О нас не сложат легенды...

Глава 39

Спустя сутки, когда были построены планы и отданы последние указания, Тея позволила себе остановиться. Она вышла на балкон дворца - там, где когда-то мать смотрела на бескрайнее море, мечтая вырваться из клетки в новые земли. Волны звали вдаль - теперь не к бегству, а к возвращению.

Её отвлек легкий стук, обернувшись, она увидела Дамира. Едва державшийся на ногах, почти прозрачный, он улыбался своей упрямой, стоической улыбкой.

- Я знал, что найду тебя здесь, - голос его был хриплый, будто слова ещё давались ему с трудом, но полный теплоты.

Он стоял поодаль, не решаясь приблизиться, в старой рубашке с потертым воротом, усталым лицом, но глаза - впервые за долгое время – были живые. Он робел, словно мальчишка, не знал, чего ждать: упрека или прощения. Тея смотрела на него пристально, и в этой тишине было столько недосказанного, что потребовалось всё его мужество, чтобы подойти ближе.

- Ты всегда знал, где я, - сказала она мягко, - даже тогда, когда я сама себя потеряла.

Он хмыкнул. А она, смутившись, по привычке попыталась перевести тему:

- Думала, ты с Бeрти обсуждаешь положение в гавани. Купол восстановлен, но у меня такое ощущение, что нам всем придётся ещё не раз отражать новые атаки, - девушка говорила ровно, но в голосе звучало облегчение. Он здесь. И он выбрал остаться.

- Пусть новые атаки подождут, - сказал Дамир. Он подошёл ближе и почувствовал, что между ними не осталось прежних стен: ни купола, ни страха, ни недосказанных вопросов. - Я многое должен тебе объяснить, Антея.

- Объясни.

Он взял её ладони в свои – ещё не крепкие, дрожащие пальцы мужчины, что пожертвовал всей силой не ради славы, а ради неё.

- Я не герой, Тея. Я не выбирал погибнуть за чужие земли. Но когда впервые увидел тебя - понял: иначе не могу. Отдать магию, чтобы жила ты... Такой пустяк!

Она рассмеялась сквозь внезапно выступившие слёзы - одинокий, уязвимый и бесстыдно настоящий мужчина. Чем она заслужила такого?

- Ты ненавидишь героизм? - шутливо бросила, вскинув подбородок.

- Ненавижу потерю без смысла. Но если бы пришлось выбирать - снова выбрал бы тебя… хоть тысячу раз подряд.

Его губы коснулись её - осторожно, словно просили разрешения остаться в этом мире ещё немного, пока ему позволено. Поцелуй получился приземлённым и немного солёным от слёз.

- Мне страшно, - впервые за всё это время честно произнесла она. - Я боюсь потерять ту, кем я была… боюсь быть слабой из-за любви.

Дамир выдохнул, обнимая её крепче.

- Любовь – это самая великая сила в мире, Тея. Но если тебе так станет легче… Будем бояться вместе?

- Вместе, - тихо согласилась она. Потом добавила, с улыбкой: - Но предупреждаю: я очень упрямая и не всегда слушаю. Даже богиню.

- А я на случай очередной поломки твоего купола, купил просто до безобразия огромный зонт. Накроем острова, если понадобится…

Они вдвоём устремили взгляд к морю, позволяя солёному ветру унести последние остатки прошлых страхов. На горизонте плыли корабли - теперь не вражеские, а торговые: новые союзники уже просились к причалу, чтобы заключать союзы не мечом, а словом и монетами.

Чуть позже во дворце собрались все дети, выжившие после этого долгого путешествия. Ролан и Тарен, густо исписавшие первые страницы новой семейной хроники, сбились в кучку в библиотеке. Там между полками подглядывала Скёгуль - проверяла, чувствуют ли новые жители себя как дома. Даже Снежка, обычно настороженная, теперь спорила с Лети о том, стоит ли начинать учиться сражаться на мечах или сначала тренировать ум, выучив все уроки прошлого.

Вечером, когда солнце склонилось к закату, Тея вышла к берегу. За ней шёл Дамир - уже без трости, но очень осторожно, опираясь то на плечо, то на руку своей любимой.

Все обитатели Санкты, старые и новые, собрались вокруг них, как когда-то на площади. Это был новый ритуал - не для богини, а для людей. Они держались за руки, не боясь ни прошлых потерь, ни будущих испытаний.

Скёгуль громко произнесла:

- Тени прошлого не исчезнут. Но теперь каждый из вас всегда найдёт другое плечо, чтобы опереться. И если однажды море снова принесёт беду - мы встретим её вместе.

- Вместе, - отозвался хор голосов.

Позже дети смеялись, копаясь в песке у воды. Берти уже рисовала новые карты - крупными буквами вписывая в них слово «Союз» на каждом месте, где раньше значилось «Опасно».

В этот вечер на островах вспыхнули огни - не траурные, не сигнальные, а праздничные. Летели искры, и над самой водой звучала песня - про любовь, славу и вечное солнце.

За царицу - за её выбор быть живой, уязвимой, жить для себя и других. За новые дни и за то, что теперь у каждого был дом.