Облик Огня. Том 1

Глава 4

На подходе к маленькой деревушке под незамысловатым названием Лисохвост возвышался храм Касандры. Приспешниками Богини Плодородия, покровительницы урожая, света и тепла в основном были люди, населяющие южную часть севера Неймерии. Каждое утро возле храма выстраивалась большая очередь для того, чтобы поблагодарить божество за принесенные плоды и сегодняшний день не был исключением.

Люди несли в переполненных корзинах все, что только поспело к настоящему дню – ягоды, фрукты и овощи. Те, чей урожай оказался не столь богатым нынче, несли скопленное золото, дабы задобрить богиню и были полностью уверены в своей провинности перед ней в ушедшем году.

– Варик! К херам ты остановился, когда эти два недоделанных героя отвлекли тебя? Мы бы легко и сами нашли управу на прокаженных, – верзила, шедший впереди остальных путников, с уродливым шрамом на правой щеке сплюнул в сторону выстроившейся очереди прямо к ногам кого-то из толпы.

– Даю голову на отсечение, что она не ушла дальше этой деревни. Скоро мы достанем ее и уж тогда я не повторю глупых ошибок, – Варик оскалил зубы, оттолкнув плечом старика, стоявшего последним в очереди и перегородившего путешественникам дорогу.

Шайка из четырех человек вызвала бурное обсуждение в толпе, когда удалилась по тропинке, протоптанной между высоких зарослей пшеницы и уходившей прямиком к поселению. Старик, упавший от толчка задиры, подобрал рассыпавшиеся яблоки, но испугавшись женщины, которая пыталась помочь ему встать, снова рассыпал фрукты и вновь припал к земле.

– Знаете, чем дикари из Сумеречной Пустоши лучше этих фанатиков милостивой Касандры? – ехидно спросил у своих друзей тот, которого называли Вариком.

Громилы выпучили свои глаза. Главарь банды – Варик, был очень мал по сравнению с остальными тремя бугаями. Вероятно, он просто лучше всех умел обращаться с мечом, висящим у него за спиной. Беловолосый юнец с маленьких носом и сломанными ушами явно был из тех, кого слушаются и уважают.

– Они такие какие есть и не строят ничего из себя, – продолжал он. – Я уверен, что среди этих верующих найдется несколько человек, которые только хотят показаться вежливыми и благородными, а вечером напиваются сивухи и трахают все, что лежит к ним жопой. А иркарайцы трахают все вне зависимости от времени суток или состояния, не пытаясь при этом показаться высокопарными. Я бы скорее доверился дикарям, чем лицемерам, что толпятся у храма для того, чтобы хоть как-то очистить свою совесть.

Колосья раскачивались, охотно поддаваясь разгулявшемуся по полям ветру. Утреннее солнце припекало и жарило, заставляя разбойников раз за разом останавливаться на водопой и прятаться в слабой тени высоких растений, пока наконец они не уперлись в колодец, стоящий посреди главной улицы, окруженный избушками, постоялым двором, корчмой, конюшней, курятниками и другими деревенскими постройками.

– Кажется, я видел ее! – заорал третий из шайки – лысый и с повязкой на глазу. – Сука спряталась в корчме!

Бандиты радостно загоготали, почуяв запах добычи.

– Ярик, заткнись! Или ты хочешь, чтобы все эти деревенщины собрались и отхерачили нас палками? Нет? Тогда держите себя в руках, волчары, – выставив руки, остановил от бега сообщников Варик, вглядываясь в название заведения. – Корчма Дикий отшельник. Здесь, наверняка, будет удобнее, чем на большаке. Теперь-то эта курва никуда не денется. Но я буду первым. Забивайте очередь за мной.

Хохот, доносящийся с улицы с каждой секундой, становился громче. Владелец заведения – престарелый, побритый наголо, очень полный мужчина, – вылез из-за прилавка охваченный тяжелой одышкой.

По корчме в лучах утреннего солнца после недавней уборки витала пыль, не спеша она вновь садилась на уже знакомые места.

– Чего надобно, уважаемые? Пива с дороги, аль поесть чего для начала? – едва восстановивший дыхание мужчина обратился к вновь прибывшим четверым гостям и навалился на стойку.

– Принеси нам целого жареного поросенка, корчмарь. И два бочонка пива для начала, – Варик огляделся по сторонам, посмотрев на приятелей, которые кивали в такт каждому его слову. – А еще, сделай так, чтобы та девица, которую ты так откровенно и неловко постарался упрятать от нас, сидела за нашим столом с оголенными сиськами и дружелюбным выражением лица. Видишь этот шрам у моего друга на лице? Негоже, чтобы он подумал, что баба с кислой миной сидит, потому что он ей не приглянулся. И урод, стало быть.

Корчмарь весь взмок, пока Варик излагал желания ловко крутя небольшой кинжал в руке и в конце концов вонзив его в стойку прямо между его пухлых рук.

– И раз уж мы заговорили о женщине, то хочу сказать, что нам нужны будут две комнаты – одна для меня, а вторая для моих парней. Это я делиться не привык, знаешь ли, а они братья, дырки и те поровну делят, мать их.

– Да, да. Чистая правда! – добавил один из верзил и загоготал.

– Уважаемые господа, я предлагаю вам сначала отведать нашего поросенка, который будет готов в течение часа. А пока прошу вас, люди добрые, не злоупотреблять моим гостеприимством, а лучше угостится за счет заведения лучшим в этих местах касандрийским пивом, – корчмарь пытался строить очень приветливое и дружелюбное выражение лица, но у него не совсем получилось.

– Слушай, мужик, – главарь схватился за эфес кинжала, дернул и приставил его к горлу собеседника. – Если ты вдруг решил, что с нами можно пошутить, а твое я не знаю о ком вы говорите я воспринимаю, как очень неудачную шутку, то вынужден тебя разочаровать. Мы проделали долгий путь и от усталости не понимаем плоского юмора. Давай жирдяй, делай свое дело! Покажи, как принято встречать гостей в вашей захудалой Дордонии.

Вся шайка в который раз зашлась громким хохотом, когда мышцы на лице Варика расслабились и он заулыбался как ни в чем небывало. Однако корчмарь продолжал стоять на своем.

– Тебе что, не понятно сказано, старик? – Варик придавил лезвие к горлу хозяина, на этот раз пустив тонкую струйку алой крови.