Обитель душ. Книга 2. Эфемерность величия

Глава 4. (часть 2)

* * *

   Наверное, Зарина кричала. Непонятно было, потому что ощущение камня в ладони перебивало все остальные чувства. Камень Душ чуть раньше обжег ее холодом, но сейчас пульсировал теплом, будто обмороженная конечность, в которую резко подали ток крови.

   Все-таки Зарина кричала. Вопли оглушали, и девочка попыталась захлопнуть рот, чтобы не издавать больше ни звука, но оказалось, что ее губы итак были плотно сжаты. Значит, кричала не она? А куда делся тронный зал?

   Зарина моргнула. Снова это ощущение просмотра фильма через водную гладь. Но, Господи, какое ужасающе громкое у него на сей раз звуковое сопровождение.

   Девочка моргнула еще раз. В лицо ей ударился солнечный свет. Ах, вот и источник криков. Мальчик-блондин, тот самый шестилетка, которому женщина с каштановыми волосами перевязывала руку в первом видении Зарины. Он стоял на коленях в траве и бился в судорогах. Его глотка издавала беспрестанные животные вопли, а по щекам катились слезы, смешиваясь с соплями. Над ним возвышался мальчик-брюнет, и в нем с Зарина без проблем узнала Лауса. Глаза брата почти выкатились из орбит. Его била крупная дрожь, а слезы капали на белоснежную рубашку, но он совершенно этого не замечал.

   Лаус? И... Зарина глубоко вздохнула. Алексис. Лаус и Алексис. Ее старшие братья. Почему они рыдают? Почему Алексис бьется в истерике? Почему аккуратный Лаус не замечает пятен на свой замечательной рубашке?

   Зарина опустила взгляд. Пятна. Снова ей пять лет, снова белый сарафанчик, снова рисунок из крови. И на руках кровь, и на ногах. Но она не ее. Словно перед ней с большой высоты упал пакет с кровью и лопнул, обрызгав ее с головы до пят.

   Эштель устремила взгляд вперед. Что-то было между ними, между ее бьющимися в истерике братьями и ней самой, какой-то предмет. Огромный предмет, но разглядеть его Зарине не давала вездесущая водная гладь, через которую она воспринимала видение. Что-то она видела четко, а что-то расплывалось, как сода в воде.

   Зарина напрягла зрение и разглядела у самых своих ног чью-то руку, забрызганную кровью. Следую взглядом по руке, девочка обнаружила, что она присоединена к телу. Что-то большое придавило ком плоти, который когда-то был человеком, а глазам Зарины предстала верхняя часть туловища кого-то, обмотанного длинными каштановыми волосами и утопающего в крови. Так значит, лопнул вовсе не пакет с кровью...

   Кровь не давала разглядеть лицо человека – женщины. Но Зарина ведь и раньше видела лицо этой женщины: в том, первом видении. Хотя нет, еще раньше. Она видела ее...

   Вопли Алексиса не давали Зарине сосредоточиться. Лаус плакал беззвучно. Какие-то капли проделывали дорожки на щеках самой Зарины, и девочка подумала, что тоже плачет. Неужели она когда-то все-таки умела плакать? Медленно проведя чистой тыльной стороной ладони по щеке, Зарина посмотрела на жидкость, оставляющую следы на ее лице. Кровь. Она не плакала. По щекам текла чужая кровь...

* * *

   "Зарина!"

   Бац. Щеку пронзила боль.

   "Зарина!"

   Вторую щеку пронзила боль.

   Из горла девочки вырвался хрип, и она распахнула глаза. Тут кто-то снова с силой шлепнул ее по щеке, и она неуклюже кувыркнулась на твердый пол. С трудом приподняв голову, Зарина недоброжелательно покосилась на субъекта ее избиения. Ланиэль, зажав рот рукой, с ужасом взирала на нее сверху вниз.

   – Стерва! – выплюнула Зарина прежде, чем снова откинуть голову на прохладный пол.

   – Простите, госпожа! – Ланиэль рухнула рядом с ней на колени. Зарину обдало ветерком от крыльев гарпии. – Я перестаралась!

   – Иди...– Зарина еле-еле оторвала руку от пола и указала куда-то в неопределенном направлении.

   – Так. – Ланиэль склонилась над ней, внимательно вслушиваясь в указания.

   – Иди... – пробулькала Зарина, – и сама выкопай себе могилу!

   От неожиданности гарпия подскочила на месте, издав странноватый мяукающий звук.

   – Я не специально, – жалобно проскулила гарпия, осторожно поддерживая спину Зарины, чтобы та могла приподняться. – Вы внезапно упали в обморок, а потом меня...

   – Точно.

   В Зарине внезапно проснулась энергия. Вскочив на ноги, она пошатнулась, вызвав праведный ужас у Ланиэль, но устояла.

   – Так, слушать сюда, гады, – взревела Зарина. – Быстро все по одному сюда подходите – буду мочить по очереди!

   К ее зрению вернулась способность фокусировки, и Зарина взбешенно уставилась на присутствующих. А их заметно прибавилось. Аселин Клемент в компании своего юного подхалима Хонора Роуланда стоял у самого входа, обеспокоенно следя за активностью Зарины и, похоже, в любой момент готов был дать деру из зала. Таддеус Ротшильд, вытянувшись по струнке, наблюдал за ней, также стоя недалеко от предыдущей парочки. К компании прибавился Герард Морель, который с напряженным выражением на лице подпирал стенку рядом со своим капитаном. Имбер вообще было ни слышно, ни видно. Тело заключенного успели убрать.

   – В этом нет необходимости, – подал голос генерал Морель.

   – Да ну? – недобро улыбнулась Зарина. – По моему мнению, вы все тут давно охренели и нуждаетесь в трепке. Я уже третий раз по вашей милости вырубаюсь! Ни первый, ни второй. ТРЕТИЙ РАЗ!