Обманчивый запах французских духов, или Ищите судьбу

Глава 21

Пробуждение было тяжёлым. Голова болела, и настроение было на нуле. И, кроме этого, Агнию сковал противный липкий страх. Как только журналистка принималась думать о случившемся, её сердце начинало бешено колотиться, и она покрывалась испариной.

За завтраком Эльвира предложила гостье съездить с ними в Кёльн на ярмарку, если она хорошо себя чувствует. Хоть Гуня и не чувствовала себя абсолютно здоровой, но от поездки ни за что бы не отказалась. Лучше уж торговать курами и яйцами на рынке, чем лежать и ждать, когда тебя добьют на кровати.

Она быстро собралась и расположилась на заднем сиденье семейного «Фольксвагена». По дороге Эльвира рассказала, что они едут на ярмарку в районе Кёльнского собора. Там можно не только продать свежие продукты, но и отведать традиционные немецкие жареные колбаски, глинтвейн и имбирные пряники.

Дорога заняла гораздо меньше времени, чем Гуня предполагала. Пока Эльвира с мужем облачались в белоснежные фартуки и такие же нарукавники, Агния с интересом рассматривала пёструю публику. В это время Эля подняла руку в прозрачной перчатке и показала на верхушку Кёльнского собора.

— Иди по этой улице и выйдешь прямо на площадь перед собором. Походи, пофотографируй, пока мы с Вильфридом продаём цыплят и яйца. Но долго не ходи, потому что товара не так много, и хозяйки всё быстро раскупят, — напутствовала фермерша свою гостью.

Агния с удовольствием покинула шумную ярмарку и двинулась по указанной улице. Ей нравилось идти по немецкой штрассе, изображая из себя местную жительницу. Гуня шла очень уверенно, слегка улыбаясь. Она даже на время забыла про разбитую голову, которую прикрыла нелепой широкополой шляпой, предложенной Эльвирой. Вдруг её остановил высокий молодой мужчина и что-то быстро заговорил на немецком языке. Агния молча слушала его, слегка склонив голову набок. Мужчина вдруг прервал свой монолог и странно посмотрел на Гуню. А она улыбнулась замолчавшему дылде и, помахав ему рукой, пошла дальше.

Кёльнский собор потряс её своей величественностью. Он напомнил ей почтенного старца, который и по сей день пользуется почётом и уважением. Агния фотографировала собор на телефон с разных ракурсов и удивлялась, насколько были талантливыми люди, которые его строили. Вдруг её окружили смуглые дети и девушки в длинных пёстрых юбках. Они загалдели на непонятном языке, мало напоминавшем немецкий. Сначала Гуня испугалась, а потом улыбнулась и сказала:

— Привет, детвора! У вас карнавал, что ли?

Услышав незнакомую речь, черноглазые сорванцы сначала замолчали, а потом стали хватать Агнию за руки, пытаясь стащить с неё кольца и часы. Гуня стала отмахиваться от них как от назойливой мошкары и побежала внутрь собора. Там она перевела дыхание и осмотрелась. Готический собор внутри задавил Гуню своей 157-метровой высотой, и она ничтоже сумняшеся остановилась, забыв обо всём. Агния просто стояла и впитывала в себя историю собора, который был сооружён аж в XIII веке.

Вдруг она увидела знакомое лицо. К выходу торопливо шёл бородач, с которым она летела в самолёте.

— Здравствуйте, — кинулась журналистка к мужчине.

Тот остановился и с крайним недоумением посмотрел на Агнию. Потом приподнял чуть затемнённые очки в тяжёлой оправе и неуверенно спросил:

— А мы разве знакомы?

Гуня стянула с головы широкополую шляпу, обнажив марлевую повязку.

— Господи, что с вами случилось? — окончательно обалдев, спросил бородач.

— Да не обращайте внимания. Кто-то вчера зачем-то шарахнул меня по голове.

— Как это? — сняв очки и проявив неподдельный интерес к соотечественнице, спросил мужчина.

— Понимаете, я приехала в гости к знакомым в Нидерраден, вечером пошла закрывать хоздвор на ночь и получила удар по голове, — Агния сморщилась и погладила повязку. — Кстати, мы летели в одном самолёте. Вы меня помните?

Бородач взял руку Гуни в свою и слегка сжал её, выражая сочувствие. Агния опустила глаза и с интересом глянула на белую холодную ладонь случайного попутчика. И опять с ней случилось то, что называется «дежавю». Она поймала себя на мысли, что видела раньше эту тонкую руку с длинными пальцами и некрасивыми короткими ногтями. Журналистка растерянно посмотрела на мужчину и неожиданно спросила:

— А как вас зовут?

— Михаил, — просто ответил бородач.

Это имя ни о чём не говорило Агнии, и она продолжила:

— Кем вы работаете? Мы не могли с вами раньше встречаться?

— Вряд ли, — отрезал Михаил и, надев свои тяжёлые очки, спрятал за ними холодный и колючий взгляд.

— Пожалуйста, помогите мне выйти из собора, — Гуня повисла на руке бородача. — Там такие странные дети. Они без зазрения совести могут раздеть и разуть, что и глазом не успеешь моргнуть.

— Это местные цыгане, — спокойно ответил Михаил. — Вообще-то это мы их так называем. А на самом деле они обычные турки.

— Надо же, — удивилась журналистка. — И откуда вы всё знаете?

— Ездить приходится много, — парировал собеседник.