Обет молчания

ГЛАВА 1. Игра начинается

Тишина в кабинете стоила дороже, чем весь ковёр на полу из шерсти тибетских коз. Я её покупал за такие деньги, что Арина неделю не разговаривала со мной — мол, безумная трата. Зато теперь в этой тишине был слышен каждый звук. Скрежет тормозов на улице в тридцати этажах ниже. Ровное гудение серверов за стеной. И тиканье напольных часов «Було», которые когда-то выбирали вместе.

Сейчас они отбивали время предательства.

Я не смотрел на часы. Я смотрел на экран ноутбука. На панели управления «умным домом» горела иконка гостиной. «Камера активна. Запись ведётся».

Арина всегда забывала её выключать. Говорила, что система слишком сложная. Возможно, это была её единственная искренняя слабость.

Я нажал на иконку. Чёрно-белое изображение заполнило экран. Высокое разрешение, инфракрасная подсветка. Видно было идеально.

Они сидели на диване, который я привёз из Милана. Артем расстегнул две верхние пуговицы рубашки, жестикулировал. Рассказывал одну из своих бесконечных историй про выигранный процесс. Арина слушала, поджав под себя ноги, в том самом чёрном платье, которое я называл «доспехами» — оно сидело на ней как влитое, стоило как хороший мотоцикл и всегда означало, что она хочет быть непобедимой.

Она улыбалась. Не той светской улыбкой, которую щёлкали фотографы на моих же благотворительных вечерах. Другой. Мягкой, расслабленной. Кончиками пальцев она вертела стопку виски — моего, тридцатилетнего «Маколлана».

Потом он закончил историю. Пауза. Он посмотрел на неё. Она посмотрела на него.

И вот она — та самая деталь, с которой всё началось. Он не потянулся к её руке. Не стал гладить её волосы. Он просто… убрал со лба выбившуюся прядь. Совершенно обычный, почти дружеский жест.

Но она замерла. Как будто этот жест был паролем. Кодом доступа.

Потом всё произошло быстро. Он наклонился. Она не отстранилась. Поцелуй был не страстным, не жадным. Он был… привычным. Таким, каким целуются люди, которые уже прошли стадию первой горячки. Которым удобно. Которые знают вкус друг друга.

Мой желудок сжался в тугой, холодный узел. Во рту стало сухо. Но руки оставались неподвижными на столе. Я наблюдал. Как учёный наблюдает за интересным экспериментом. Как хирург — за вскрытием.

Он прошептал что-то ей на ухо. Она рассмеялась тихо, смущённо, и провела рукой по его щеке. Этот жест был ещё страшнее поцелуя. В нём была нежность. Та, которой в нашем доме не было уже… годы.

Я закрыл глаза. На секунду. Открыл. Они всё ещё были там. Моя жена. Мой лучший друг. Вернее, человек, которого я семь лет считал лучшим другом.

Гнев пришёл не сразу. Сначала пришло другое — абсолютная, кристальная ясность. Как будто кто-то протёр запотевшее стекло, и весь мир встал на свои места. Внезапно обрели смысл её вечные «девичники». Его участившиеся визиты под предлогом «обсудить дела». Её новая привычка спать, отвернувшись к стене. Его осторожные взгляды на меня за ужином.

Идиот. Слепой, самоуверенный идиот.

Я двинул мышью, остановил запись. Перемотал назад. Снова посмотрел на момент с прядью. Стоп. Кадр.

Артём Белов. Блестящий адвокат. Человек, которому я доверял ключи от запасного выхода из пентхауса. Которого позвал свидетелем на свою свадьбу. Который знал пароли от половины моих рабочих аккаунтов.

И Арина. Арина Захарова-Волкова. Моя красивая, безупречная, пресная как дистиллированная вода жена. Я дал ей всё, что она хотела. Всё, что требовал её статус, её фамилия, её амбиции. Я построил для неё идеальную клетку из золота и стекла. И она… завела себе соседа по клетке.

Мне хотелось встать, пройти тридцать шагов до гостиной, распахнуть дверь и посмотреть на их лица. Хотелось услышать хруст его носа под моим кулаком. Хотелось сорвать с неё это чёрное платье и спросить, дороже ли оно того, чтобы так рисковать.

Но я не двинулся с места.

Потому что я — Марк Волков. Я не тот, кто рубит с плеча. Я тот, кто рубит лес, чтобы построить небоскрёб. Разрушение без созидания — удел слабаков.

Я откинулся в кресле. Кожаный холодок прошёл по спине. Смотрю на застывший кадр на экране. Два силуэта в полумраке моей гостиной. Мой мир. Моя собственность. Моя реальность.

Они думали, что играют в опасную игру. Они даже не подозревали, в какую игру только что вступили.

Месть — это не эмоция. Это архитектура. Нужен проект. Нужен фундамент. Нужны материалы.

И первое, что нужно сделать с повреждённой конструкцией — не ломать её в гневе. Нужно аккуратно демонтировать, сохранив всё ценное. А потом построить на этом месте нечто новое. Нечто более совершенное. Нечто, от чего у них перехватит дыхание.

Я потянулся к телефону, провёл пальцем по экрану. Набрал номер.

— Иван, — мой голос прозвучал спокойно, ровно, как будто я диктовал расписание встреч. — Перенеси все мои дела на завтра. И подготовь досье на всех наших подрядчиков из «Белого и партнёры». Мне нужна вся информация по Артёму Белову. Личная и профессиональная. Всё, что есть.

Пауза. Иван, мой помощник, не задал лишних вопросов. Просто подтвердил.

Я положил трубку. Встал, подошл к панорамному окну. Москва лежала внизу, как карта завоеваний. Огни, потоки машин, силуэты высоток. Я всё это построил. Или приобрёл. По сути — одно и то же.

Они отняли у меня иллюзию. Прекрасно. Значит, пора создавать новую реальность.

И для новой реальности мне потребуется новый элемент. Совершенный. Красивый. И совершенно невинный.

Я повернулся к экрану, где всё ещё висело их застывшее изображение. Улыбнулся. В первый раз за этот вечер.

— Игра начинается, — прошептал я в тишину кабинета. — Жаль, что вы даже не знаете правил.

Добро пожаловать в историю Марка из «Обета молчания» и его Лики, с которой мы познакомимся уже в следующей главе.

Вас ждёт адреналиновый коктейль из ледяной мести и обжигающей страсти, где каждый поцелуй — часть хитроумного плана, а каждое «я тебя люблю» может оказаться последней ложью.