Обманчивый запах французских духов, или Ищите судьбу

Глава 32

Не у всех понедельник считается плохим днём. Для Агнии этот день выдался радостным и волнительным. Несмотря на то, что редактор отправил их со стажёркой Ольгой на выставку собак, чтобы сделать репортаж об открытии этого мероприятия, Гуня мысленно была уже в Калуге. Она накупила Игорьку прямо на выставке каких-то немыслимых вещей с изображением четвероногих друзей и была очень довольна, что приедет в детский дом не с пустыми руками.

Когда основная часть работы была сделана, Агния объяснила Ольге, что осталось доснять, и сообщила, что должна отлучиться по своим делам, но об этом необязательно докладывать главреду. Для всех она на работе, но если что, то незамедлительно сообщить ей об этом по телефону. Ольга была не против, тем более что самостоятельных работ у неё пока не было.

В Калугу журналистка приехала ближе к вечеру. Охранник очень удивился, увидев знакомую гостью из Москвы, но как обычно доложил, что начальство на месте. Гуня мотыльком взлетела на второй этаж к кабинету директрисы и, выровняв дыхание, постучала.

Любовь Андреевна выглядела уставшей и не очень здоровой, поэтому приняла журналистку сдержанно. Она сказала, что мальчик у неё несколько раз спрашивал про маму, и она надеется, что Агния воспринимает эту ситуация очень серьёзно и не нанесёт её воспитаннику душевную травму. Гуня была в предвкушении встречи с Игорем, поэтому от нетерпения переминалась с ноги на ногу. Видя её состояние, директриса сказала, что дети сейчас в игровой и устало махнула рукой в сторону двери.

Выйдя из кабинета, Агния почувствовала, как сильно у неё забилось сердце. Она вдруг испугалась, что Игорёк ждёт не её, а свою родную маму. От неожиданности она села на ступеньку.

— Вам плохо? — спросил кто-то журналистку сзади.

Гуня оглянулась и, поднявшись, сказала:

— Нет, ничего страшного, голова немного закружилась.

— Вы к кому-то приехали? — показывая на сумку с вещами, не унималась молодая воспитательница. — Но время посещений давно закончилось.

— Любовь Андреевна мне разрешила, и вы можете это у неё уточнить, — медленно произнесла Гуня и направилась в игровую.

Чем ближе подходила она к комнате, тем сильнее билось у неё сердце. «Господи, хоть бы не упасть в обморок!» — подумала Агния и заглянула в открытую дверь. Дети под присмотром воспитательницы играли в небольшой игровой. Агния зашла внутрь и поздоровалась. Сначала все замерли и резко замолчали. А потом от окна отделилась фигурка мальчика и бросилась к ней с криком: «Мама!»

Игорёк обхватил её ноги руками и уткнулся в живот. Гуня несколько секунд стояла словно окаменевшая, а потом присела на корточки и прижала к себе хрупкое, как у воробышка, тельце. Дошколята с интересом и любопытством наблюдали за этой сценой. Но воспитательница быстро взяла ситуацию в свои руки и громко произнесла:

— А ну-ка, дети, угадайте, что у меня находится в правой руке?

Ребятишки тут же переключились на новую игру, а журналистка с мальчиком вышли в коридор. Они устроились на диванчике возле фикуса в большом горшке и сначала молча сидели, обнявшись. Потом Агния очнулась и стала доставать из сумки всё, что купила днём на выставке.

Две белые футболки с изображением собак потрясли мальчугана тем, что кардинально отличались от униформы детского дома. А такие безделушки как брелок с пуделем, значки с породистыми собаками и маска дворняги привели маленького Игорька в неописуемый восторг. Он прижал к себе всё это богатство и вдруг, сорвавшись с места, исчез. Сначала Гуня немного растерялась, но через минуту появился запыхавшийся Игорь и протянул ей чуть помятый лист из альбома.

Агния осторожно взяла бумагу и глянула на рисунок. На неё с листа смотрела тётенька с сильно улыбающимся ртом, которая держала за руку мальчика, а вверху красными неумелыми буквами было написано «Мама, я люблю тебя».

У Гуни перехватило дыхание, и она, вытирая слёзы, прошептала:

— Сыночек, я тебя никому не отдам. Я обещаю, что Новый год мы будем отмечать вместе, потому что мы теперь — семья. Мы с тобой нарядим ёлку и положим под неё подарки. А потом будем открывать их и веселиться.

Прощаясь, Агния пообещала своему любимому мальчику, что скоро снова приедет. Игорёк был серьёзным, он не плакал, потому что знал, что мама его не обманет, поэтому, вздохнув, сказал, что будет ждать её каждый день.

На выходе из детдома журналистка снова столкнулась с директрисой. Та поинтересовалась, как прошла встреча с Французовым. Гуня ещё не отошедшая от эмоций, говорила мало, но заранее попросила разрешения забрать Игорька на новогодние праздники в Москву. Любовь Андреевна остановилась и пристально уставилась на Агнию.

— Надеюсь, вы понимаете, что это не игрушка. Мальчика надо не только воспитывать, кормить, одевать, но и любить.

— Да, Любовь Андреевна, я понимаю. Дороже этого маленького человечка у меня теперь никого нет. Я согласна не только посвятить ему жизнь, но, если надо, то и отдать её.

— Вот только не надо этого пафоса, — в сердцах воскликнула директриса. — Я вижу, что вы серьёзная женщина. Да и мальчик тянется к вам. Недавно пришёл ко мне, протянул бумажку с телефоном и попросил, чтобы я набрала вас.

— И почему же вы этого не сделали? — растерянно спросила Гуня.

— Вы мне ещё будете указывать, что мне делать, — незлобно, но с вызовом произнесла старая директриса. — Я на этом посту уже скоро двадцать лет. Всякое бывало. Возьмут ребёнка, наиграются, а потом привозят обратно.

— Вы меня неправильно поняли, я хочу забрать Игорька навсегда, — затараторила журналистка.

— Ладно, уже поздно. А вам ещё ехать и ехать. Завтра Игорь позвонит вам и узнает, как вы доехали до дома, — миролюбиво сказала Любовь Андреевна и села в машину, где её ждал водитель.