Обмани. Спасения не будет-2

Глава: 32

Не дав мне опомниться, Шампус произнес:

– Твоим выбором всегда будет тьма.

Его голос, глубокий и обволакивающий, растекся по воздуху, словно горячий воск, лишая его прежней прохлады. Внутри меня что-то всколыхнулось, словно принимая его слова, как неизбежную истину. Я пошатнулась под тяжестью его слов, но Шампус подхватил меня крепкой рукой, не давая упасть. Другой рукой он бережно коснулся моих волос, успокаивая. На его лице мелькнула едва заметная улыбка.

– Тебе нужно отдохнуть, – сказал он тихо. – Пойдем, я провожу тебя…

Ранним утром я вертела в руках артефакт Мулоус, любуясь тем, как в гармоничном танце искрятся зернышки, наполненные высшим светом эфира. Я уже знала, что для пробуждения этой энергии мне понадобится особый камень, добытый в самом дальнем уголке мира. Чем дальше, тем лучше.

Мысль о том, где его найти, пришла мгновенно. Коммел Фонрант – известный коллекционер и маг – владел лучшими редкостями. Сердце екнуло от предвкушения, ведь его коллекция могла стать идеальным местом для поисков. Я уже представляла, как смогу «позаимствовать» подходящий камень, роясь в его драгоценностях.

Судьба улыбнулась мне, и я застала Коммела в самый подходящий момент – лежащим на больничной койке.

В палате царила спокойная суета. Добродушный лекарь как раз уговаривал босого аристократа сделать несколько шагов, чтобы оценить результаты своего труда. Я, вежливо осведомившись о здоровье больного, приняла приглашение лекаря и села в удобное кресло. Собравшись с духом, я начала непринужденный разговор.

Разговор затянулся. Лекарь, понимая, что обед откладывается, вместо трапезы принес мне поднос с имбирным печеньем и вином. Я с благодарностью перекусила и продолжила свой рассказ.

Коммел, который поначалу еще пытался поддерживать разговор, становился все менее разговорчивым. Его ответы становились все короче, а настороженные взгляды – все тяжелее. Немного опьянев от вина, я стала невыносимым собеседником. В какой-то момент аристократ, казалось, был готов сбежать из больничного крыла, лишь бы избавиться от моего общества. Но ведь я королева… Кто осмелится сказать мне хоть слово против?

Наконец-то он понял, чего я добиваюсь. Его лицо мгновенно прояснилось, словно он нашел способ спастись. С явным облегчением Коммел протянул мне бархатный мешочек, великодушно предложив забрать все камни.

Не теряя времени, я высыпала содержимое бархатного мешочка прямо на кровать Коммела. Передо мной предстала россыпь редких камней: янтарь, радужный обсидиан, кристально чистый хрусталь, пронизанный тончайшими иглами, и изумруд с уникальным, почти «лукавым» отливом. Этот изумруд почему-то напомнил мне взгляд Фициона. Не раздумывая, я выбрала его, чувствуя, что это именно то, что мне нужно.

Мой план сработал, и Коммел, избавившись от меня, смог вздохнуть спокойно.

Накинув на плечи белоснежное меховое манто, я вернулась в свои покои и вышла на балкон. Холодный ветер заключил меня в свои объятия. Сжав в груди артефакт Мулоус, я подняла взгляд к бездонному синему небу. На мгновение мне показалось, что я сама стала птицей, готовой расправить крылья и вырваться навстречу свободе. Вдалеке, в шуме воды, я словно услышала, как растворяются последние секунды, отделяющие меня от мечты.

– Молю, только не подведи, – прошептала я и активировала артефакт, осторожно вдавив изумруд в «корону» шипов, венчавшую голову серебряной птицы.

В следующее мгновение, к моему безграничному счастью, я почувствовала, как мое тело стало легким, словно невесомым, а затем я растворилась в воздухе, как когда-то Мулоус.

Я даже успела ощутить волнующую радость парения, когда внезапно какая-то непостижимая сила сдавила мне грудь. Все вокруг заволокло отвратительным густым черным туманом.

Тьма отступила, возвращая меня в жестокую реальность.

– Этого следовало ожидать! – нервный смешок сорвался с моих губ, и я, разочарованная, уронила голову на грудь Шампуса.

Меня искренне рассмешила собственная наивность. Как я могла всерьез думать, что Шампус, прекрасно осознавая силу и возможности артефакта, позволил бы мне беспрепятственно им пользоваться? Очевидно, магия артефакта не могла преодолеть мощную сеть заклинаний, наложенных самим темным магом.

Радость от попытки побега сменилась злостью и горьким разочарованием. Собравшись с духом, я попыталась выскользнуть из его объятий, но сильные руки Шампуса удержали меня на месте.

– Простите, что пришла без предупреждения, – сказала я учтиво, стараясь сохранить остатки достоинства. – Я все еще плохо понимаю, как это работает…

Я опустила взгляд на серебряную птицу, задержавшись на прозрачном горном хрустале, в котором большая часть маковых зерен снова приобрела привычный черный цвет.

– Тебе не сбежать, – словно читая мои мысли, произнес Шампус. – Свобода, к которой ты стремишься – всего лишь иллюзия. Ты умная девочка. Не обманывай себя. И не пытайся поймать в воде отражение луны.

Его слова оставили меня совершенно равнодушной. Какое мне дело до «луны и ее отражения», когда моя судьба в руках бессменного короля, чья темная аура жадно обвивается вокруг меня всякий раз, когда я оказываюсь рядом? Сегодня Шампус особенно нуждался во мне. Его сила, пропитанная мраком, оказывала на меня все большее давление, причиняя почти ощутимую физическую боль. Это было похоже на невидимую, но невыносимую тяжесть, от которой невозможно укрыться.