Обманутая драконом. Сирота в Академии магии

Глава 34. Драма юности

Ласориан

— Я куплю его, – последнее, что я сказал старику, прежде чем мы с Дакотой вышли из лавки украшений.

В обычных условиях она бы начала меня отговаривать, ведь крупный медальон из чистого золота оказался довольно дорогим. Но сейчас Дако была сама не своя. После горького осознания, она закрылась. Смотрела под ноги, сжимала в кулачках два кусочка одного целого и никак не могла сложить пазл жесткой реальности.

Мне было её жаль. Хоть я и знал, что в какой-то момент колесо судьбы сделает свой оборот, и на Дакоту начнёт выплескиваться печальная правда о её потерянном друге. Отчасти я приложил руку к тому, чтобы запустить бесповоротность событий в ускоренном ритме. Но сегодняшняя находка была чистой случайностью, которую никто не подстраивал. Просто неожиданный и неприятный сюрприз.

Но оно и к лучшему. Такими маленькими шажками жизнь подготовит Дако к полному разочарованию, которое ждёт её в конце. И, возможно, когда она узнает всю правду, ей будет менее больно, чем могло быть.

Впрочем, почему меня это беспокоит? Мне не стоит слишком сильно проникаться чувствами этой девочки. Но сегодня я должен подсластить горький напиток, который подсунула ей судьба. Просто чтобы она могла спокойно учиться и развиваться дальше, а не закрылась в себе окончательно. Поэтому, когда мы были уже в карете, я заговорил первый:

— Дакота, это ещё ничего не значит.

Она не отвечала какое-то время. Просто смотрела на медальоны.

— Разве? По-моему, всё очевидно…

— Ну не скажи. Скай мог потерять медальон, а некто нашёл его и продал.

— Возможно, но ведь продавец сказал, что это был молодой парень. Какое-то очень грустное совпадение.

Дакота уже не плакала. Думаю, если бы у меня была её сила глаз, и если бы я мог посмотреть сейчас на цвет её настроения, он оказался бы сплошной серостью. Этакой бездной безысходности и отчаяния. Бедная сирота жила лишь с мыслью, что в мире есть мальчик, который её ждёт и ищет. А теперь у неё в руках улика предательства. Если бы я не был втянут в эти события и не переживал из-за Дакоты, а просто услышал подобный рассказ в каком-нибудь пабе, он показался бы мне до жути сентиментальным.

— Да, может быть, он и сам его продал, – продолжил я с задумчивостью. – Но на то могли быть причины.

— Какие? – сдавленно спросила котёнок, и в её голосе прозвенела не только обида, но и нотки гнева. – Я бы никогда не продала свой медальон. Он связывает нас. Это моя главная ценность.

— А если бы эти деньги были нужны, чтобы спасти от смерти Миранду? А у тебя бы больше ничего не было. Неужели даже тогда не продала бы?

— Это крайности, Ласориан, – Дако фыркнула.

— В нашей жизни всякое возможно. Его близким могла понадобиться помощь. Или ему самому. Конечно, эти медальоны очень важны для вас. Но любая вещь по своей сути лишь материальная побрякушка. Куда важнее сохранить связь. Может, Скай продал его, чтобы иметь возможность всё-таки приехать к тебе в назначенный день. Вдруг он заболел, и ему нужны были лекарства. Можно придумать очень много причин.

С каждым моим словом напряженные плечики Дакоты опускались, будто она выдыхала. Хмурость морщинок разглаживалась, и в её стеклянном взгляде появлялось всё больше чувств, главным из которых была надежда.

— Наверное, ты прав, – тихо шепнула она. – Я сразу подумала о самом плохом.

— Так устроен наш разум, – я подбадривающе улыбнулся. – Мы моментально прокручиваем самые плохие варианты развития событий. Но на деле, если бы Скай просто забыл тебя, то продал бы медальон гораздо раньше, не находишь? Зачем ему столько лет хранить его у себя, чтобы избавиться, когда до вашей встречи осталось не так уж много?

Я подбирал всё новые аргументы, хотя на деле уже знал исход этой маленькой истории двух сиротских сердец. И всё же не надо Дакоте беспокоиться раньше времени. До финального аккорда есть ещё примерно месяц. Пусть проживет его спокойно.

— Да, – согласилась Дако и к ней вернулась частичка бодрости. – Если бы дело было в деньгах, он мог продать его давно. Значит, это обстоятельства.

— Именно.

— Правда теперь я беспокоюсь, не случилось ли со Скаем что-то ужасное. Он должен был поступить в Королевскую академию вместе со мной, но не смог. И дело тут не в знаниях или способностях. Ему что-то помешало.

— Если хочешь, Дакота, я могу постараться найти его с помощью своих связей.

— Это было бы здорово, но… к сожалению, я не знаю даже его фамилии.

— Мы знаем, как его зовут, и что он жил в приюте «Королевский венец».

— Да. До того, как мальчиков в полном составе не переселили в другое место.

— С этого я и могу начать. А там, кто знает, может выйду на его приемную семью.

С каждым моим словом Дакота расцветала.

— Ты правда можешь сделать это?

— Не обещаю, что найду, но попробовать никто не мешает. Надеюсь, с моим статусом мне дадут доступ к самым банальным архивам в сиротских домах.

Я продолжал улыбаться. Вымерено до каждого миллиметра. Ведь на деле я давно знал, в какую семью попал бедняга Скай, и какая незавидная судьба ждала его в дальнейшем.