Облако над Сахарой

Глава 19. Горький, как жизнь

Сахарская безлунная ночь опустилась в пески эрга. Укрытые между барханами, подрагивающие языки пламени неторопливо облизывали кривые коряги, принесённые им в жертву. Умело разведённый костер, как и сотни тысяч лет назад разгонял тьму от рассевшихся вокруг очага прямо на песке людей. Бадис, пожилой туарег, с важным и умиротворенным видом разливал зелёный чай в выставленные на серебряный поднос небольшие стаканчики. Высоко поднимая неказистый и пузатый эмалированный чайник, он с необычайной ловкостью заставлял льющуюся струю точно попасть в цель и не разбрызгать ценный напиток.

Его уже взрослые сыновья Усем и Изем, разместившиеся по левую и правую руку от отца внимательно смотрели на чужаков на другой стороне костра. Больше всего внимания молодые туареги уделяли журналисткам, особенно их восхищали светлые волосы Софи. Мешковатые брюки и гандары (просторные рубахи в стиле пончо или с очень широкими рукавом), кожаные сандалии - одежда жителей пустыни была простой, но в тоже время очень практичной. Лица всех троих мужчин закрывал синий тагелмуст, накрученный на голову наподобие тюрбана, и оставлявший открытыми только глаза.

Пытающиеся согреться у огня журналисты, с настороженным видом рассматривали синих людей пустыни, а также притороченные к их поясам прямые мечи с крестообразной гардой.

- Зачем им таскать с собой эти железки - тихо проговорил остальным Майкл, - подозрительно всё это?

- Насколько я понял, - перевёл Рафи, - они едут на свадебную церемонию в одно из поселений в районе Тинеркука. Поэтому и взяли с собой такубу и торжественные синие одежды.

Софи наклонилась к уху Николаса и спросила:

- А зачем Бадис так высоко поднимает чайник, когда наливает чай, он пытается впечатлить нас своей ловкостью?

Наблюдая за действиями пожилого туарега, чьи загорелые и жилистые руки с отработанным автоматизмом выполняли видно давно привычную для него церемонию, инженер усмехнулся:

- Нет, Софи, так чай лучше насыщается воздухом, появляется ароматная пена, чем выше наливаешь, тем её больше. А сейчас смотрите, он будет переливать так жидкость несколько раз, в чайник и обратно, чтобы сделать больше пены.

В это время Бадис закончил приготовление, и передал по кругу стаканчики с чаем. Когда каждый из присутствующих получил свой, туареги оттянули нижнюю часть тагелмуста, освобождая рот, чтобы сделать долгожданный глоток горячего и пенистого напитка.

- Ого, крепкий и пенистый - с восхищением воскликнул Оливер.

- Горький, я такой не очень люблю, - заявила Меган, - хорошо хоть порция небольшая, но как такой напиться.

- Горячим чаем удовлетворить жажду проще, чем обычной водой, - ответил ей Николас, - впрочем, туареги нальют вам ещё, обычно они пьют чай на одной заварке три раза. И каждый раз напиток будет отличаться. Вначале это почти плотная заварка, во второй раз они добавят больше воды и сахар, а в третий чай совсем потеряет крепость и будет как подслащенная вода.

Рафи улыбнулся и пересказал разговор Бадису, туарег, отпив очередной глоток, кивнул и важно ответил, что и поспешил перевести пилот:

- Первая порция чая - горькая, как жизнь. Вторая порция — сладкая, как любовь. Третья — легкая, как дыхание смерти.

- Боже, я не хотела бы пить чай и думать о смерти, - категорично заявила Меган и обратилась к Рафи - может быть у них есть кофе?

На этот раз, американке что-то взволновано ответил молодой Изем, поднимаясь со своего места.

- Он спрашивает, давно ли у вас болит живот? – перевел алжирец, - Он может сходить к верблюдам, там у него есть мешочек с лечебными травами.

- Что?! - Меган широко распахнула глаза от удивления, - ничего у меня не болит.

- Дело в том, - пояснил Николас, - что туареги считают кофе больше лекарством, нежели напитком.

Насупившись Меган, стала пить чай, а успокоенный силами переводчика Изем сел обратно на место.

- Я понимаю это очень удобно, носить такой тюрбан на голове в пустыне, - заявил остальным Майкл, кивнув на туарегов - но сейчас ночь, и солнце не печёт, а они их не снимают, уж очень это всё подозрительно.

- Действительно, пусть бы сняли, - поддержала его Меган, - это не культурно, сидеть так в присутствии женщин, как будто они какие-то грабителя, прячущие лица, Рафи, попроси их снять платки.

Рафи в это время о чём-то разговаривающий с Бадисом, медленно замотал головой отказываясь переводить требуемое.

- Не смейте такое говорить, - прошипел американцам Николас, - вы нанесёте им оскорбление.

- Да, что здесь такого? – громко удивился Майкл.

- Вы просто не понимайте, я же предупреждал вас, - разозлился инженер, - для туарега появиться на людях без тагелмуста неприлично, даже позор! Говорят, в былые времена туарег был обязан убить того, кто увидит его лицо, а если это не удавалось, то совершить самоубийство.

Поражённые услышанным журналисты молча уставились на жителей пустыни.

- Да, да, - продолжил Николас, - даже, как расположен платок, может говорить о настроении носящего, а они и спят в нём. Поэтому туареги также часто называют себя Кел Тагелмуст, кстати, Оливер, это второе название их народа, что значит - Носящие Завесу. И неужели вы хотите, чтобы Кел Тагелмуст отказались от части себя, по вашей прихоти?