О, мой Босс!

Глава 19.

Сбегаю от Высоцкого, как с места преступления. Дойдя до своего кабинета, делаю глубокий вдох и выдох, стараясь отдышаться и прийти в себя. В медпункт решила не идти. Не хочу.

До сих пор чувствую Его касания на своей руке. Что это вообще такое? Я начинаю сходить с ума? Надеюсь, что всё же нет и я просто перенервничала. Хотя с чего бы мне нервничать? Без понятия.

На рукаве рубашки осталось уродливое коричневое пятно, которое портит всю презентабельность. А рабочий день ещё не закончен. Нужно что-то делать. Благо вспоминаю про блузу, лежащую в моей сумке и ждущую своего часа.

Руслан Викторович уехал, Саломонова вряд ли ещё заявится ко мне после утреннего инцидента, так что не думаю, что меня кто-нибудь увидит и выскажет недовольство моим внешним видом.

В туалет идти переодеваться не решаюсь. Да и зачем, если можно это сделать в моём кабинете? Жаль, только он не закрывается на замок, как кабинет Высоцкого.

Достаю из сумки пакет с аккуратно сложенной в нём блузой и снимаю грязный верх.

-Паулина Сергеевна, вы не видели…-в кабинет без стука врывается Высоцкий. Увидев меня, он резко замолкает, уставившись на мою оголённую часть тела. И не отворачивается ведь! Вот же ж! Чёрт!

Прикрываю грудь руками и поворачиваюсь спиной к двери.

-Вы не могли бы выйти?- голос подрагивает, но я стараюсь держать себя в руках.

-Вы не видели ту чёрную папку, что принёс мой зам сегодня утром? Чуть не уехал без неё,- словно игнорируя мою просьбу, продолжает Высоцкий. Неужели, его не смущает вся эта ситуация. Я хоть и стою к нему спиной, но какая разница? Мог бы ради приличия хотя бы отвернуться, раз уж выходить не собирается.

-У меня на столе,- тихо говорю я и отхожу от своего рабочего места.- Возьмите сами, пожалуйста.

За спиной слышу негромкие шаги Высоцкого. Он проходит рядом и, взяв нужную ему вещь, не спешит уходить.

-Переодеваться в кабинете не лучшая идея. Не я, так к вам бы зашёл кто-нибудь другой. В следующий раз используйте всё же туалет.

-Я вас поняла, Руслан Викторович,- продолжая стоять к нему спиной, говорю я. Господи, как же стыдно!

Высоцкий почти выходит из кабинета, но останавливается прямо у выхода.

-И отмените все свои планы на вечер и ночь следующий двух дней, если такие, конечно, имеются. Будем работать допоздна, много дел перед концом года.

-Сделаю.

Наконец остаюсь одна и вдыхаю полной грудью. Лучше бы я пошла в этот чёртов туалет! Но нет! Я же побоялась, что кто-нибудь из сотрудников меня там увидит и доложит начальству о том, как я одеваюсь, пока они не видят. Глупая. Лучше так, чем стоять в бюстгальтере перед боссом.

Оставшийся рабочий день проходит спокойно. Ни Высоцкого, ни Саломоновой. Прекрасно. Я даже успеваю сделать все свои задания на сегодня и поболтать по телефону с Машей. Моё фото в блузе её не убедило, и она решила позвонить и удостовериться, что я не сняла её сразу же после того, как сделала снимок.

-Слушай, там мои планы на праздничные выходные с Максом накрылись. У него мама заболела, и он поехал к ней в Питер. Может, встретим Новый год вместе?

-Я не против. У меня даже планов никаких не было, честно говоря.

-Отлично!- радостно восклицает подруга.- Тогда я тебе туда ближе напишу, куда пойдём. Я одно местечко классное в центре нашла, постараюсь достать нам проходки.

-Надеюсь, это «одно местечко» не клуб? Ты же знаешь, что я не хожу в них.

-Нет, ты что! Это намного круче. Вот увидишь, тебе понравится.

-Меня это радует.

Поговорив ещё немного с Машей, отключаюсь и в последний раз проверяю почту. Новых писем нет. Так что могу со спокойной душой идти домой.

Готовлю самый простой ужин: гречку и грудку. Я не кулинар и никогда им не была. Мои кулинарные шедевры начинаются на яичнице и заканчиваются на пельменях. Маленький ассортимент, не спорю, но, к сожалению, в свои двадцать шесть лет я так и не смогла подружиться с готовкой. Не моё это, вот и всё. Меня это более чем устраивает, только вот мама… постоянно наседает на меня со своими нравоучениями о святых «обязанностях» любой женщины. Варить детей и рожать борщи. (утрированная ситуация, в которой женщине говорят, что она должна «варить борщи и рожать детей», порядок слов был изменён с целью показать саркастичное отношение героини к данному высказыванию- *прим. автора)

Поужинав, принимаю тёплую ванну с пеной и ложусь спать. Нет сил даже на просмотр телевизора перед сном. Хочется завалиться и проспать несколько дней, и чтоб никто не трогал.

Но мой прекрасный сон длится недолго. В четыре сорок две утра на мой мобильный поступает звонок. От кого? Да от кого, от Высоцкого конечно же! Что ему надо в такую рань? Нормальные люди спят в это время. Хотя о чём это я? Он ведь и не относится к числу нормальных.

-Да, Руслан Викторович,- зевнув, здороваюсь я.

-Приезжайте прямо сейчас в офис. У вас максимум сорок минут .

Не успеваю ничего ответить, как он бросает трубку.

И как это понимать?

Позвонил, ни привет, ни пока, сказал ехать в офис и ничего не объяснил. У него что, лимит слов на день установлен? Или не посчитал нужным объясняться?