Не разводятся, когда любят. А что сделал ты?

Глава 1. Куда денешь жену?

Юлианна

Выключаю воду и выхожу из душа в одном полотенце. Бросаю взгляд на часы: остаётся часа два-три на то, чтобы заказать продукты и приготовить для мужа обед.

Уезжая в отпуск, мы отключили холодильник, и сегодня он так же девственно пуст, как и вчера, когда мы с Демидом вернулись домой.

Провели две недели на фоне райской природы без его косячащих подчинённых, вечно недовольных клиентов и жрущих нервы созвонов. Без моих домашних хлопот и проблем с развитием маленького бьюти-бизнеса.

Как и мечтали, посвятили всё это время друг другу — но, увы, сказка слишком быстро закончилась.

Ещё и суток не прошло, а я уже тоскую по нашему райскому счастью. Не острову в океане, а тому, что любимый муж был всё время со мной.

Мне не хватает Демида. Он слишком много работает, и без него я скучаю. Чем бы ни занимала себя, всё время возвращаюсь к мыслям о нём.

После отпуска привычное чувство одиночества, когда муж занят своими делами, кажется намного острей.

Несколько раз сегодня ловила себя на том, что ищу Демида взглядом, хочу поделиться с ним пришедшей в голову мыслью, прикоснуться с лаской и нежностью, забыться в его объятиях хоть на минутку.

Интересно, что он скажет, когда я попрошусь к нему в офис работать? Идея кажется мне великолепной — так мы будем видеться значительно чаще.

Больше я не собираюсь сидеть дома или заниматься тем, что мне не слишком-то интересно. «Юлианна стайл» справится без меня, и даже если сменит название и владельца, то я не расстроюсь.

Обязательно поговорю с Демидом сегодня. Надеюсь, он обрадуется моему решению, ну или хотя бы поймёт.

Когда внизу хлопает входная дверь, первое, о чём думаю: что-то не так. Демид никогда не возвращается так рано домой. Садясь за руль, он почти каждый раз мне звонит, всегда спрашивает, не нужно ли что-то купить. Сегодня же — судя по звукам — он не только раньше вернулся, но и привёл с собой гостя.

И всё это без предупреждения. Словно забыл обо мне и о том, что дом может быть не готов к встрече гостей.

На секундочку заглядываю в телефон. Моё последнее сообщение, отправленное два часа назад, до сих пор висит доставленным, но не прочитанным. Холодок дурного предчувствия идёт по спине.

Больше я не сомневаюсь: случилось или вот-вот случится что-то плохое.

Лихорадочно переодеваюсь, прислушиваясь к шуму внизу. Голоса кажутся напряжёнными.

Слышу смех — незнакомый, резкий, чужой. Выхожу в коридор и морщусь от едва различимого здесь, на втором этаже, но всё же явного запаха табака.

Что же это за гость такой, ведь есть железное правило — в нашем доме не курят?

Сердце быстро бьётся в груди, пока я поскорей убираю всё ещё влажные волосы в хвост и хватаюсь за кисточку для нанесения макияжа.

Холодящее грудь предчувствие требует поспешить. Следует поскорее узнать, что происходит внизу.

Пока я собираюсь, Демид с гостем проходят в гостиную. Нахожу их там по голосам. И что интересно — двойные двери, которые у нас всегда стоят нараспашку, оказываются закрытыми.

Это знак, чтобы я не входила? С чего бы вдруг?

Я живу в этом доме. Я здесь хозяйка!

Слышу чужой голос и морщусь: до чего же он мне противен. И вроде бы даже не видела ещё человека, а на сердце к нему — полное неприятие.

Постояв в коридоре пару мгновений, отправляюсь на кухню — кофе варить. Можно было, конечно, и так зайти, поздороваться и начать разговор. Но войти в гостиную с приготовленным угощением будет куда как лучше. Тогда и познакомимся с гостем Демида, и поговорим все втроём, и я, наконец, утихомирю разбушевавшееся внутри беспокойство.

Наверняка всё это несерьёзно. И я, как обычно, себя накрутила.

Ну что я, в самом деле? И непрочитанное сообщение, и раннее возвращение Демида, и гость, которого я даже не видела, а уже решила, что он мне неприятен — всё это предчувствия и случайные совпадения. Фактов для паники у меня нет.

Зато чувств даже слишком много. Иду к гостиной, и чашки с ложками на подносе то и дело звенят, выдавая и усиливая внутреннюю тревогу.

Остановившись у дверей гостиной — я уже и не помню, когда ещё они закрывались! — задумываюсь, как лучше сделать: постучаться или так зайти? Решаю в итоге, что будет странно стучать в собственном доме. Прижимая поднос к груди, тянусь к дверной ручке. Стоит двери немного открыться, как раздаётся хрипловатый голос нашего гостя:

— Всё это хорошо, Дем, а жену свою куда денешь?

Замираю, словно на меня направили пистолет.

Это что, шутка какая-то?

Похоже, что нет. Демид для шутника слишком мрачен:

— Не знаю.

— А должен знать. Времени у тебя для рассусоливаний нет вообще. Будешь тянуть, и должен сам понимать, что с нею сделают и не спросят твоего разрешения.

Звучит настолько зловеще, что мне становится совершенно не по себе. Словно добрый фильм для семейного просмотра без предупреждения сменяется на пугающий триллер. И у меня в этом триллере неожиданно главная роль.

Что значит, куда Демид меня денет? И что со мной сделают? Кто?

Первый порыв — ворваться в гостиную, устроить мужчинам допрос. Вот только что-то я сомневаюсь, что на мои вопросы ответят.

Они не слышали моего приближения. Дома я не хожу на каблуках, пользуюсь удобными балетками.

Понадёжней перехватываю поднос и спиной прислоняюсь к стене. Ложечки предательски звенят, но за разговором мужчины шума не слышат. А вот я вслушиваюсь в каждое слово.

— Что ты предлагаешь? — раздражённо спрашивает Демид.

— Я предлагаю? — язвит его гость, но быстро меняет тон на зверино-серьёзный: — Ты хочешь, чтобы я озвучил тебе крайне плохой вариант, ужасный вариант и чудовищный вариант, чтобы ты выбрал из них, а потом меня во всём обвинил?

— Да перестань ты. Ответственность за всё лежит только на мне. Никто не виноват, кроме меня, понимаешь?

Собеседник мужа, может, что-то и понимает, но я — не черта. Кроме того, что у Демида, кажется, крупные неприятности. И с ними как-то связана я.