Обманщица и лгуния

Глава 13 : мир рухнул

Утро, как и всегда, началось с общения с подругами. Мы встретились в зале для завтрака, где обсуждали последние события. Я чувствовала поддержку, но в то же время моя душа была тяжела. Кажется, что каждый день приносил всё больше сомнений и вопросов, на которые не было ответа. Мы смеялись, делились новостями, но мне было не по себе.

После завтрака я направилась в мастерскую, чтобы продолжить свою работу с металлом. На этот раз я решилась перейти на золото, так как чувствовала, что я готова к большему. Но в этот раз что-то изменилось. Золото, казавшееся раньше таким простым и красивым, теперь вызывало у меня тревогу. В воздухе чувствовалась какая-то тяжесть, и я не могла понять, что именно меня беспокоит.

Граф появился неожиданно. Он вошёл в мастерскую с тревожным выражением на лице. Его взгляд был серьёзным, и я поняла, что что-то случилось. Он подошёл ко мне, обнял, но я почувствовала, что его объятия были наполнены не просто заботой, но и беспокойством.

— Асилия, — сказал он тихо, — ты должна это увидеть.

Он протянул мне газету, и я взяла её с неохотой. Но как только я увидела заголовок, моё сердце пропустило удар. В крупных буквах было написано: "Алира Брестская найдена мёртвой возле приюта". Это была шокирующая новость. В этот момент я почувствовала, как мир вокруг меня сжался, и мои мысли стали путаться.

— Что это значит? — спросила я, не в силах понять, . — теперь все изменится.

Граф молчал, но в его глазах я видела боль и понимание. Он знал, что эта новость затронет меня. Вдруг вся информация, которую я собирала о своём прошлом, стала казаться не такой важной, как этот момент.

— Они нашли её в старом приюте, где жила раньше, — сказал он наконец, стараясь сохранить спокойствие. — И теперь это наверняка дойдёт до директора. Он не может не заметить, что ты не Алира.

Я замолчала. Мозг не мог сразу принять эту новость. Она была такой неожиданной, такой болезненной. И я почувствовала, как всё вокруг меня начинает рушиться. Эта игра, эта роль, которую я играла, была близка к своему завершению. Всё, что я скрывала, теперь могло стать достоянием всех.

— Ты должна быть готова, — продолжил граф. — Если директор узнает, он будет знать, что ты не та, кем представляешься. Ты не можешь скрывать это вечно.

Я не могла ответить сразу. В моей голове всё смешалось. Боль, страх, растерянность... Я пыталась найти хоть какой-то ответ, хоть какую-то ниточку, за которую можно было бы ухватиться. Но ничего не было. Всё казалось зыбким, ненадёжным.

— Я... не знаю, что делать, — выдохнула я, вглядываясь в газету. — Всё это... слишком. Как теперь поступить?

Граф подошёл ко мне ближе, его голос был мягким, но решительным.

— Мы будем разбираться в этом вместе. Ты не одна. Я буду рядом. Всё, что ты пережила, я тоже пережил. Ты можешь довериться мне, Асилия. И я помогу тебе разобраться в этом.

Его слова были поддерживающими, но в глубине души я знала, что всё изменится. Играть роль Алиры Брестской уже не было смысла. Все тайны вскроются, и последствия не заставят себя ждать.

В этот момент дверь открылась, и в мастерскую вошёл директор. Я ощутила, как напряжение в воздухе возросло. Его взгляд был на мне, и в нём я прочитала, что он уже что-то знает.

— Асилия, — произнёс он с холодным спокойствием, — мне нужно поговорить с вами.

Я посмотрела на графа, и в его глазах я увидела те же вопросы, что и у меня. Но сейчас мне уже не было выбора. Время пришло, и я должна была столкнуться с этим лицом к лицу.

Директор сидел за своим массивным столом, его глаза были устремлены на меня с такой интенсивностью, что я чувствовала, как сердце бьется в груди с каждым ударом. Комната казалась невыносимо тихой, и единственным звуком был звякающий стук его пальца по деревянному столу. Я не могла ни моргнуть, ни вдохнуть. Словно весь мир сжался вокруг меня, и я осталась в центре этого подавляющего давления.

Его взгляд оставался строгим, и я ожидала, что он начнёт говорить, но это ощущение безвременья тянулось до предела. Я затаила дыхание, не зная, что мне делать и что говорить. Время как будто замерло.

Наконец, он заговорил, его голос был ровным и холодным:

— Алира Брестская мертва.

Я сжала пальцы, чувствуя, как холод пробежал по телу. Всё, что я смогла выдавить из себя, было простое:

— Да...

— Что вы можете сказать об этом, Алира Брестская? — продолжил он, его голос не выражал ни жалости, ни удивления. Это было просто констатирование факта.

Я посмотрела на его лицо, пытаясь сохранять спокойствие. Но сердце бешено колотилось, и слова застревали в горле. Я сделала глубокий вдох и попыталась говорить честно.

— Мне очень жаль, — произнесла я, но эта фраза звучала пусто в том месте и в тот момент. Что я могла сказать? Это была правда, но... недостаточно. Я, Асилия Вейн, оказалась в ловушке собственной лжи, и теперь правда была раскрыта.

— Вам жаль? — его глаза сверкнули, и в них появилась тень злости. Он наклонился вперёд, не отрывая взгляда от меня. — Вы понимаете, что за это вас казнят?

Я не могла поверить своим ушам. Казнить? Эти слова эхом отозвались в моей голове. Моё сердце пропустило несколько ударов.

— Что...? Казнят? — я еле смогла произнести эти слова. Это не могло быть правдой. Это не могло быть моим будущим.

Директор наблюдал за мной с выражением камня, и его следующее слово прозвучало как приговор.

— Да, юная леди, вы скрыли смерть. Вы претворялись другим человеком. — Он сделал паузу, давая мне время осознать тяжесть своих действий. — Вы сыграли свою роль, и теперь пришло время за всё ответить.

Я ощущала, как мир рушится на мои плечи. Всё, о чём я мечтала, всё, что я хотела — и лавка, и счастье с графом, и даже возможность узнать правду о своих родителях — всё это стало невозможным. Это было всё, что я могла пережить за эти дни.

— Да... — едва слышно прошептала я, поддаваясь холодной реальности.