Обо всём и обо всех

Ты же моя мама!

Старшая дочь обиженно поджала губы:

- Мам, ну как так-то! Мы же на тебя рассчитывали, уже со всеми договорились. В кои-то веки собрались хоть немного отдохнуть вдвоём – и опять не получается.

- Почему вдвоём? Ты же сказала, что компанией на базу отдыха едете? – удивилась я.

- Так молодёжной же компанией! Там есть вообще холостые ребята, и девчонки незамужние. Мы большой дом сняли, хотим всю ночь тусить. А ты не даёшь! – обиженно заявила Маша.

Я? Разве я когда-то мешала своим взрослым детям отдыхать и развлекаться? Или я мешала им устраивать личную жизнь так, как им нравится? Нет, советы, конечно, давала, я же мать и переживаю за их будущее. Но никогда не ставила своё мнение во главе угла.

- Берите детей с собой, - предложила я. – Конечно, они ещё маленькие, но раз уж так хочется поехать, положишь их спать в отдельной комнате…

- Мам, зачем, как ты думаешь, снимается загородный дом? Далеко от жилых районов? Чтобы там можно было орать и музыку гонять в любое время суток. Хоть танцуй, хоть на голове стой – никому не мешаешь. Ты как будто сама не была молодой, простых вещей не понимаешь!

Была я молодой, была. На голове, правда, не стояла – не до того было.

Муж ушёл, когда моим детям было примерно столько, сколько сейчас моим внукам: два и пять. Я осталась совсем без помощи, с малышами и больной матерью на руках. Была надежда, что его брат хоть немного нас поддержит финансово, но тот быстро самоустранился. Я не осуждала – у него своя семья и дети, где уж тут племянникам помогать.

Алименты муж платил только первые несколько месяцев, а потом как-то умудрился исчезнуть с радаров. Я до сих пор не знаю – жив он или нет. Впрочем, какая теперь разница, он давно для всех нас чужой человек.

Я много работала, мало отдыхала и экономила на всём. Точнее, экономила я на себе. Как можно сэкономить да детях, которые растут так же быстро, как цены в магазинах? Это я могла носить несколько лет одну и туже куртку и сапоги, менять набойки на туфлях и штопать свои единственные тёплые колготки.

Дочерям каждые полгода надо было покупать новую одежду, потому что они стремительно вырастали из старой. Руки торчали их рукавов, а обувь снашивалась настолько, что её оставалось только выбросить.

Когда умерла мама, стало ещё тяжелее. Я лишилась моральной поддержки, участия и заботы. Но я выдержала, взяла себя в руки, только работать стала ещё больше.

Подростковый период проходил у нас бурно и эмоционально. Современные девочки на удивление рано взрослеют. Или не взрослеют вовсе, а кажутся самим себе взрослыми?

Но мы пережили и это. Старшая закончила колледж, вышла замуж, родила двоих чудесных детей. Младшая тоже замужем, заводить детей они пока не торопятся, и это правильно. Пусть для себя поживут, пока есть такая возможность.

- Мама! Ну что ты молчишь? Возьмёшь детей? Нам их больше некуда везти – свекровь категорически отказалась.

И правильно сделала. Моя сватья совсем недавно сама вышла замуж и сейчас переживала бурный романтический период. Зачем ей нянчить внуков и показывать мужу, который, кстати, моложе неё, что она уже бабушка? Подарки внукам дарит – и на том спасибо!

- Маша, имей совесть, а? – попросила я. – У меня за две недели первые настоящие выходные. И последние, кстати. Сейчас месяц на вторую половину перевалит и всё – опять аврал, надо подбивать счета, оформлять новые документы, выслушивать претензии от клиентов. Что я тебе рассказываю? Всё как везде.

- Вот и шла бы на пенсию и отдыхала, - сказала Маша. – Зачем работаешь, если тебе тяжело?

- Дочь, ты о чём? – поразилась я. – Мне до пенсии ещё пахать и пахать! Мне только пятьдесят. Ты бы хоть пенсионным возрастом поинтересовалась.

- Но как-то же люди уходят раньше времени, - заметила Маша.

- Уходят, - легко согласилась я. – Увольняются. Ты меня содержать будешь?

Маша промолчала. Что она могла ответить, если каждый месяц просила «одолжить до получки». На одежду детям, на фрукты, лекарства, поход в парк. Я давала и не ждала возврата – кто же им ещё поможет, если не я.

- Мааам, - заныла Маша. – Это же всего на два дня! В пятницу привезём, в воскресенье вечером заберём. Мам, ну пожалуйста.

Я бы сдалась и согласилась, но у меня были свои планы на выходные.

Последнее время я стала очень плохо спать, просто ужасно. С вечера лежала в кровати, смотрела в потолок, крутилась с боку на бок и считала то овец, то слонов, но уснуть не могла. Засыпала ближе к утру, вставала больной и разбитой. Давление то поднималось, то падало, на работе я зевала и не могла сосредоточиться.

В пятницу я хочу пройтись по магазинам. Надо, наконец, купить себе новое пальто и сумку, а то в старом скоро стыдно будет на работу ходить. В выходные мы с подругой договорились поехать к ней на дачу. Почистить снег на участке, натопить баню. Физический труд, свежий воздух и парная точно должны меня сморить. Хоть за эти два дня я высплюсь по-настоящему.

- Нет, Маша, я не могу. Ты бы хоть за неделю предупредила, - твёрдо сказала я.

- Так, да? Не жалко собственных внуков? И меня тебе не жалко? У меня двое детей, а я молодая, отдыхать хочу и развлекаться!

- Я тебе не запрещаю, - удивилась я, но Маша не стала слушать.

- Ну и пожалуйста! И не звони мне больше! И не надо! Обойдёмся как-нибудь без твоей помощи! – выкрикнула Маша и ушла, громко хлопнув входной дверью.

Я тяжело вздохнула и пошла на кухню – где-то в холодильнике был пузырёк с пустырником. По опыту знаю, что теперь Маша может не звонить и месяц, и два, и три – пока совсем не приспичит.

Самой звонить тоже не стоит – дочь не возьмёт трубку. Наверняка ещё и в чёрный список мой номер закинет.

Младшая, Лена, позвонила вечером. Вообще-то Леночка звонит редко, зато всегда отвечает на мои звонки. Впрочем, я не пристаю к ней с общением – девочка полгода как вышла замуж, у них с мужем только-только начал налаживаться семейный быт, да и конфетно-букетный период ещё не прошёл.