Обаятельный мужик. Отпуск. Море. Геленджик.

6.1. Макс

Макс

- Да ты звезда, батенька, - ржет Гришка в трубку. – По всем новостям в подкасте «Удивительное рядом». Ой, я даже зачитаю.

- Замолчи ты уже, - беззлобно рычу на лучшего друга и отняв трубку от уха, шикаю на кружащуюся вокруг меня юлой Алю.

Её мельтешение перед глазами только мешает сосредоточиться. Еще и бегает, руки заламывает, как переживала за меня и боялась. Объявили штормовое, а я в номер так и не вернулся. Конечно, как я мог вернуться, если в это время прохлаждался с симпатичной соседкой на катере посреди моря!

Сначала донимать Златовласку было интересно. Все же непривычно дико она ершилась на каждую мою шуточку. Вот только потом стало совершенно не до смеха. Ясное небо заволокло тучами, а волны становились все больше и больше.

Вы когда-то застревали в шторм, посреди бескрайних просторов моря? Вот и я нет. А моя спутница и подавно. Так что, как бы мне не было приятно, что она жмется к моему боку, вздрагивая, стоило только нашему катеру подпрыгнуть, я быстро смекнул, что надо срочно предпринимать хоть что-то. Пока мы не пошли на корм рыбкам. Ждать, когда хозяин катера спохватиться, что его транспортное судно вовремя не причалило, времени не было.

Так что путем проб и ошибок, я все же нашел рацию и смог связаться с сушей. Но помощь пришла откуда не ждали. В итоге горючим с нами делилась атомная подлодка, которая оказалась ближе всего, а новостные сводки пестрили рассказами о бравых вояках, что спасли влюбленную парочку гражданских. И все бы ничего. Хэппи энд! Нас же спасли? Спасли! А это маленькое приключение наоборот должно было сплотить меня с Златовлаской. Но в итоге…

- Чтобы больше ко мне не подходил! Усек? – грозно помахала она своим тоненьким пальчиком перед носом.

- Цветочек, ну ты чего? – скосив глаза на переносице опешил я.

А ведь стоило понять, что если соседка молчит всю дорогу, то быть беде. И вот, пожалуйста. Получите, распишитесь. И не вякайте.

- Нет. Я все же зачитаю, - веселиться лучший друг. – «В Черном море атомная подлодка спасла двух пассажиров катера, попавших в шторм». Вот это я понимаю уровень. Его сама подлодка спасла! Будет что внукам рассказать.

- Всё сказал? – обрываю этого любителя зубы поскалить за чужой счет.

- Ага. Теперь всё. Ну и как оно?

- Пошел ты, - кидаю беззлобно и отключаюсь, заваливаясь на большую и мягкую кровать.

Надо бы в душ сходить, переодеться, да к соседке наведаться, чтобы рубашку забрать. Конечно, это просто предлог. Пора признать, что мне просто нравится эта колючка.

- Зай, - под бочок заползает еще один репейник. Вот только, если та колючка была мне мила и близка, то от этой я в особом восторге не пребывал.

Ну вот не верю я в её искренность! Не верю. Хотя, может Аля действительно переживала? Деньги то все у меня. А свои финансы тратить на отдыхе с мужиком, уж совсем не комильфо. У таких, как она пиявок своя философия. И до поры до времени я с ней соглашался и мирился. Пока соседку, торчащую в окне санузла ночного клуба за голый зад не полапал. И все. Как бабка отшептала.

А ведь верно говорят, что в Тулу со своим самоваром не ездят. А я хоть и не в Туле, но самовар с собой знатный притащил. Как теперь избавляться только буду?! А избавляться надо. Иначе не даст мне Златовласка доступ к телу, как пить дать. Я еще ночью понял из её пламенной речи, когда мы в гостиницу шагали. Пусть со стороны и казалось, что я пропустил все мимо ушей, любуясь как моя рубашка шикарно смотрится на её нижних девяносто. Хотя какие там девяносто. Явно все сто. Не то что у худосочной Альбинки.

Невольно рука сползает на пресловутые округлости, заставляя меня поджать губы от недовольства. Нет, не то. Совсем не то. У Цветочка и сжать есть что в ладошках и как-то упругости побольше. Хотя Алька и пропадает в этих своих фитнес-центрах целыми днями, сгоняя мифические лишние сантиметры.

- Хочешь полететь на Мальдивы? – интересуюсь я аккуратно.

Как по минному полю хожу. Одно неправильное слово и бабахнет. И как бы совсем не страшно. Повизжит, потопчет ногами и перестанет. Мне то не привыкать дамочек в отставку отправлять. Но слушать пламенные речи, в которых я фигурирую под кодовым названием: «козел» и «гад», нет никакого желания. Особенно зная, что за стенкой сидит маленькая мышка, которая невольно греет свои красивые ладные ушки.

- Конечно хочу! – загораются женские глаза алчным блеском. – Наконец-то ты понял, что нам тут не место и мы достойны лучшего!

Ага. Ты бокала мартини на белом песочке, а я красотки через стенку в своих объятиях. Все довольны, все счастливы. Жизнь – малина.

- Тогда собирайся, - хмыкнул, доставая из кармана брюк смартфон, не откладывая в долгий ящик, поиск путевки. Пусть позагорает, отдохнет. А уже в родном городе, когда я вернусь, решу окончательно, что с ней делать. То ли второй шанс дать, то ли на вольные хлеба отправить.

Оглушенная счастьем, Альбина летает по номеру, аки бабочка. Крутиться у зеркала в шляпе и очках, снова по десятому разу примеряет все купальники. Ведь то, что годилось для Геленджика, не всегда может годиться для такого фешенебельного курорта как Мальдивы.

Я созваниваюсь с турагентом, спрятавшись в санузле, чтобы всё прошло без сучка и задоринки. Аля не должна узнать раньше времени, что летит в гордом одиночестве. Так что пока я не посажу свою зазнобошку на самолет, не стоит вообще соваться к Златовласке. Но черт! Как же хочется! Я ради такого дела с сигаретами на балконе чуть не прописался. А её все нет и нет. И окна не горят. Шторы плотно закрыты.