Обманщица для босса

Глава 7

В первый момент мне показалось, что это такая извращённая шутка, и Гришин натурально надо мной издевается.

Он прекратил кашлять, выкинул смятую салфетку в корзину и вылил содержимое своей чашки в раковину.

Я вспыхнула.

Молча отпила глоток из своей чашки. Рот наполнился какой-то гадкой жижей.

— Не понравилось? — учтиво спросил Гришин, едва сдерживая усмешку.

Я взяла свою чашку и вылила её содержимое вслед за первой. К счастью, босс больше ничего не говорил.

А когда я помыла посуду в его раковине и взяла ту самую злополучную пачку кофе, чтобы высыпать на стол Ярошинской, он меня остановил:

— Оставь. Буду поить тебя им, когда снова накосячишь.

— Как пожелаете, Степан Алексеевич.

Я отставила пачку там, где взяла, пообещав, что и виду перед Мирой не покажу.

— Ты очень доверчивая, Лида, — произнёс Гришин, когда я уже собиралась идти работать.

— Это проблема? Я исправлюсь, стану как все здесь.

— Именно это мне в тебе и нравится. Твоя детская доверчивость. Не становись как другие, иначе уволю.

Я не нашлась что ответить и быстренько выскользнула в приёмную.

К счастью, сидеть и думать о словах босса, о подставе Миры и о бывшей девушке Гришина не пришлось. Меня завалили работой, а после обеда я уже сидела в кабинке Светланы Томской, постигая азы профессии. Она надавала мне кучу других заданий, но всё же это было уже победой.

Я не просто помощник руководителя, а участвую в работе фирмы. Если так пойдёт и далее, то на следующей неделе Света обещала подкинуть мне небольшого клиента. Чтобы я могла начать работать «на земле». И потихоньку нарабатывать свою клиентуру: знакомиться, изучать каталоги продукции и прочее.

Я была почти окрылена до самого вечера. Босс уходил одним из последних. Увидев меня всё ещё на рабочем месте, поднял брови и произнёс:

— Похвальное рвение, Лида, но на сегодня с тебя хватит. Одевайся, доброшу до дома.

— Я на метро.

Когда он вот так смотрел, словно между нами было что-то запретное, но на людях мы были вынуждены делать вид, что это не так, я терялась. Будто пропустила огромный кусок своей же лав-стори. Открыла роман на средине и вдруг обнаружила, что герои уже вместе.

Или задремала на минутку на диване перед теликом. И вот фильм катится к счастливому финалу.

— Нет, иногда я бываю груб, Лида. Но я способен признавать, когда обидел человека зря. А нам ещё работать вместе, и это кофе. Заедем по дороге, я покажу, как его надо выбирать.

— Думаете, я не знаю?

На самом деле, все мои знания оканчивались тем, что надо приоткрыть секретную липучку и вдохнуть аромат.

— Никогда не выбирай молотый, только в зёрнах. Это первое правило кофемана, и если бы ты его знала, не позволила бы Мире обвести себя вокруг пальца. Поехали, говорю, а то уволю.

Всё это говорилось таким добродушным тоном, мой босс был просто зайкой в такие минуты, но я видела его взгляд, словно прорывающийся сквозь туман этого показного радушия.

Настороженный, острый, холодный. Гришин был вовсе не так прост, как хотел показать. Я уже хотела промямлить, что ещё поизучаю каталоги, как он обошёл мой стол, наклонился надо мной и, глядя в лицо, произнёс:

— Если не согласишься, я буду думать, что ты хочешь остаться, чтобы копаться в моих бумагах. По заказу Трошинского.

Холодный ветер зашиворот, вот как это называется.

— Вы всё равно будете так думать.

— Верно, но у тебя енсть шанс усыпит мои подозрения. Приставать не буду, обещаю. Вечером, когда мы не на работе можешь называть меня на «ты». Поехали, говорю. Жду внизу.

Он вышел и не оглянулся. Я выключила компьютер, закрыла дверь и столкнулась нос к носу с одетой к выходу Мирой. На ней было ослепительно красивое кашемировое пальто. Немного не по погоде, но выглядела Мира как зефирка, которую хочется проглотить целиком.

Я представляла, как на неё оглядываются мужики на улице!

— Степан Алексеевич уже ушёл? Ладно, увидимся завтра.

— До свидания, — пробормотала я и поспешила к лифту, как Мира снова меня окликнула.

— Не торопись. Выйдем вместе.

— Я спешу.

— Понятно, — хмыкнула Ягницкая и прищурилась. Собака-подозревака! — Он позвал тебя выбирать ему кофе? Всегда одно и то же. И со всеми.

И Ягницкая демонстративно повернула к двери, ведущей на лестницу.

***

Раздумывать над предупреждением Миры было некогда, но её слова навели на мысль: что если босс просто решил пополнить мной свою коллекцию?

«И что, — говорил внутренний голос. — Лучше умереть почётной девственницей?»

Если бы мы встретились с Гришиным просто в клубе (где я нечасто бывала, только в пору студенчества), или в парке (где он наверняка не бывал без надобности), да просто на работе в столовой, другое дело.
Тут можно и позволить себе флирт.

Но он был моим боссом, а у его босса я была почти на крючке. Просто потому, что мама непрозрачно намекнула: Трошинский способен испортить карьеру тебе и мне.

— Что-то ты долго, — задумчиво произнёс Гришин, туша сигарету носком дорогого ботинка.

— Встретила Миру Ягницкую. Она зашла узнать, у себя ли вы ещё.

И посмотрела ему в лицо. Поморщился, будто дольку лимона съел без коньяка.

— Очень спросить, было ли у меня с ней что-либо?

— Это не моё дело.

— Верно, я рад, что ты это понимаешь, Лида.

Он открыл дверь и протянул руку, чтобы помочь сесть. Это было слишком театрально. Слишком для такой обычной девчонки, как я.

Днём он гонял меня и в хвост, и в гриву, а вечерами приглашал на свидания. И я не понимала, зачем ему это. Из-за Трошинского?

— Зачем вы меня пригласили? Хотите узнать про Филиппа Григорьевича? Я всё вам рассказала.

Мы ехали в машине. Я мельком посматривала на профиль Степана, как я тайком, краснея от собственных мыслей, привыкала его называть, и ловила себя на том, что им нельзя не восхищаться.

Он красив? Вероятно, но не слащав. Он оказывает мне знаки внимания. Он влиятелен, по крайней мере, для меня. Я испытываю трепет, когда он приказывает мне. Хочется разбиться вдрызг, но сделать.