Обещай мне себя

5

Мяч летит прямо в штангу.

Стадион взрывается разочарованным воплем.

Отскок — и... мяч с глухим ударом попадает Егору прямо в лоб.

Так точно, будто он сам подстроил. Он падает на траву.

Финальный свисток.

Победа — за нашим институтом.

К нему тут же подбегают ребята с команды, помогают подняться. Судья оглашает счёт, но я не слышу цифр — только гул крови в ушах.

Сердце колотится так, что, кажется, оно сейчас вырвется наружу.

Егор поднимает голову. Улыбается — улыбка шальная, с перекосом. Смотрит в мою сторону.

На меня.

На экране над полем крупным планом — его лицо.

Я замираю. Из рассечённой брови тонкой струйкой стекает кровь.

Он ранен.

Глупо, но мне страшно. Только сердце щемит. И почему-то… приятно от того, что он смотрит именно на меня.

Что с тобой, Таня?

Ты влюбилась?

Чушь. Чистая.

Он бросает пару слов товарищам — и направляется к трибунам.

Стадион гудит:

— Го-ша! Го-ша!

Он идёт, небрежно помахивая рукой, будто он — король, возвращающийся с победы.

Внезапно — перепрыгивает через ограждение. Толпа фанаток визжит:

— Я тебя люблю, Егор! — кричит одна, пытаясь набросить шарфик ему на шею.

Он ловко уходит от неё, кидает воздушный поцелуй и идёт дальше.

— Видели?! Он на меня посмотрел!

— Это правда, что вы с Ингой расстались?! — вопит другая. — Ты теперь свободен?!

Он усмехается и что-то ей шепчет. Девушка оседает на скамейку, понурившись.

И вот — его взгляд снова на мне.

— Привет, — говорит он.

У меня внутри всё сжимается.

— Привет, — выдыхаю хрипло.

— Ну что, идём?

— Куда?

— Я не сказал? Мы собираемся отметить победу. И ты — приглашена.

Сотни глаз устремлены на меня.

Удивлённые. Недоумённые. Завистливые. Враждебные.

А его глаза — тёплые. Насмешливые, но без издёвки.

Я киваю.

Раз уж он позвал меня перед всеми, не хочу устроить сцену. А позже… скажу, что передумала.

Он подаёт руку. Крупная ладонь, сильные пальцы, сбитые костяшки. Интересно, откуда? Он же не кулаками мяч бьёт...

Мы спускаемся с трибун под шёпот разочарованных девчонок.

Краем глаза замечаю в толпе знакомое лицо — одна из подруг Инги. Та самая, что была тогда в коридоре.

— Не боишься, что твоей девушке расскажут? — спрашиваю я.

— Какой девушке?

— Инге.

— Мы расстались. Ты сама видела. Разошлись пути-дорожки.

Говорит без сожаления. А мне от этого… странно. Они же встречались больше года.

Он так легко отпустил?

— А меня ты позвал, чтобы её уколоть? — спрашиваю чуть жёстче.

— Я не настолько мелочный, — отвечает он.

От него пахнет потом, но это не отталкивает. Наоборот — запах живой, мужественный. Притягательный.

Из рассечённой брови продолжает капать кровь. Он небрежно смахивает её тыльной стороной ладони, размазывая по лбу.

— Тише! — хватаю его за руку.

И застываю.

Мир будто исчезает. Всё, кроме этой руки и его взгляда.

— Что? — он спрашивает серьёзно.

— У тебя кровь, — шепчу.

Я не могу оторвать взгляд от его глаз. И не отпускаю руку.

— Ерунда.

— Это не ерунда, — качаю головой, отступая. — Можно занести инфекцию. Тебе надо в травмпункт.

— Ну хорошо, мамочка, — усмехается он. — Веди меня.

— Я?

— Это же тебя волнует моё здоровье.

— А тебя нет?

— Танюш, это просто ссадина. Но если тебе хочется намазать меня зелёнкой — я не против.

Он улыбается.

И я… улыбаюсь в ответ. Он запомнил моё имя. Это глупо, но внутри становится по-настоящему тепло.