Обещанная

Глава: 43

На следующий день Байра невозможно было остановить. Его буквально распирало от счастья: он прыгал вокруг хижины, приплясывал и ревел победным голосом:

– Я, Байр, первый ликар во всем космосе, который говорит по-орксиарски! Да я теперь великим учителем стану! Школу здесь открою – всех ликаров обучать буду! Может, даже книжку напишу: «Орксиарский для начинающих». Автор – Байр Великий!

Он захохотал, подпрыгнул так, что хвост громко шлепнул по земле, и тут же продолжил:

– Хотя нет, знаешь что? Лучше стану переговорщиком между вами, Ор’Ксиарами, и всем остальным космосом. Представь: все садятся за стол, мирно разговаривают, а я – главный посредник. Да мне памятники будут ставить!

Он резко выпрямился, распахнул лапы и засмеялся так, будто держал в руках весь космос. Отсмеявшись, в два прыжка подскочил к воину и ткнул когтем ему прямо в грудь:

– Ну-ка, воин, скажи что-нибудь по-орксиарски! Давай, давай! Я все пойму!

Каор’Исс лишь посмотрел на него, но взгляд его был устремлен куда-то сквозь Байра. Он почти не слышал его хвастовства. В этот миг он вновь ощутил ее. Орису.

Это было невероятно. Второй раз сбежать с Ис’Тайра? Немыслимо. Но связь не врала: она летела к нему. Ее чувства ударили в него, как солнечные лучи, разрывающие ледяную тьму.

Байр снова ткнул когтем в его грудь, на этот раз уже с подозрением, будто проверяя:

– Эй, ты чего замер? Живой вообще?

Каор’Исс поднял взгляд.

– Что? – неуверенно протянул ликар, коготь так и остался упертым в грудь воина. – Я что-то не то сказал?

– Байр, – голос Каор’Исса прозвучал низко и глухо, – вы с Орисой познакомились в космосе?

Ликар медленно кивнул.

– Как ты смог покинуть эту планету?

Байр замер, уставившись в землю. Вся его бравада и смех осыпались мгновенно, будто их сдуло холодным ветром. Даже хвост он прижал к ногам. На миг Каор’Иссу показалось, что он видит не привычного насмешника, а зверя, загнанного в угол.

Ликары никогда не были народом космоса. У них не было ни кораблей, ни станций, ни даже примитивных челноков. Их жизнь ограничивалась охотой, ремеслом и небольшими деревнями из дерева и камня. Они умели пользоваться луками и сетями, знали травы, но не знали двигателей и полетов. Там, где другие цивилизации давно бороздили звезды, ликары все еще полагались на собственные лапы и силу стаи.

– Зачем тебе это знать? – тихо буркнул он.

Каор’Исс поднялся, и Байр невольно отступил.

– Она одна, – сказал воин. – В открытом космосе.

Байр втянул воздух, глаза его округлились. На миг он выглядел растерянным, почти испуганным.

– О-одна? Но это же… – он запнулся, захлопал глазами, а затем резко отвернулся, будто хотел прогнать наваждение.

Каор’Исс шагнул ближе, схватил его за плечо и сжал так, что когти ликара царапнули воздух.

Байр зашипел, но не вырвался. В его глазах мелькнули воспоминания – резкий блеск боли, унижения, ужаса. Он скривился, как от удара, и выдохнул:

– Я не могу туда вернуться… Не могу.

– И не нужно, – сказал воин твердо. – Ты останешься здесь. Откроешь свою школу. Станешь великим учителем.

Байр моргнул, не веря своим ушам:

– Но Ориса…

– Орисе помогу я, – оборвал его Каор’Исс.

Ликар закусил губу. Казалось, он вот-вот снова хмыкнет и отшутится, но вместо этого шумно выдохнул и опустился на камень:

– На севере, там, где один за другим тянутся каменные плато, чужаки выстроили свои машины. Огромные, на металлических ногах. Гул стоит такой, что шерсть дыбом. Вгрызаются в плато, бурят до самого нутра. Ночью видны за сотни верст – сияют, как костры богов.

Каор’Исс молчал, и Байр нехотя продолжил:

– Они добывают плазакс. Камень со светом внутри. Наши старики держали такие крошки в домах, верили, что они хранят тепло рода. А для них это топливо. Заряжают им свои машины.

Он хмыкнул, но веселья в этом звуке не было.

– Я полез посмотреть. Хотел понять, что за штуки, как работают… любопытство, дурацкое любопытство. Подкрался близко – а у них охрана. Железные твари на шести ногах. Схватили меня, как зайца в капкан.

Байр поморщился, будто от боли, и продолжил глухо:

– Дальше цепи, кнуты, клетка. Думал – прибьют, но нет. Им нужны были живые, чтобы тащить камень из-под земли. Рабов гнали под буровые, и я был одним из них.

Ликар криво усмехнулся.

– Я столько раз пытался сбежать… Раз за разом. Лез в шахты, рвал когти, карабкаясь по скалам, искал лазейки. А они ловили, били и снова гнали в яму. В какой-то момент я понял: если останусь – сдохну там, как все остальные. И тогда я забрался в контейнер с камнем. Втиснулся между острыми как лезвия блоками плазакса, еле дышал. Меня закрыли, подняли на поверхность и вместе с камнем погрузили в трюм… так я очутился на корабле захватчиков…

Он помолчал, потом опустил голову и глухо добавил: