. В голове витали мысли о скором завтраке и о том, чтобы сделать его вкусным и подходящим для всей компании. Я приняла решение заглянуть в холодильник, прежде чем придумывать различные блюда, которые у меня банально не хватит опыта сотворить.

На полке стояли упаковка с яйцами и молоко, а рядом примостился бекон. Я сладко облизнулась. Кажется, я давно определилась с выбором.

Процесс приготовления завтрака не занял много времени, и вскоре я засервировала стол, ожидая музыкантов к столу. Но Катрина с Джози до сих пор пребывали в мире грез. Совесть не позволяла будить их. Это было бы слишком жестоко, и тогда Джози точно совершила бы, наверно, первое убийство в своей жизни.

Я вновь оказазалась в гостиной, но совершенно не представляла, чем бы заняться. Боялась что-либо трогать, — что-нибудь обязательно разбила бы.

И тут мое внимание привлекли фиалки, со спокойствием обитавшие в расписных горшках и расставленные абсолютно по всему гаражику. Очевидно, это Катрина занималась их разведением. Все платья, которые я успела увидеть на ней, сшиты из пестрой ткани с нарисованными на ней цветами. Джози бесспорно не стала бы ковыряться в земле, удобрять зеленые беззащитные росточки, поливать их каждый день. Ее характер был слишком несносным для такой кропотливой работы. А парни обычно этим не увлекаются.

Я медленно села на корточки и приблизилась к одному коричневому горшку, в котором жила фиалка удивительной красоты. Я никогда в жизни не видела подобной цветочной роскоши. Все ее лепестки были покрыты крошечными волосками, что создавало ощущение бархатного покрова.

Я прикоснулась к темно-пурпурному лепестку кончиком пальца и насладилась его истинной прелестью. Поразмышляла, что обязательно поговорю с Катриной о ее маленьком, столь пленительном саде.

Я уже собиралась взять горшок в руки, чтобы получше рассмотреть цветок, как вдруг в гостиной появился рыжеволосый парень, с изумлением в глазах взиравший на мои действия. Я мгновенно опустила фиалку на место и поднялась на ноги.

Золотистая радужка человека враждебно сверкнула в свете небольшой потолочной лампы.

Я открыла рот, чтобы извиниться за возможную неосторожность, но он вмиг оказался рядом с цветами и осмотрел каждый так, словно заботился о собственных детях. Его взгляд вдруг приобрел нежность и выразительность.

— Прости, я просто рассматривала цветы, — оправдалась я, чувствуя, что выгляжу перед ним, как жалкое насекомое-вредитель для его пышной коллекции. Опустила глаза в пол, чтобы не смущаться сильнее.

Человек понимающе кивнул.

— Я вижу, что все в порядке, — ровно ответил он.

— Это фиалки Катрины? — спросила я, уже сомневаясь в своих предположениях.

— Они... мои.

Я с восхищением посмотрела на незнакомца, которого уже неоднократно замечала здесь.

— Они необыкновенны, — на выдохе произнесла я, повторно осматривая все вокруг.

Незнакомец слегка улыбнулся и повернулся ко мне.

— Ты ведь Лора, верно?

— Верно. Но, думаю, нет смысла знакомиться со мной. Сегодня я исчезну из ваших жизней, — печально ответила я, пожимая плечами.

— Я — Стивен. Просто Стив, — внезапно откликнулся рыжеволосый парень, пока я любовалась переливающейся радужкой его широко распахнутых глаз.

— Я «просто Лора», раз уж на то пошло, — усмехнулась я, вспомнив вчерашний день, и протянула ему руку для пожатия.

Стивен без неприязни протянул свою ладонь, и его пальцы в мгновение ока соприкоснулись с моими. Его рука была среднего размера с аккуратными миндалевидными ногтями. Такая теплая и мягкая, словно свежая булочка, только что вытянутая из печи.