Оберег от оборотня

Глава 9.

Утром обнаружила сверток темно-синей одежды. Юбка ниже колена, блузка и пиджак, все однотонное, только на пиджаке символ Академии. Примерив это на себя, еле удержалась от заклинания полного уничтожения, потому что выглядело это в лучших традициях монашеской моды. От глухого воротника плохо дышалось, юбка топорщилась, а на блузке все время образовывались складки то ли от того, что по не размеру подогнали, то ли от того, что у швеи руки не из того места росли.

Снова оглядев форму на своем теле, я поморщилась и уже начала стягивать пиджак, как в комнату настойчиво постучали.

За дверью стояла недовольная Ленор, сильно напоминавшая ту себя, которую я впервые увидела в стенах Академии. Она притоптывала ногой и теребила рукав точно такого же пиджака.

- Готова? – взвинчено спросила она. И не дождавшись ответа, резко дернула меня за руку, вытаскивая из комнаты.

- Что за нервозность? – я недовольно освободила запястье из ее хватки и уставилась на Ленор вопросительным взглядом. – И что за ужас на нас?

- Форма, - пожала плечами ведьма, а потом иронично посмотрела на меня. – Точно, не прошаренная же. Первую неделю ходим в свободной, потом выдается форма.

Бред, подумала я.

Возмутиться не получилось, я наткнулась на грозный взгляд мужчины. Его глаза едва не метали молнии, губы были сжаты в тонкую полоску, отчего на подбородке отчетливо виделась ямочка. Челюсти были сильно сжаты, и я удивилась, как только ошметки его зубов не полетели в разные стороны. Сколько точно ему лет, я не смогла определить, но он явно младше ректора, хотя и не выглядел также. Виски тронула седина, но не более, вся остальная шевелюра была угольно-черного цвета, пробившаяся щетина тоже.

На подтянутой фигуре почти идеально сидел черный костюм, рубашка темно-алого цвета и, как не странно, амулет вместо галстука. Он задумчиво теребил пальцами щетину, и на запястье я заметила толстый серебряный браслет, на среднем пальце из того же металла было кольцо.

- Это наш преподаватель по стихийному огню, - шепнула Ленор, прибавляя шагу. Под, действительно, горячим взглядом преподавателя мы забежали в аудиторию. Точно, у нас с Ленор сейчас общая лекция. Жаль, что я не посмотрела преподавателя в списках. – Говорят, ему удалось покорить землю и воздух, а еще бегают слухи, что когда-то давно он пытался подчинить некромантию. Но Верховная быстро почуяла неладное, и его связали по рукам и ногам. К счастью, у него богатый потенциал и очень важная семья. Аристократия, - Ленор усмехнулась. Она уже говорила вслух, не боясь, что нас подслушают: гул других студентов перекрывал разговор. – Поэтому вместо выжигания потенциала, его отправили преподавать в Академию.

Разговоры резко прекратились, и в аудитории зазвенела мертвая тишина. Вошел стихийник, о котором шла речь. Он обвел пылающим взглядом всех студентов, и мы словно по команде замерли, боясь пошевелиться и заслужить отдельный взгляд огненного. И действительно, в какой-то момент мне показалось, что его черные глаза вспыхнули красным, но наваждение прошло, когда преподаватель усмехнулся уголком губ.

- Доброе утро, уважаемые первокурсники. Насколько мне известно, сейчас здесь собрались студенты с двух факультетов, общей магии и стихии? – мы неуверенно кивнули, и преподаватель снова поджал губы. – Итак, для непросвещенных, меня зовут Габриэль Девон, можете обращаться ко мне профессор Девон. Я буду вести общие лекции по истории стихий, и для стихийников отдельно лекции по истории огня и земли. Запомните, что на мои лекции опаздывать нельзя, пропускать тоже, готовиться тщательно и усердно, и тогда вы не вылетите отсюда первым попутным ветром.

Он снова усмехнулся, только теперь усмешка походила на кровожадный оскал. Кажется, я где-то читала, что огненные стихийники скверны по характеру и совсем не жалуют так называемые «слабые» чувства: сочувствие, жалость, любовь…

Габриэль словно был прообразом той книги. Его внешность была привлекательной, но отпугивали злые глаза и недобрая усмешка. А судя по произнесенной речи, его характер также был обжигающим.

Несмотря на все это и на слухи, которые, по словам Ленор, ходили по Академии, профессор Девон не представлял собой мутного и легкомысленного колдуна, завлеченного запрещенной магией. По крайней мере, таковым было первое впечатление.

Он производил впечатление сильного, независимого мужчины, который знает, что такое жизнь и как с этой штукой управляться. И он определенно был горячим во всех смыслах.

Ведь с его появлением в аудитории стало невыносимо жарко.