Объект под защитой

Глава 1

Дима

Я стоял в дверях кабинета Артема, наблюдая, как мой лучший друг и по совместительству вице-президент огромного холдинга пытается одновременно подписывать контракт и вытирать пюре с рубашки. Леша и Миша, эти два маленьких реактора, носились вокруг его стола.

— Артемка, я всегда знал, что Ленка — женщина продуктивная, — я хмыкнул, подхватывая Мишу за шкирку, когда тот попытался использовать шредер как гараж для машинки. — Но двойня… Это ты, брат, мощно зашел. Это тебе не гладиолусы окучивать.

— Дима, забери их на десять минут, у меня звонок с Лондоном! — взмолился Артем, поправляя галстук, который Леша уже успел пожевать.

Я вывел своих крестников в приемную. Моя ипотечная квартира в Химках после их визитов обычно напоминала зону боевых действий, но я не жаловался. Своих детей пока не было, так что эти двое стали моей персональной школой выживания.

— Так, бойцы, смирно! — скомандовал я. Двойняшки замерли. — Сейчас пойдем в мой отдел, покажу, как дяди охранники отжимаются. Кто первый добежит до лифта — получит по пирожку от бабы Томы.

Я обернулся к посту охраны и замер. У стойки регистрации стояла девушка. Тонкая, как тростинка, в строгом сером платье, которое на ней висело, как на вешалке. Но взгляд… взгляд был такой, будто она пришла не на собеседование, а на захват заложников.

— Простите, — она посмотрела на меня, а потом на двух сорванцов, висящих на моих руках. — Я в отдел стратегического планирования. Мне сказали, что здесь серьезная организация, а не филиал детского сада.

Я выпрямился, стараясь, чтобы костюм от Gucci (который Артем подарил мне на прошлый день рождения) не треснул на плечах.

— Это и есть серьезная организация, — я сурово сдвинул брови. — А это — наш кадровый резерв. Димитрий, начальник службы безопасности. А вы, стало быть, Катерина? Та самая, что на десять лет меня младше, а гонору на все двадцать?

Она даже не моргнула. Достала пропуск и прошла через турник, едва не задев меня плечом.

— Екатерина Андреевна. И мой возраст, Димитрий, никак не влияет на мою способность отличать начальника охраны от няньки. Доброго дня.

Она ушла к лифтам, чеканя шаг. Я стоял и смотрел ей вслед, чувствуя, как внутри что-то странно екнуло.

— Дядя Дима, а почему ты покраснел? — спросил Леша, дергая меня за руку.

— Это… это от возмущения, Леха. Нарушение субординации, понимаешь? — я потер шею. — Пошли за пирожками. Кажется, в этом офисе стало слишком душно.

Я сидел в своем кабинете, где на стене вместо картин висел турник, а в углу скромно стояла пара пудовых гирь. Перед глазами на мониторе светилось личное дело Екатерины Андреевны.

Она работала у нас всего неделю, но уже успела выстроить по струнке весь отдел планирования. Строгая, закрытая на все пуговицы, колючая. «Слишком идеальная», — подумал я, вводя пароль в свою закрытую базу данных. Старые привычки начальника охраны не пропьешь: я должен был знать, кто ходит по моим коридорам.

Пальцы привычно застучали по клавиатуре. Запросы в архивы, социальные службы, старые связи. И вот экран выдал результат.

Я замер. В графе «Родители» стоял прочерк. Свидетельство о рождении выдано в одном из областных ЗАГСов, а дальше — длинный список детских домов. Катя была «ничья». С самого начала.

В груди что-то глухо отозвалось. Я откинулся на спинку кресла, и перед глазами всплыли не офисные стены, а раскаленный песок и пыль. Мое военное прошлое. Те моменты на поле боя, когда связь обрывается, патроны на исходе, а подмога не придет. Когда ты один против всех.

Я знал это чувство — когда спина всегда должна быть прикрыта, но прикрывать ее некому, кроме тебя самого. Ты сам себе и щит, и меч. Катя жила так все свои двадцать семь лет. Каждое ее достижение, каждый диплом, эта ее идеальная осанка — всё это было результатом бесконечной войны за право просто существовать.

Она не была холодной. Она была... в обороне.

— Дядя Дима, ты чего заснул? — в кабинет ворвался Миша, младший из двойняшек Артемки, и бесцеремонно залез ко мне на колени.

Я быстро закрыл вкладку на мониторе.
— Не заснул, Мих, так... тактику боя обдумывал.

— Против кого? — глаза малого загорелись интересом.
— Против одной очень упрямой крепости, которую, кажется, нельзя брать штурмом. Только измором... или пирожками бабы Томы.

Я посмотрел на закрытую дверь. Катерина Андреевна как раз проходила мимо — я узнал этот ритмичный, уверенный стук каблуков. Теперь я видел в ней не просто заносчивую девчонку, а бойца, который прошел через ад и выжил.