Оборотни Трансильвании. Я не вампир, я котик!

Глава 8, в которой Иляна почти ван Хельсинг

– Не такая уж сложная задача, – пожал плечами Адриан. – Договориться можно практически с каждым. Было бы желание. Доедай и поедем дальше. Не стоит здесь задерживаться.

– Думаешь, они могут быть здесь? – нервно оглянулась я.

На первый взгляд никого подозрительного нет, официантка протирает столик, темноволосый худощавый мужчина зевает над своей чашкой. Никакие они не омрачают привычный порядок вещей. Тишь и благодать. Обычное утро в обычном мире. Моём мире. Том самом, где оборотни и вампиры это красивые легенды и способ привлечь побольше туристов в наши края. Брэм Стокер подарил нашей стране золотую жилу. За это мы прощаем ему то, что он и в Румынии-то никогда не бывал.

– Понятия не имею, – последовал откровенный ответ. – Я даже не уверен, что эти ребята ищут именно меня. Может, все дело в тебе. Ты случайно не похищала какие-нибудь ценные рукописи или древние артефакты в последнее время?

– Ничего такого, за что меня могли бы пытаться убить, – тихо рассмеялась я. – Самый обычный книжный червь. Едва ли у такой как я могут быть враги. Особенно если учесть, что вся эта свистопляска началась, как только я встретила вас. Не понимаю, зачем ты меня вообще потащил с собой. Если только не планируешь прикрываться мной, когда на тебя нападут.

– Возможно, именно это я и планирую. В крайнем случае, просто съем тебя, если проголодаюсь. Удобно, когда при себе всегда перекус, – и оборотень сверкнул зубастой улыбкой, сделавшей его лицо еще более привлекательным.

Занятно, но мне показалось, что он и сам не до конца понимает, почему забрал меня с собой. Ничто не мешало ему высадить меня у станции, вручив мне некоторую сумму на билет и пожелав удачи. Вместо этого Адриан тащит меня в Сигишоара к своей семье. К слову о семье.

– Мне нужно позвонить. Или написать сообщение. В общем, мне нужно связаться кое с кем.

– Твой парень тебя потерял?

Как тонко. Мысленно я фыркнула, однако внешне попыталась остаться спокойной и невозмутимой. Стоит ли увильнуть от ответа или сказать все как есть?

Я прищурилась, взвешивая варианты. Нет, загадочность и тонкий флирт не моя стихия. Можно было бы изящно ускользать, заманивая и завлекая, но это была бы уже не я. Да и не хочется мне казаться кем-то другим. Рядом с Адрианом вообще не хотелось притворяться или выставлять свои лучшие стороны. А еще в голове едва заметно пульсировала странная и неуместная мысль «вот ты где». Словно когда-то давно мы запланировали встречу, но я о ней забыла, а теперь, наконец, свиделись. Словно все так и должно быть. Наверное, это раннее пробуждение так действует на меня. Того и гляди домечтаюсь до любви с первого взгляда или чего-то в этом роде. Нужно быть благоразумной, Иляна.

– У меня нет парня, – тем не менее, честно ответила я. – Однако, у меня есть семья. И они будут беспокоиться и искать меня. Поверь, – я тяжело вздохнула, – лучше не подавать им лишнего повода устроить драму и перевернуть район-другой. Вместе с горами.

– Можешь связаться с семьёй, – он положил на стол свой телефон и подвинул ко мне. – Сообщи им, куда ты едешь и скажи, что они смогут с тобой связаться по этому номеру в любое время.

– А они смогут? – осторожно уточнила я.

– Разумеется, смогут.

– Интересно, у меня будет возможность заглянуть в дом гильдий? Конечно, это не совсем связано с темой моего исследования, но ремесла находят очень интересное отражение в фольклоре и, если попытаться, можно отыскать… – голос мой становился все тише, пока, наконец, не увял, как цветок под жарким солнцем.

Энтузиазм стоит держать под контролем. Не каждый готов слушать мои длинные бессвязные восторги о зоометафорах в языках романской группы, об антропоморфных образах смерти в румынской лингвокультуре и о прочих вещах, которые целиком и полностью захватывают мое воображение.

– Если меня не пристрелят на въезде в город и не удушит в объятиях мама, можем зайти в дом гильдий. И в исторический музей, если хочешь. Там работает мой знакомый, так что можно будет даже взглянуть на закрытую часть экспозиции. Полагаю, тебя это может заинтересовать, – невозмутимо проговорил Адриан, словно он только что не предложил мне лучший подарок из всех возможных. Широкая улыбка расползлась по моему лицу и как я не пыталась ее обуздать, лицевые мышцы не желали подчиняться.

– Погоди, – вдруг дошла до моего сознания другая часть сказанного. – Ты сказал «пристрелить». Так про серебряные пули это правда?

– Ты доела? – вместо ответа поинтересовался оборотень и, дождавшись утвердительного кивка, поднялся. – Тогда пойдем. Нас уже заждались. Телефон-то возьми. В машине напишешь своим родным, – и он впихнул мне в руки сотовый.

– Когда в тебя стреляют это в принципе не очень приятно, – продолжил Адриан, пока я пристёгивалась. – Независимо от металла, из которого сделаны пули.

– А кол? Твоих родных можно убить колом в сердце? И нужен ли непременно осиновый? А если он сделан не из цельного дерева, а из опилок? – сыпала вопросами я. Ужасно хотелось начать делать записи, но блокнот вместе с телефоном и планшетом канул в небытие в доме Адриана.

– Твоя фамилия случайно не ван Хельсинг? – с подозрением осведомился оборотень. – И вообще, тебе не кажется, что это не очень красиво: ехать в гости и примеряться осиновым колом к груди хозяев?

– Просто мне интересно, как это работает, – фыркнула я. – Гипотетически. И вообще, в гости меня зовут почти насильно, не давая особого выбора.

– У меня странные предчувствия, – бросил Адриан, заводя машину. – А я привык им доверять.

Двигатель довольно заурчал. Мы выехали на трассу.

– Расслабься, – продолжил он, противореча сам себе. – В конце концов ты едешь на родину Дракулы. Наслаждайся поездкой и прочувствуй атмосферу легенд. Это же, вроде как, твоя работа? Не думай, что из этого правда, а что нет. Была когда-нибудь в Сигишоара?

– Ни разу. Я вообще мало путешествовала.

– Тем более. Меньше анализируй, больше чувствуй. И смотри!