Обманчивый запах французских духов, или Ищите судьбу

Глава 18

Небольшая разница во времени почти не ощущалась, но для педантичной журналистки эти два часа были как запасной бонус. Она проснулась в девять утра по московскому времени, но по местному было ещё семь.

Приведя себя в порядок, Гуня спустилась вниз, где уже на кухне хозяйничала Зоя Борисовна. Они успели выпить по чашечке кофе с круассанами, когда с прогулки с собакой вернулся Константин Владимирович. Далее они неспешно приступили к завтраку, и Агния отметила для себя, что этот утренний приём пищи напрочь отличается от её московского не только другой едой, но и сервировкой. Возле каждого едока лежала круглая деревянная доска, на которой надо было мазать хлеб маслом и джемом, а также отрезать нужное количество сыра или колбасы.

Хозяева сообщили, что сегодня должна приехать Эльвира и показать гостье их окрестности. А они вынуждены отправиться на собрание местного товарищества по поводу повышения налога на содержание домашних животных. За пять лет они уже привыкли к своему английскому спаниелю Ральфу, поэтому будут голосовать против.

Гуня слушала хозяев, и ей казалось, что она находится на другой планете. Она прислушивалась к их разговорам и незаметно рассматривала приборы, стоящие рядом. Перед ней стоял красивый бочонок с мёдом, а рядом на столе были рассажены декоративные, но совсем как настоящие, пчёлки.

«Как до такого можно было додуматься?» — вспоминая свой обычный стол без скатерти, недоумевала Агния.

Когда хозяйка, закрыв слив в раковине и налив туда воды, стала мыть посуду, Гуня закрыла глаза ладонью и укоризненно покачала головой. Она, конечно, помнила об этой особенности немецких граждан, но так быстро перестроиться пока не могла. Поэтому почувствовала себя неловко.

Скоротав время за скайпом и разговорами, Агния, наконец, дождалась приезда Эльвиры. Ей совершенно не была знакома эта симпатичная молодая женщина в очках. Она уже плохо помнила, когда видела её в последний раз, но ясно сознавала, что это было в другой жизни.

Эльвира жадно расспрашивала Гуню про Ларису, маленькую племянницу и их подмосковный Зеленогорск. Она очень бурно реагировала на рассказ гостьи, чем очень стесняла журналистку. Затем Эля предложила поехать к ним в Нидерраден и пожить несколько дней в их доме. Так как Агния находилась в каком-то феерическом состоянии, то, не задумываясь, согласилась.

До места назначения женщины добрались ближе к вечеру. Гуня, которая тоже была опытным водителем, за время поездки не раз отмечала прекрасное состояние автобана и культурное поведение автомобилистов. В Нидерраден они попали, когда наступили сумерки, поэтому, кроме аккуратных газонов возле дороги, она ничего не увидела.

Раздевшись в скромно обставленной небольшой прихожей, женщины прошли в гостиную. Муж Эльвиры, Вильфрид, сидел за массивным письменным столом возле окна и что-то печатал толстыми пальцами на ноутбуке. Он совершенно не говорил по-русски, поэтому Эля выступила в качестве переводчика.

Дом, где жила Эльвира с мужем, был маленьким, хоть и имел два этажа. На первом этаже располагалась большая гостиная, служившая одновременно кабинетом, хозяйская спальня и небольшая кухня с вместительной кладовой, из которой можно было попасть в подвал. На втором этаже находилась гостевая спальня с отдельным туалетом и ванной, а также библиотека и вместительная гардеробная.

Поужинав, Гуня отправилась на второй этаж в свою комнату и включила телевизор. Щёлкая пультом, она поймала себя на мысли, что ищет передачу на русском языке, но по всем программам говорили только на родном немецком. Оставив на экране передачу с каким-то концертом, она подошла к окну. На улице было темно. Агния приоткрыла створку и услышала звук бегущей воды. Одновременно с запахом влаги она почувствовала, как ни странно, запах навоза, сена и ещё чего-то сельскохозяйственного. Это заставило её не просто удивиться, а очень поразиться. «Надо будет завтра при свете дня хорошенько рассмотреть местность», — подумала журналистка и стала располагаться на нижней части двухъярусной кровати.