Обещай любить меня вечно

Глава 3

Заира и Камиль уехали ночью. Дом затих, словно в нем не было живой души. Дедушка с бабушкой и Али еще спали, когда Зарият рано утром проснувшись, вышла во двор. Тихонько закрыв за собой дверь, девушка присела на крыльцо, прерывисто вдыхая прохладный воздух. Сложив пальцы в кулачок, она легонько била им себя по губам, затем прикусила указательный палец. Чувства вырывались наружу: боль, страх, любовь и ненависть… Все смешалось в ее голове.
Дверь за спиной скрипнула. Не стоило гадать или оборачиваться, чтобы догадаться, кто стоит у нее за спиной. У девушки было примерно 15-ть секунд, для того чтобы собраться с мыслями и спрятать свою растерянность, прежде, чем пожелать доброе утро дедушке.
- Почему ты сидишь на холоде, дочка? – раздался голос за спиной.
Зарият смахнула слезы в уголках глаз и обернулась к нему.
- Дышу воздухом, дедуль, - соврала она.
Мусса подошел и присел рядом с ней. Испытывающе глядя на внучку, он пытался разгадать, что тревожило девушку.
- Ты меня пугаешь, дочка, - тихо сказал Мусса.
- О чем ты?
- Со вчерашнего дня с тобою что-то происходит, мой цветок. Но ты не хочешь об этом говорить.
Сердце больно ухнуло, упав куда-то вниз. «Мой цветок» - так звал ее отец. Это был запрещенный прием, который дедушка использовал в крайне редких случаях. Он называл ее этим именем только когда хотел вывести девушку из равновесия. В ушах прогремел голос папы, а перед глазами замелькала картина, как он входит в дом после работы и сразу зовет ее: «Где мой цветок, я хочу его обнять…». С той поры прошло уже 20-ть лет, а воспоминания были свежи, будто это все происходило вчера.
- Я вижу, как старые тайны загораются в твоих глазах, Зарият…
Голос дедушки вывел ее из воспоминаний.
- И раны твои снова кровоточат. Это из-за того, что наговорила вчера Заира?
Она отрицательно качнула головой.
- Не молчи же, цветочек, я ведь волнуюсь, - прошептал Мусса.
Зарият потянулась и обняла старика, крепко вцепившись в его плечи. Мусса аккуратно обнял ее в ответ.
- Я боюсь… Боюсь будущего, дедушка… - призналась она.
- Почему, доченька? Разве есть причины для беспокойства?
Он отстранился и снова посмотрел ей в глаза. Страшная догадка осенила его. Глаза расширись от ужаса.
- Это как то связанно со свадьбой Фатимы…
Брови Зарият нервно дернулись, она прерывисто задышала.
- Или… С ее женихом? – она молчала, пряча от него взгляд, - Скажи, жених Фатимы отец нашего Али?
- Нет, дедушка! – повысила она голос, - Не говори ерунды! Магомед здесь не при чем. Клянусь.
- Тогда что же? Что тебя тревожит?
- Ничего. Ты напрасно волнуешься, - стараясь говорить убедительно, она поднялась и протянула деду руку, - пойдем в дом. Я голодна, позавтракаешь со мной?
Он молча поднялся на ноги и пошел за ней в дом. Больше они не касались тем с острыми краями, говоря на посторонние темы. Вскоре проснулась бабушка, а за ней и маленький Али. Дом словно преобразился с их пробуждением, в комнате звучал детский смех. Ребенок заражал оптимизмом и вскоре все взрослые веселились с ним как дети. Лишь изредка Зарият тяжело вздыхала, словно вела немой диалог с самой собой, что не могло не озадачить бабушку Салихат.
***

Ислам сидел один за столиком в «Санчо», глядя в окно на проезжающие мимо здания машины, он пытался угнаться за ними, как и за своими мыслями. Этим вечером на удивление он был трезв. Изредка тяжело выдыхая, мужчина наблюдал, как тлеет в пепельнице очередная сигарета.
Прошла неделя, как он потерял Зарият из виду. Целую неделю он не видел девушку и ничего о ней не слышал. Изо всех сил он пытался переждать этот момент, не бросаясь на друзей, что могли предоставить ему нужную информацию.
На протяжении нескольких месяцев Ислам беспрепятственно мог наблюдать за девушкой, а сейчас даже не знал где она. Что с ней? Случилось ли чего? Это было пыткой.
Он зажег новую сигарету, глубоко втянул успокающего яда.
Зарият поработила его рассудок, даже при том, что совершенно ничего для этого не сделала. Ее голос, смех, глаза, линия губ – ежеминутно всплывали у него перед глазами. Моменты из прошлого картинками вырывались из глубин памяти. Последние воспоминания о ней все портили. Он отчетливо помнил, как открыл белый конверт, в котором были фотографии, разбившие его сердце в дребезги. На них его кареглазая девочка, улыбаясь мерила белое платье. Она кружилась в платье, словно окутанная белым облаком. На снимках также был некто, кто доставлял ей радость, наблюдая за ней. Он сидел спиной к объективу, поэтому Ислам не мог разглядеть лица того, кто отнял у него смысл жизни. Но он ненавидел того незнакомца, ненавидел даже больше, чем любимую лгунью.
Она светилась счастьем на этих фотографиях, а он, Ислам, канул в бездну. С того дня ему не было покоя. Пока не встретил ее снова…
Он был уверен, сейчас Зарият одна. Она бросила его ради другого, но видимо и там у нее не сложилось...

- Надо же, и правда, чай!
Ислам дрогнул от неожиданности. Обернувшись, увидел Магомеда, стоя дегустирующего чай в стакане из которого недавно пил Ислам. Поставив стакан обратно, он сел напротив друга.
- Разве ты не должен быть в городе, - вместо приветствия, спросил Ислам.
- Я и был, - ответил Магомед, - уладил там все, и вернулся. Ахмед, можно мне тоже чая? – обратился он к парню за барной стойкой.
- Ну и, - без особого интереса продолжил Ислам, - как обстоят дела с подготовкой к свадьбе?
- Хорошо. Есть правда несколько вещей, что огорчают меня.
Ислам все же заинтересовался другом и сел, повернувшись к нему лицом.
- Что же это? – спросил он.
- Ну, у меня все еще нет друга на свадьбу, - Магомед с благодарностью принял чашку и чайник с заваренным чаем. – И я хотел предложить эту роль тебе, брат.
- Э-нет, брат мой, я пас! Или думаешь, я дурак и не понимаю, зачем ты это делаешь?
- Вообще-то, просто хотел, чтобы мой лучший друг был рядом со мной, в самый счастливый день в жизни.
- Не подлизывайся. Твой лучший друг прекрасно по болеет за тебя из толпы гостей.
- Будешь, как вор, наблюдать за ней, как делаешь это сейчас. Не надоело? – прямо спросил Магомед.
- В день, когда мне это надоест, я позвоню в ее дверь, Мага.
- Ладно. Но ты пожалуйста, обещай подумать. Не отказывай сразу.
- Хорошо, я откажу, как только подумаю, - язвил Ислам. – А сейчас мне пора домой.
Ислам встал, бросил деньги на стол и взял куртку, телефон и ключи от машины.
- Пойдешь на ночной караул? – Ислам обернулся на Магомеда. – Не стоит, она в деревне. Спросил бы раньше, я бы тебе сказал.
- А я у тебя не спрашивал, Мага. – ответил Ислам. – Увидимся утром.
По дороге домой, не удержавшись Ислам поехал по улице на которой живет Зарият. В окнах ее квартиры не горел свет. Ее не было дома. Сегодня восьмой день. Гадая, что же у нее случилось, он поехал домой.
***