Обещание Эстер

Пролог

Колдун молча смотрел на распростертый под ним город. Саван ночи чернел, переливаясь ленивым мерцанием далеких звезд. В синих глазах колдуна стыло безумие, ведь прямой отказ девушки подчиниться ему и дать заветное обещание, отнял всякую надежду на исполнение его желания.

Конечно, еще оставался Розенталь – город-призрак, город-тоска. Он нагонял на Колдуна мистический ужас. Если бы можно было обойтись без него!

Петли высохших дорог, строгие черные дома-башни, завывание ветра и существ, утонувших во тьме узких улочек. Подземные обиталища спятивших гостей и узников, не нашедших выходов на поверхность и сгинувших в чертогах Арнавалла. Колдун содрогнулся. Ах, Эстер! Чего проще было – пообещать!

Из трех избранных учеников Крауча он оказался самым щепетильным и человечным. Его недостатки часто приводили Поводыря в ужас; он беспрестанно сетовал на неумение будущего Колдуна слушать голос разума, на его отказы рваться к власти, правильно соперничать и побеждать даже в нечестном бою. Люди, как утверждал Крауч, всего лишь слепки с Великих Магов, и нельзя поддаваться на их ухищрения, крики о помощи, уверения в безвыходности.

Ненавидел Поводырь и отсрочки, о которых его часто молили вверенные ему подданные. Колдун пытался спорить, особенно, когда понял, что вдруг избран в число претендентов на титул; он решил, что теперь имеет право показывать характер. Глупец! Это чуть не провалило всю затею Крауча, и без того сбившегося с ног в поисках достойного соперника Нагу и Лукреции. Совет долго не давал согласия на присвоение ему титула, отчаянно сопротивляясь очевидным успехам.

И, какая ирония, мэр Розенталя сказал свое решающее слово. Кто бы мог подумать, что глава этой зловонной мглы выступит в его защиту! Или не ирония? Или все так и было предрешено, и ему – полубезумному, не способному на жалость и понимание происходящего – суждено истлеть под городом греха и зла, так и не приблизившись к заветной Двери Власти. Будь ты проклята, Эстер!

Колдун молча смотрел на распростертый под ним город. Саван ночи чернел, переливаясь ленивым мерцанием далеких звезд. В синих глазах колдуна стыло безумие, ведь прямой отказ девушки подчиниться ему и дать заветное обещание, отнял всякую надежду на исполнение его желания.

Конечно, еще оставался Розенталь – город-призрак, город-тоска. Он нагонял на Колдуна мистический ужас. Если бы можно было обойтись без него!

Петли высохших дорог, строгие черные дома-башни, завывание ветра и существ, утонувших во тьме узких улочек. Подземные обиталища спятивших гостей и узников, не нашедших выходов на поверхность и сгинувших в чертогах Арнавалла. Колдун содрогнулся. Ах, Эстер! Чего проще было – пообещать!

Из трех избранных учеников Крауча он оказался самым щепетильным и человечным. Его недостатки часто приводили Поводыря в ужас; он беспрестанно сетовал на неумение будущего Колдуна слушать голос разума, на его отказы рваться к власти, правильно соперничать и побеждать даже в нечестном бою. Люди, как утверждал Крауч, всего лишь слепки с Великих Магов, и нельзя поддаваться на их ухищрения, крики о помощи, уверения в безвыходности.

Ненавидел Поводырь и отсрочки, о которых его часто молили вверенные ему подданные. Колдун пытался спорить, особенно, когда понял, что вдруг избран в число претендентов на титул; он решил, что теперь имеет право показывать характер. Глупец! Это чуть не провалило всю затею Крауча, и без того сбившегося с ног в поисках достойного соперника Нагу и Лукреции. Совет долго не давал согласия на присвоение ему титула, отчаянно сопротивляясь очевидным успехам.

И, какая ирония, мэр Розенталя сказал свое решающее слово. Кто бы мог подумать, что глава этой зловонной мглы выступит в его защиту! Или не ирония? Или все так и было предрешено, и ему – полубезумному, не способному на жалость и понимание происходящего – суждено истлеть под городом греха и зла, так и не приблизившись к заветной Двери Власти. Будь ты проклята, Эстер!