Обещать (не) значит жениться

Глава 7

Эдуард

Что за студенты пошли, сбивают с ног преподавателей? Накупят каблуков, а ходить не умеют, только как оружие на поражение используют.

Всего за один час пребывания в университете мне дважды причинили легкие телесные повреждения. И кто? Не гром-баба, а маленькая воспитанная кнопка-гном, опоздавшая староста группы. Никакого уважения к старшим!

Пришлось выплеснуть негатив нецензурно, на родном языке, дважды, как привык в коллективе. Все равно никто не понимает.

Я здесь ради одной цели, вложить крупицы знаний в головы студентов заушного обучения, половина из которых даже не будет работать по специальности после окончания.

Знакомство вышло интересным, эта крошка-гном и здесь выделилась, когда пришлось дважды назвать её фамилию. Немка? Или по мужу? Кольца не видно, только у соседки блестит на пальце. Да ладно? И совсем nicht verstehen[1]?!Или понимает?

Пока вел лекцию, немного понаблюдал за ней. Ничего примечательного, серо, бледно, невзрачно и скучно. Типичная отличница из семьи со средним достатком, такие обычно заканчивают бюджет на дневном отделении. Что она забыла на заочном?

Подружка рядом с ней, тоже похожа на отличницу только из обеспеченной семьи, которая скорее всего вышла замуж, забеременела и перевелась на заочную форму.

Вот и сидят передо мной две подружки-лягушки и старательно пишут лекции ровным подчерком.

Аккуратно сцеженный ею зевок не укрылся от меня. Что ж, она сама напросилась! Будет сейчас показательное наказание для нее и урок для остальных.

— Студентка Гельм, если вам скучно, я не держу. Встретимся на защите и зачете, — посмотрел на нее своим самым строгим взглядом.

Девушка съежилась, прикрыла глаза и закусила губу, будто вот-вот расплачется. Только сырости мне здесь не хватало! Неужели я так страшен и суров? Подняла на меня свои серые глаза, просто боевая крошка-моль.

— К следующему занятию жду от вас реферат на тему «Принципы уголовного судопроизводства» не менее десяти листов.

— Хорошо, — ответила кнопка и записала тему.

Я продолжил лекцию, стараясь не смотреть на первую парту, только скользил взглядом по светлой макушке.

На следующем занятии она меня удивила, когда подошла и положила на стол реферат и свою курсовую работу с пометкой «не зачтено». Курсовая была идентична с одной на параллельном потоке, может, оформлена более грамотно, но в целом, слово в слово.

Она сразу бросилась в защиту.

— Я её писала сама! Можете прямо сейчас  спросить меня по теме, я вам отвечу.

Я посмотрел на часы, не хотелось опаздывать на встречу, понимал, что сейчас у меня нет ни времени, ни желания её слушать. Затем глянул на эту кнопку-гнома и ответил:

— У вас будет специально отведенное время на защиту, можете подготовиться лучше. Рекомендую так и сделать.

— Вы мне не верите? — спросило это маленькое чудо.

— Презумпция невиновности, студентка Гельм. Сейчас у меня на вас нет времени.

— Спасибо за внимание. До свидания, Эдуард Альбертович.

— До свидания, студентка Гельм.

Пусть поплачет и лучше подготовится к защите, не буду я вносить коррективы в свои планы и встречи ради одной студентки.

***

Лекции для заочников по теоретическим дисциплинам длятся всего четыре-пять часов, нереально дать весь материал для экзамена. Получается охватить не более двадцати процентов, а остальной объем студенты должны найти и подготовить перед сессией самостоятельно. На деле получается так:

— А начните по порядку, с первого вопроса, — сказало большинство.

И только двое с первой парты задали вопросы по существу. Уточняли некоторые моменты по экзаменационным вопросам, на некоторые даже сами же и отвечали, листая записи. Остальная часть группы плыла по течению, как г… бревно по реке. Будет сложно, но сдавать экзамен им, а мне только слушать бред большинства.

Защита курсовых работ стала испытанием не только для моих нервов, но и для ушей. Я совсем не удивился, когда она вызвалась первой защищать работу. Говорила складно и с расстановкой, не сбивалась, когда я её прерывал и задавал вопросы по работе. Успел пролистать её зачетку, не ошибся, действительно отличница. Можно с чистой совестью поставить «хорошо».

— Достаточно, — прервал я её повествование. — Хорошо подготовились, студентка Гельм.

Поставил оценку и протянул зачетную книжку, которую она забирала из моих рук как ядовитую змею. Посмотрел на её лицо, губы бантиком, дыхание как у ежика, сейчас потечет из глаз и из носа. Так расстроилась из-за четверки?

— Что-то хотите сказать, фрау Гельм? — спросил я.

— Вы мне поставили «хорошо». Я плохо защитила?

— Вы правильно заметили, «хорошо».

[1]Не понимает.— нем.