Обещают звёзды

3

Аня стояла у окна и пыталась разглядеть людей внизу на улице. С высоты 35 этажа они все выглядели до смешного нелепыми: суетливые хаотичные муравьи — не иначе.

Девушка еще никогда не поднималась так высоко. Она ждала начала собеседования в роскошном офисе «А-гентства». Богатый интерьер, призванный бросать пыль в глаза премиальным клиентам, немного смущал Аню, которая привыкла к безликим опен-спейсам обычных агентств. Всё вокруг кричало: «Тебе придется заплатить!». Но этот вычурный шик прибавлял ей уверенности в себе и своём профессионализме — для работы с топовыми заказчиками требовались высококлассные специалисты. И дело было даже не в отличном результате работы таких рекламщиков — их навыки и знания тоже продавались дороже, чем рядовых дизайнеров и копирайтеров.

«Раз меня сюда позвали, то я этого достойна. Наверное» – думала она, глядя на картины современных художников и уникальную дизайнерскую мебель. Аня представляла, как будет сидеть на ярких геометричных диванах, пить кофе на минималистичной белой кухне или листать книги об искусстве, хаотично разложенные по низким стеклянным столикам.

– Приношу извинения, что задержалась. Другая важная встреча наложилась в расписании, – сказала Юля. Она не вошла – вплыла в переговорку через широкие стеклянные двери.

– Да ничего страшного, – улыбнулась Аня.

– А теперь полноценное приветствие. Привет! Рада тебя видеть, — Юля наклонилась и обняла бывшую коллегу.

– Привет!

– Наша HR-ка не сможет присоединиться. Она отменила собеседование в последний момент. Но я всё-таки решила с тобой поговорить. У тебя потрясающее портфолио.

– Вау! Спасибо!

– Да. Работы реально разные. А рекламные лонгриды? Начинаешь читать — тут же увлекаешься. Даже не понятно, что это реклама… Но зато в конце, когда ты вплетаешь продукт… Вау! Я уже готова. Серьезно, я чуть не заказала те туфли. Опомнилась уже на сайте рекламодателя. Типа: «Юля, ты вообще носишь туфли? Нет! Ты все время гоняешь в кроссовках или кедах». Но статья потрясающая, да!

– Ничего себе. Я рада, что мои тексты работают. А то, сама понимаешь, сложно судить о своей работе объективно.

– Так вот, знай. Твои тексты – объективно супер. И нам сейчас нужен такой специалист, как ты. Тебе не нужно себя даже продавать. Работы делают это за тебя. По ним очевидно, что ты усилишь нашу команду копирайтинга. Да ты усилишь любую команду!

– Ты думаешь?

– Я уверена. Но… Но, как говорится, есть нюанс.

– Какой?

– Из-за которого наша HR отменила встречу. Мне жаль. Но я должна сказать. Иначе ты не узнаешь. На тебе – черная метка.

– Чего?

– Ты никогда не слышала о таком?

– Нет…

– Работодатель может поставить на бывшего сотрудника черную метку. Обычно её удостаиваются за воровство или подлоги. Но я с тобой работала. Это не в твоём стиле. Так что, даже не знаю, как ты её умудрилась заработала.

– Вот же ж блин!

– Ага, – сочувственно покачала головой Юля.

– А где её найти?

– Ты её не увидишь. Это на сайте, где крупные компании проверяют благонадежность будущего сотрудника. Видимо, ты сильно насолила бывшим работодателям… А что ты натворила-то?

– Сказала заказчику правду.

– Воу! Это в нашем деле вообще под запретом.

– Я знаю. Знаю. А эту черную метку вообще можно убрать?

– Не слышала о таких случаях. Я бы тебе что посоветовала сделать: найти работу в мелкой компании, где не знают про этот сайт. Переждать. Годик-два. Судя по тому, что я слышала, за это время скандалы окончательно потопят проект. И ты с очищенным добрым именем сможешь вернуться. А ещё остыть. И больше никогда не работать с клиентами напрямую.

– Я и не собиралась работать. Меня заставили.

– Тогда получилось вдвойне отстойно!

– Да…

– В общем, я должна была это сказать. Понимаю, стремно узнать, что стало почти невозможно устроиться в нормальную компанию. Но предупрежден — значит вооружен! А я ещё попытаюсь узнать на счет фриланса с тобой. У тебя есть самозанятость?

– Что это?

– Погугли. Может, так будет проще какое-то время перекантоваться. Короче, удачи. И будем на связи.

Юля проводила Аню из офиса и оставила ее одну. Лифт ехал к ней бесконечно долго. Голова раскалывалась, а холодный свет ламп, бесконечность раз отражавшийся в отполированных металлических стенах, только усиливал боль. От него было не спрятаться, казалось, он проникал даже сквозь закрытые глаза, даже через кожу. Нужно уйти отсюда. Нужно сбежать. Аня была готова пойти по пожарной лестнице, но испугалась, что не осилит такой высоты. Даже в лучшей спортивной форме она бы не пробежала 35 этажей, а сейчас, когда она потеряла контроль над телом и размякла, как мякиш в молоке, это казалось совершенно невозможным.

Двери лифта резко раскрылись перед аниным лицом. «Ну и технологии пошли. Самурайские» – подумала Аня, протискиваясь между людьми. Она привыкла, что лифты приезжают со скрипом и треском, которые не позволяют взять пассажира врасплох.

– Вверх, – сказал один парень и для убедительности ткнул пальцем в сторону потолка.

– А у меня нет выбора, – ответила Аня.

Лифт ехал так плавно, что было непонятно, движутся ли они вообще или застряли в пространстве без координат. Только заложенные уши показали, что они стремительно поднимаются, как если бы в самолете были стоячие места. Аня прижалась спиной к задней зеркальной стороне кабины. Все остальные были так далеко, будто специально отошли от нее, избегали даже прикосновений. Ей казалось, что люди, которые работают в Башне, чувствуют чужую слабость. Её неудачливость удушливым смрадом разносилась по лифту, а люди боялись задеть Аню случайно, чтобы не перенять её немочь.

Кто-то выходил на этажах, но его тут же заменял другой человек. Но никто так и не приближался к Ане. Прокаженная карьеристка. Она задумалась, неужели так заметно, что она лишилась карьеры и едет с настолько неудачного собеседования, что его даже не провели? А, может быть, в этом лифте даже кто-то уже знает, что у неё – черная метка. Аня не понимала, как работает этот сайт, но подозревала, что это что-то по типу огромной базы данных о соискателях с фото и всей остальной информацией.