Оборотень по объявлению. Майконг

ГЛАВА 4

ГЛАВА 4

Майконг

Лисы терпеть не могут высоту, будь они хоть десять раз из спецотряда. Да, уже не так панически бояться оказаться выше второго этажа, но любоваться красотами города всегда предпочитают с земли, если другого не требует ситуация.

Сейчас от Майконга ситуация требовала спрятаться как можно лучше, но зверь окончательно ушел в протест и отказывался слушаться. Если еще от дома Светы его еще удалось уговорить уйти, то последнее место работы, где все пропахло ей, он категорически отказывался покидать.

У Майконга была одна надежда - что запах девушки успокоит зверя и он обретет над контроль над взбесившимся животным. Правда, стоит отдать должное неукротимой половине - он сегодня никого не убил, хотя очень хотел крови. Одно лицо Светы только сдерживало его от того, чтобы не намотать длинные патлы блондина на когти и не проскрежать им по полу.

Речи о двойном испытание не было! Это прямое нарушение договора!
И Майконг в который раз порадовался, что не верил в этой жизни никому. Никому, кроме Никса.

Но прошла ночь, пала смертью храбрых бытовка, а зверь все не унимался и отказывался шагу ступать в более безопасное место. Когда послышался шум, Майконг, вместо того, чтобы спрятаться на нелюдимых верхних недостроенных этажах постройки, вдруг сиганул в подвальное помещение.

И как же он был удивлен, когда туда спустилась и Света.

Видеть ее вживую, а не только чувствовать ее запах, оказалось мучительно сладко и невыносимо. Зверя словно опьянило, повело и потащило к девушке, и только чудом Майконг смог удержать себя на расстоянии.

Не подходи! Испугаешь! Сначала обернись!

Но когда Света взялась за сварку, зверю пришлось ощутить настоящий резонанс. Жуткий звук, еще хуже - свет сварки, от которого так легко поймать солнечных зайчиков в глазах. И любимая девушка за такой сложной работой.

Ну и профессию же она выбрала! Сразу видно, что не ищет легких путей!

Майконг закрыл глаза и лишь слушал, как она дышит под маской, как двигается, старался не обращать внимания на остальные шумы. И все время повторял своему зверю, что он подойдет и проверит, на месте ли кольцо, если тот обернется. Что ласково снимет защитную варежку со Светы, что поцелует тыльную сторону ладони и прижмет к себе.

В общем, врал безбожно сам себе! С три короба насочинял, а зверь лишь насмешливо фыркал. Не дурак, понимал, что Майконг никогда не подвергнет ее такому риску.

Запах из соседнего помещения, где варила девушка, щекотал ноздри. Что это? Чем пахнет? Будто бы и ничем, но так и действует на легкие.

Майконг услышал, как в середине дня Свете позвонили и чем-то жутко расстроили. Он даже услышал, как она тихо всхлипнула, а потом сказала:

- Не переживай. Я заберу тебя у нее.

А к вечеру что-то стало не то. Майконг сначала это почувствовал каким-то внутренним чутьем. С девушкой что-то происходило.

Ее помощники разошлись, она осталась одна и доваривала. А когда сняла маску, то пошатнулась.

Майконг быстро прокрутил в голове все, что знал о сварке и этого оказалось ничтожно мало. Может, у нее какое-то хроническое заболевание.

Света покачнулась, и Майконг бросился к ней быстрее, чем успел сообразить. Ловя ее на руки, теряющую сознание, спросил, глядя в закрывающие глаза девушки:

- Что с тобой? Скажи! Что мне делать? - Голос Майконга сорвался на крик.

Света неожиданно улыбнулась, глядя на него.

- Я… просто… надышалась… цинком… - еле размыкая губы проговорила она. - Обычное дело...

И выключилась!

Света

Я открыла глаза и еще долго не могла понять, где нахожусь. Ночь, шелест листвы, белый потолок и тишина.

Голова кругом, будто пьяная. 

Я привстала на локтях и медленно сообразила, где нахожусь. Наша с Юлькой съемная квартира с фикусами!

Окно было открыто на всю и летний ночной ветерок дразнил эти самые кустики. Кустики, за которые сегодня вечером я должна была первый раз отчитаться! Вот же ж, что-то я не припомню звонка.

Я резко села на диване и заметила на кофейном столике пачки открытых таблеток. Кто заболел? Почему я не помню?

И тут в ушах зазвучали слова Юльки:

“Мама меня увела с собой после школы. Забери меня, Свет! Мне страшно! Она так орет.”

Я тут же оказалась у двери в спальню, рывком открыла ее и не поверила своим глазам - не кровати мирно спала Юлька. Я даже подошла ближе, присела на краешек матраса и дотронулась до руки сестры. Посмотрела в ее безмятежное лицо и открутила время назад.

Утро, раскуроченная бытовка, работа в подвальном помещении. Сварка цинком, звонок Юльки. А потом?  Что было потом?

Я посмотрела на свою руку. В темноте блеснул серебристый ободок кольца, и я как завороженная не могла отвести от него глаз. Все дело в том, что я вспомнила того, кто привиделся мне - тот герой из автобуса. Абсолютно голый герой!

Я легонько шлепнула себя по щекам:

- Таких тел не существует, это раз. Ему неоткуда там было взяться - это два. Отравление цинком, однако, не шуточки - это три.

Юлька сонно перевернулась с одного бока на другой бок, плотнее заворачиваясь в одеяло. А я поймала себя на том, что снова пытаюсь крутить ободок плотного кольца.

Что произошло потом? Кто купил лекарства?

Я вернулась в зал, залезла в сумку и пересчитала деньги. Все до копейки сходится! А лекарства нынче дорогие! Кто их купил? Пачки новые, значит, не соседка принесла!

И что самое главное - как Юлька оказалась дома? Неужели я сама отбила ее у матери и не помню этого?

Я села на диван, рассеянно хлопая ресницами. Совершенно ничего не понимаю! Не сходится!

Майконг

- Майк? Пришел в себя! Отлично, старик! Гони сюда, тебе нужно появиться до полуночи, иначе твой зверь превратится в тыкву! - Никс так был рад слышать друга, что кричал.