Обломstory. Препод моего сына

Глава 1. Миша

___________________________

Внимание! Данная книга предназначена исключительно для читателей старше 18 лет.

В тексте присутствует: ненормативная лексика, сцены курения и распития алкоголя. Книга не имеет намерений оскорбить или задеть чьи-либо чувства, взгляды или убеждения. Все события, места, персонажи и диалоги являются вымышленными. Любые совпадения с реальными людьми или ситуациями случайны.

Произведение предназначено исключительно для развлекательного чтения.

_____________________________

По барам

– Андрюх, может, уже засунешь свою гордость подальше в чулан к бабушкиным валенкам и пойдёшь ко мне? Я давно ищу хорошего человечка в СБ.* А ты – алмаз. Бля, да я такого дотошного, до трясучки и тика глаза, человека вообще не встречал. Ну, так?

– Мих, я на пенсию собираюсь. Ника сама по себе, нам с Машей можно пожить для себя наконец, а ты мне геморр подкидываешь, – делает большой глоток из низкого бокала.

– Пенсия – твоя будущая импотенция, ты же понимаешь? Сидя дома, мозг деградирует, – толкаю в сторону бармена пустой бокал, попутно показывая рукой “повторить”, парень понимает всё без слов, чисто на языке жестов.

– Ты после таких слов вискарём не подавись. А если подавишься, то знай, что это я виноват, – усмехается и так же взглядом указывает бармену.

– Началось… – растягиваю с ухмылкой, веду взглядом по макушкам, замечаю яркое пятно, пока размытое среди мелькающих тел, но глаз привлекает. Ненадолго. Отворачиваюсь. – Ну так? Ты на своей пенсии знаешь, как сможешь расслабиться? Максимум под сериал, гречку без масла, а на десерт – земляничное печенье и чай в пакетике, который до тебя уже Маша заваривала себе. Я уж молчу о том, чтобы порадовать жену цветами без повода или подарком. Тупо не сможешь себе позволить с такими ценниками на всё. Соглашайся. Да и наши рады будут.

– Уже представляю, как глубоко закатятся глаза Вероники при этой новости, – выдаёт смешок.

Ещё недавно, я вообще не знал, о такой персоне, как Трофимов Андрей Алексеевич. Наверное, и не узнал бы, если бы мой сын и дочь Андрея не познакомились, не влюбились бы и не решили быть вместе.

А вот он о моей семье был наслышан и ожидаемо, тёплых чувств не испытывал.

Оно и понятно – в ГИБДД фамилия Буров наслуху. Особенно у тех, кто дежурил на трассах, когда я или Архип в очередной раз куда-то летели: я – на деловую встречу, сын – в универ или… просто… куда-то.

Штрафов, у нас было немало. Каюсь, не ангелочки, но, косяки свои знаем, долгов нет, всё оплачено. А теперь, когда наша семья породнилась с Трофимовыми, мы и вовсе, примерные водители. Почти.

– Чё не так? Не убили друг друга при первой встрече – считай успех. Подумаешь, недопонимания были, сейчас всё улажено. Хотя я ещё помню, твою коронную фразочку. Помнишь, когда ты ко мне домой ввалился? Как там было? “Вы, Буровы, живете с мыслью, что за деньги можно ездить по встречке”. Нормально ты тогда газовал. Улажено же? – вздёргиваю бровь, на мгновение усомнившись в том, что топор войны закопан. Да и какой топор… так, топорик был. Могу понять Андрея, будь у меня такая красивая дочь, тоже крышей бы поехал.

Он смотрит на меня в прищуре пару секунд, а после на протяжном выдохе говорит:

– Поговорю с Машей. Если она не против, то по рукам. Мы, знаешь ли, после твоего сына стали слишком часто разговаривать и приходить к общему мнению.

Насколько понимаю, раньше в их семье все решения принимал только Андрей, но после появления Архипа, его жена и Ника, встали на сторону моего сына и в какой-то момент, просто перестали во всём, молча соглашаться с ним, как раньше. Вот тут-то и настал конец патриархату, пришлось слушать не только своё “я”, но и другие мнения.

– Ну вот, а ты считал, что мой сын воспитан хреново, – поднимаю бокал и тянусь навстречу свату. – Кстати, с днём каблука!

– Да пошёл ты, – ржёт он, но протягивает бокал в ответ.

После звонкого “дзынь” оба пьём. Андрюха немного, я же почти до дна.

Вновь поворачиваю голову в поисках яркого пятна. Нахожу почти сразу. Она сидит к нам спиной. В компании двух подруг. Высокая, стройная, волосы до лопаток, плечи острые. Каждая линия её тела будто нарисована художником – слишком идеальная, яркая, обладающая магнетизмом. Хочется утолить своё любопытство и посмотреть на её лицо, почему-то кажется, что и там всё отлично.

– Ты, конечно, глубоко женатик, но как считаешь, вон та: красотка или страшило лесное? – киваю со смехом в сторону розового платьица. – Давай, проф-взглядом её просканируй, как ты умеешь.

Андрей оборачивается, внимательно рассматривает незнакомку. Довольно долго для окольцованного. Даже немного раздражает. В конце концов я её приметил и делиться не намерен.

– Думаю, красивая. А ещё думаю, что она плюс-минус возраста твоего сына, Мих, – смеётся. – Осади свои мысли.

– Да ну. Она старше. Глянь, на её подругу, ей около тридцати пяти, может, больше.

– Её подруга с вероятностью в восемьдесят процентов заливает каждые выходные, – усмехается. – Лицо знакомое, значит, водительское видел часто.

– Синька-зло, – качаю в досаде головой. Потираю пальцами уголки губ. Прикидываю, её возраст ещё раз. Ну не может она быть возрастом Архипа. Обычно такая грациозность в движениях, у женщин появляется ближе к сорока. Малолетки резкие по-большей части, а эта будто плавно нарастающая волна. Так и хочется, чтобы накрыло с головой.

– Мих, остановись… Я не знаю, о чём ты думаешь, но по тебе видно, что шестерёнки крутятся.

Перевожу взгляд на Трофимова, потом на неё, снова на него.

– Пойду я… в туалет схожу, – с этими словами поднимаюсь, отряхиваю с брюк невидимые соринки, одёргиваю края пиджака. Делаю шаг. Останавливаюсь, скидываю с себя пиджак, передаю его Андрею и двигаю в сторону Идеальной.