О прошлом далеком веду я рассказ

Сельские праздники

Мы, дети, очень любили новогодние праздники. Перед Рождеством варили кутю и узвар. А мы с Катей залазили в хате под стол и квохтали. Это, чтобы куры весь следующий год неслись.

В святой вечер ставили под иконами в одном чугунке кутю, а в другом узвар. Кутя - это такая каша из пшеницы. У нас в повитке (сарае) стояла большая деревянная ступа с отверстием и торчавшей сбоку доской. В отверстие засыпали просо. Я залазила на доску. И она то поднимется, то опустится. И стукает по зерну. Шелуха отшелушивалась, и получалась чистая крупа - пшено. Потом его варили. А узвар - это компот из сухофруктов. Мы всегда сушили много груш, вишен и слив. Компота в узваре было чуть-чуть, в основном сухофрукты. Когда моя двоюродная сестра Нюся приезжала в гости, она называла груши, что росли перед хатой, "дулями". Они были крупные и медовые на вкус. Вот их мы и сушили. А за хатой у нас была зимняя груша. Те груши мы просто ели. Еще в верхнем саду росли дикие груши.

На Рождество все дети ходили колядовать. Обязательно заходили к крестным, они нам давали по 2-3 конфетки. А на Новый год по старому стилю посыпать (колядовать) можно было только мальчишкам. Они ходили по хатам и кричали: С Новым годом, на счастье, на здоровье, роди Боже жито, пшеницу, всю пашныцу, будьте здоровы! С Новым годом!

В святой вечер мы всей семьей - мама, бабушка, Катя и я - садились за стол. Приходила к нам в гости баба Танаха или крестная Кати - маты Тетяна. Я так запомнила, а прошло, наверное, уже больше 70 лет. Бабушка говорит: - А теперь сидите тихо, зараз батько прийдэ. Гляжу, а от порога идет тень. Бабушка говорит: - Батько прийшов поисты святую кутю. Бачышь вин Марусю (это моя родная сестра, что умерла младенцем) держить на руках. И вот эта тень идет-идет и доходит до святого угла. Я еще подумала, правда, действительно идет человек и держит на руках ребенка. Это приходил дух отца. Вот это я запомнила.

В нашем селе была большая церковь Казанской иконы Божьей Матери. Детьми мы ходили в нее на Пасху - святить паски, а на вербное воскресенье - святить вербу. Школьные учителя нам этого не разрешали и сильно гоняли, записывали. Но мы все равно ходили. У меня был такой черный платок с шелковой бахромой, а у Кати - такой же с красной. У меня до сих пор этот платок есть.

Платок с шелковой бахромой

Мама сама пекла паски, а яйца красили в луковой шелухе. Святили кусочек сала и мясо. Поросенка резали один-два раза в год, а свинину засаливали. В сенях или в леху у нас стоял такой сундучок, где хранилась солонина. После посещения церкви мы разговлялись, ели пасху. И тогда мама с бабушкой могли позволить себе прилечь на кровати отдохнуть. Ну, а мы шли гулять. Трава уже начинала зеленеть. И корову можно было выпускать первый раз пастись...

Вот такие истории из моей жизни.

Ну, як там дома, чи цвiте калина?

Чи пахнуть чебрецi i споришi?

Мене забула, мабудь. Україна,

Яка живе, живе в моїй душi...

Слова из песни