
Алиса Турецкова, Китай
Во дворе богатого дома, щедро украшенного гирляндами, полотнами и амулетами, с самого утра было шумно и людно.
Слуги торопливо проверяли, все ли подарки хорошо завёрнуты в пурпурные ткани, надёжны ли перекладины, готовы ли носильщики, всё ли в порядке с паланкином.
Старшая госпожа придирчиво осматривала наряд падчерицы, недовольно кривя тонкие губы.
— Чжи Ли, твоя дочь слишком хмурая! — выговаривала она второй наложнице их общего мужа. — Разве невеста должна в день свадьбы выглядеть подобно проигравшему бой воину? Девушка обязана радовать своего господина нежной улыбкой, кротким взглядом, ласковым голосом. А посмотри на Мэй Ли! Ей сейчас дать в руки кинжал – и она бросится пронзить сердце! Чжи Ли, я всегда говорила: ты плохо воспитываешь свою дочь. Она слишком своенравна! Что, если господин Цзи Ан останется недоволен браком с нашим домом? Как наш муж станет оправдываться? Сейчас же поговори со своей дочерью. Если сваха увидит её такой, скандала не избежать!
Госпожа дома недовольно фыркнула напоследок, предупреждающе взглянула на падчерицу и быстрым шагом покинула комнату, направляясь к мужу, занятому гостями.
Чжи Ли на мгновение отвернулась, смахнув навернувшиеся слёзы, и, нацепив на лицо ласковую улыбку, посмотрела на дочь:
— Мэй Ли, жемчужина моя, — она нежно коснулась бледной щеки девушки. — Каждой из нас приходится пройти через расставание с родными. Ни одна не остаётся в доме отца до старости.
— Но не каждую выдают замуж за господина Цзи Ана! — вскрикнула невеста, нервно сжимая алую ткань свадебного ханьфу. — Почему он? Почему не кто-то другой? Все же знают…
— Людские языки злы, — остановила её мать. — Многие слухи оказываются ложью…
— Мама, ты же сама не веришь своим словам! — сдержав новую волну раздражения, более спокойным тоном заговорила девушка. — Для этого торговца люди – лишь товар. И я такая же выгодная покупка, как его рабы. Я знаю, — проведя подрагивающими пальцами по своему лбу, Мэй Ли вымученно улыбнулась. — Или я, или отцу придётся выплатить долг за проигрыш в кости. Я знаю, ты ничего не можешь с этим поделать. Даже госпожа Чунь Шэн не сможет уговорить отца. Да и не станет. Не плачь, мама, — обняла она самого родного в этом мире человека, единственного думавшего о Мэй Ли и заботящегося о ней в этом доме. — Я буду сильной ради тебя! Смотри, я улыбаюсь.
— Ты помнёшь наряд, — слабо улыбнулась в ответ женщина.
— Это неважно. Когда господин Цзи Ан придёт в мою комнату, то не сможет пьяными глазами разглядеть, в каком виде моё ханьфу.
— Жених прибыл за невестой, — громогласно объявила сваха, распахивая дверь в небольшую комнатку, где провела своё детство и юность Мэй Ли. — Поскорее забирайся ко мне на спину[1] , господин сегодня раздражён больше обычного, не зли его с первого же дня, — сочувственно посоветовала она, украдкой вздохнув.
Мать в отчаянии обняла свою дочь и отступила, предоставляя своего единственного ребёнка её судьбе.
Мэй Ли не успела толком рассмотреть свадебную процессию, лишь мельком заметила высокого сухопарого жениха, что-то недовольно высказывавшего подобострастно улыбающемуся отцу невесты. Оказавшись наедине с собой в богато украшенном паланкине, она смогла наконец дать волю слезам, нисколько не заботясь о сохранности макияжа, ведь сейчас, в этот миг, девушка прощалась со свободой, любовью и надеждами.
Качаясь в такт шагам носильщиков, Мэй Ли вспоминала того, чей образ надёжно хранила в юном сердце.
Они встретились случайно в горах, когда Мэй Ли с сёстрами пришлось сопровождать госпожу Чунь Шэн в соседний город в храм Будды. Тогда повозка девушек сломалась. Пока слуги чинили колесо, молодые госпожи устроились под деревьями на траве. Мэй Ли же решила спуститься к ручейку, радостно журчащему в ложбине. Наклонившись к воде, она заметила запутавшегося в длинных водорослях зайчонка, из последних сил пытавшегося вырваться из смертельной ловушки. Ловко поддев изящными пальчиками мокрые нити, она выпустила малыша на волю.
— Благодарю, прекрасная незнакомка, — послышался рядом приятный мужской голос. — Ты опередила меня.
Девушка оглянулась, неловко взмахнула руками, теряя равновесие, и тут же была подхвачена в тёплые, бережные объятия, не позволившие свалиться в воду. Их взгляды встретились и в то же мгновение, проникнув в самые глубины души, сплелись неразрывным узором судьбы.
— Сокровище моё, — выдохнул юноша, зачарованно вглядываясь в милое лицо незнакомки.
Девушка смущённо опустила ресницы, сердце её затрепетало пойманной птичкой. Но, вспомнив правила приличия, она поспешила высвободиться из нежных объятий.
— Как твоё имя, сердце моё? — спросил незнакомец, помогая выровнять равновесие.
— Мэй Ли! — закричали сёстры. — Где ты? Нам пора ехать! Скорее возвращайся!
Девушка смущённо улыбнулась и побежала к родным.
Отредактировано: 29.05.2026