Оборотни Камчатки. От медведя с любовью

Глава вторая

Ирина

За почти девять часов полета я успела поспать, перекусить чипсами и шоколадными батончиками, запить все это буйство углеводов колой и заскучать.

Класс “Эконом”. Кресло неудобное, да еще и посреди салона. Окошка нет, по правую и по левую руку от меня говорливые мужик с теткой, постоянно передающие друг другу то воду, то лотки с едой.

Невыносимо.

Коленками я уперлась во впереди стоящее кресло, закинула в рот пару подушечек жвачки и принялась надувать пузыри.

Ситуация напомнила какую-то злую шутку. Первой был мединститут, куда меня запихнули без моего на то ведома, второй — лишение машины, и вот она — кульминация родительской любви и заботы! Ссылка, чтоб ее!

Перед глазами встал образ матери с поджатыми губами и отца с кружкой кофе.

Надежда их фамилии и единственная дочь стала не гордостью, а бельмом на глазу! Взяли бы шило, да выкололи к чертям собачьим...!

Со злости я пнула кресло и получила в ответ порцию ругани от соседа:

— Ноги опусти! Ты где находишься, девочка?!

— Простите! — Буркнула, не чувствую ни малейшего угрызения совести.

Переживет.

Я вот поездку к “бабуле” не переживу, а он переживет.

Выйдет из самолета со своим потрепанным коричневым кожаным портфелем, отправится на какой-нибудь середнячковый бизнес - ужин, потом заселится в захудалую гостишку, посетит пару торговых выставок, возьмет икры красной на дорожку и свалит обратно в столицу, поправляя жирными пальцами дешевый галстук и почесывая внушительное пузо.

— Мы заходим на посадку. Приведите спинку кресла в вертикальное положение, пристегните ремень безопасности и откройте шторки иллюминаторов.

В проходе появилась стюардесса, замахала руками, руководя нашей полет-компанией, ведь я даже на облака не смогла посмотреть, из-за специально выбранного фигового посадочного места!

— Оставайтесь на своих местах до полной остановки самолета!

Будь на то моя воля, я бы вообще не вставала с кресла и отправилась в путь домой даже не покидая самолета. Как без меня пройдет тусовка в клубе с известными рок-исполнителями? Как без меня друзья будут веселиться?

Ответ напрашивался сам собой: “Легко”.

Замелькали огни аэропорта Елизово. Борт накренился и зашел на посадку.Куплю билет на обратный рейс, но попрошусь вписаться к кому нибудь на пару недель, пока родители не остынут и не примут меня обратно, как единственное и обожаемое дитя.

Один круг над посадочным полем, второй:

— Уважаемые пассажиры, сохраняйте спокойствие. Из-за погодных условий время прибытия рейса: “Москва — Петропавловск — Камчатский”, задерживается.

Нас хорошенько так встряхнуло, я поставила ноги на пол, оставив спинку кресла соседа в покое, и посмотрела через кресла других пассажиров в иллюминаторы. Яркие огни посадочной полосы сменились пасмурным небом. На стекла налипал снег, сбегал вниз, а оставленные им мокрые следы моментально замерзали.

Это не Сочи... не Лос—Анджелес... Это край всего, оставшегося позади, Мира.

— Мы падаем, да? — выпалил мой сосед, покрываясь испариной и хватая проходящую мимо бортпроводницу за подол униформенной юбки.

Я не сдержалась:

— Если у вас есть кредиты или ипотека, то вашей жене повезло — их погасит государство. — я наклонилась и похлопала соседа по плечу, а стюардесса неловко улыбнулась.

— Сохраняйте спокойствие и оставайтесь на своих местах.

Можно было почувствовать, как выдвигаются шасси — это вселяло надежду, что мужику все-таки придется выплачивать ипотеку, кредит за машину, за кухонный гарнитур и плазменный телек.

Я прикрыла глаза, и постаралась абстрагироваться от заполняющей салон паники.

Двум смертям не бывать, а одной не миновать.

— Посадочная полоса заметена снегом! — выдал мужик справа.

— Под снегом лед! — женщина слева от меня не отставала.

— Пилот не сможет посадить самолет! — это уже был мой потный любимчик спереди.

— Ой, да ладно вам! У них все под контролем! Используют систему противоскольжения, и все будет пучком! — фыркнула, но никто не слушал. — А в дополнение к колесным тормозам, на большинстве самолетов можно использовать реверсивную тягу! Ну как дети, ей Богу!

Кто-кто, а дети меня услышали и завыли, что есть мочи.

— Моей Полинке то всего седьмой годик пошел...в школу даже не успел отвести, с бантиками, в фартучке белом кружевном... и ипотека не на меня, а на жену оформлена!

— Ну—ну... не переживайте вы так! И что, даже страховки никакой нет на случай потери кормильца? — мне всегда говорили, что я “ядовитая”, токсичная и так далее и тому подобное, но в этой ситуации еще сказался стресс. Мне тоже было немного, но страшно.

— Я бы все равно умер.

— А что так? Болеете? — спросила, чисто из-за того, что хотелось поговорить напоследок хоть с кем-нибудь.

— Аденома простаты. — со вздохом выдал мужик, и позеленел.

— Тю! Я то уж подумала! Аденома простаты не смертельна! Это гиперплазия органа доброкачественного характера!

— Только не говори, что ты такая молодая, а уже врач?!

— Я училась. Летом только диплом получила, но работать в этой сфере не собираюсь...

— А зря! врач — это светлая и уважаемая профессия!

— Угу... а еще низкооплачиваемая, а нищенкой я быть не хочу.

— Сгруппируйтесь! Примите безопасное положение! — стюардесса отвлекла нас от беседы.

Пора было приземляться. Сколько кружить над Елизово? Того и гляди врежемся в Корякскую сопку и тогда уж точно — пиши пропало!

Умирать в самом рассвете лет, даже еще не вкусив всей прелести взрослой, не обремененной учебой и работой жизни, мне страсть как не хотелось!