Обманщица для босса

Глава 8

— Я не поняла.

Должно быть, моё лицо было настолько растерянным, что Гришин соизволил улыбнуться и пояснить:

— Делай кофе уже. Давай тот, что с кокосом попробуем, сейчас всё поймёшь. В нашем деле. Где полно конкурентов, так и жаждущих втюхать под шумок свой инструмент заказчику, надо быть готовым сорваться и ехать на производство самому.

—Но у вас целый отдел!

— Запомни, если хочешь быть хорошим специалистом, своих клиентов никому не отдавай. Я бы не был начальником, если бы не имел ключевых клиентов, замкнутых на мне, Лида. Здесь надо не бояться оторвать пятую точку и сорваться решать вопросы на «земле».

Я кивнула и отправилась молоть кофе, держа в руках пачку, которую мы купили вчера.

Хорошо, что он не видит моего лица, пока есть время пораскинуть мозгами.

— Куда мы поедем, Степан Алексеевич?

— В Орехово-Зуево. Командировочные я оформил, тебе осталось зайти в бухгалтерию, как вернёмся, путевые листы подпишешь.

— А где их брать?

Я была рада, что мы обсуждаем деловые вопросы, и что Гришин не вспоминает о вчерашней ссоре в кафе. И ни слова не говорит о Трошинском.

— Заполнишь по стандарту, узнаешь у Ярошинской.

Ох, ладно, общаться с Мирой всё равно придётся.

Я сварила кофе и села за стол для совещаний. Смотреть в лицо босса было для меня пыткой, я всё время ловила на себе его пытливый взгляд, поэтому всё чаще помешивала кофе в своей чашке.

— Бери, не стесняйся, — подвинул он ко мне тарелку с ванильными круассанами. — Даже если следишь за фигурой, один можно. Поедем без остановок.

— Можно спросить?

— Давай. По делу, надеюсь? Ты очаровательно краснеешь, Лида. Думал, женщины уже разучились это делать.

От его слов щёки запылали ещё сильнее, но я снова вернулась к вопросу. Сосредоточусь на деле — это всегда помогало.

— Эта поездка касается тендера, связанного с компанией Бокова?

Я спросила наугад. Потому что Боков — единственный клиент, кого я знала в лицо. Было ещё задание в первый день. Тогда мне пришлось дорабатывать заявку, но те торги уже сыгрались не в нашу пользу. Гришин сам сказала так.

— С чего ты взяла?

— Просто подумала. Вы взяли меня на встречу с ним, логично, что, и эта поездка как-то с ним связана. Иначе зачем вам в ней я?

Ответ я заготовила заранее.

Выдержала его взгляд, под действием которого мне захотелось рассказать всю правду. Но я слишком запуталась во лжи. Поздно говорить.

И тогда меня уволят.

Глядя на Гришина, казалось, что ему можно безболезненно всё выложить. Что он способен будет понять ту ситуацию, в которой я оказалась, но он молчал.

А потом полез в ящик стола и достал флешку с брелоком в виде земного шара и спрятал в карман пиджака.

— Хорошо, что напомнила. Не следует оставлять свою работу без присмотра. Но нет, мы едем по другим делам. А беру я тебя с собой, чтобы ты посмотрела: стоит ли тебе оставаться здесь работать. Хочешь зарабатывать действительно хорошие деньги, а ты ведь хочешь, одежда, красота, безделушки, — его взгляд скользнул по моему лицу, шее, опустился к рукам, и мне сразу захотелось их спрятать. Маникюр я делала сама. — Всё стоит денег.

— И кофе, — растерянно поддакнула я, чтобы перевести разговор со своей особы на что-нибудь другое.

Порой мне казалось, что Гришину нравится меня дразнить. Не очень приятно, когда к тебе относятся, как к несмышлёнышу.

— И оно. А пока у меня для тебя маленький подарок. Ни к чему не обязывает, не смей отказываться. Очень удобно, флешка не потеряется в сумочке.

Он снова отпер первый ящик стола и достал флешку с другим брелоком. Тоже в виде планеты на посеребрённой цепочке.

— Это Меркурий. Первая планета от солнца. Для того чтобы стать первой.

— Спасибо, — растерянно пробормотала я. — Мне неловко принимать от вас подарки.

— Пустяки, считай, это инструмент для работы. Готова? Тогда поехали!

Мы вышли из офиса вместе. Гришин велел подождать у лифта, а сам вернулся что-то передать Светлане Томской. Её он оставлял своим заместителем.

— Может, успеем вернуться до ночи? — улыбнулась я, когда мы вошли в лифт. Гришин первым, пояснив, что для мужчины стыдно пропускать женщину первой в места повышенной опасности.

И улыбался совсем по-мальчишески. Несерьёзно. Когда он покидал офис, то вдруг становился иным: будто стоял на корме корабля, как капитан в подростковом романе, которые я запоем читала в далёкую пору, и подставлял лицо всем морским ветрам.

И мне он нравился. Любым.

— Зачем терять командировочные? Ты подписала бумаги в бухгалтерии? Держи наготове. Это наш с тобой пропуск на деньги фирмы. За гостиницу, суточные и бензин для моей телеги.

Я посматривала на него, когда он вёл машину, и ловила себя на мысли, что босс мне нравится, как мужчина. Но ничего более.

Он, как и многие мужчины, говорил о своей машине с любовью, но не считал её священной коровой. Средство передвижения, которое лучше держать в исправности, чтобы всегда вскочить в колесницу и умчать в ней на край света.

— Расскажи о себе, чтобы я не заснул за рулём.

Я не стала говорить, что сейчас день. Понятно, что Гришин решил узнать обо мне из первых уст.

— Ничего любопытного. Живу одна, думаю завести живность, но никак не решаюсь. А сейчас поняла, что так и правильно. Кто бы ухаживал за кошкой, когда я в отъезде?

— Ты сама похожа на котёнка, — вдруг посмотрел на меня Гришин весьма серьёзно. Недолго, он следил за дорогой, но мы попали в пробку, так что время на разговоры было.

Я положила сумочку на колени, чтобы не было видно острые коленки в колготках. Мне казалось, что он будет на них смотреть. Я знала, что будет. Но была не готова перейти черту, потому что всё это не по-настоящему. Оба они, Трошинский и Гришин хотели использовать меня.

— Я быстро, — буркнула я, хлопнув дверью подъезда. — Помогать не надо.

Первым делом переоделась в джинсы и водолазку. Сверху — пиджак оверсайз. Я никогда не была фигуристой, но не хотела даже намёка на сексуальность в одежде.