Обожженный Солнцем

Глава 13

10 марта 2018 года

Творил Эш в небольшой мастерской при школе искусств, в которой когда-то учился вместе с Лаурой. С разрешения мистера Коллинса он занял подсобку у главного входа. Там было огромное окно с видом на сквер и пруд во дворе. Многие мечтали заполучить этот мирок, но никакие другие кандидатуры не рассматривались. Эш, будучи под покровительством мастера, получал самые лучшие холсты, самые дорогие краски и самые высокие оценки. И мастерскую с лучшим видом. Ему пророчили будущее великого художника с постоянными выставками по всей стране и даже миру. Никто тогда не знал, как обернётся его жизнь. А тем более, что он забросит искусство. Но ничего, он вернется. Это время не прошло даром, оно подарило эмоции, которые теперь можно выплеснуть на бумагу.

Припарковав мотоцикл неподалёку, Эш вошёл на территорию школы, окруженную парком. И вновь ощутил себя студентом, опаздывающим на первое занятие и забывшим дома краски. Он даже рассмеялся. Ведь не так давно все так и было. Опаздывал он часто, забывал краски и холсты, препирался с преподавателями, проказничал и искал поддержки у однокурсников, был этаким бандитом, но все сходило ему с рук. И Эш этим неустанно пользовался. 

В парке часто проходили занятия по пейзажам, вот и сейчас небольшая группа учеников с мольбертами перегородила дорогу к главному корпусу. Протискиваясь между ними, Эш разглядывал работы. Какие-то были самыми обыкновенными, написанными по строго оговорённым правилам (нет, они были неплохими, они были правильными, чётко скомпонированными, без единой ошибки, а, значит, скучными), а какие-то были интересными и необычными, со своей точкой зрения. Такие работы были по душе мистеру Коллинсу. Он сразу выделял себе любимчиков и работал над их ростом. Нет, оставшихся он не кидал. Он им также помогал и пытался развить талант. Но попытки эти, как правило, так и оставались попытками. Воображение нельзя привить. С ним можно только родиться. 

Заметив чуть поодаль своего любимого преподавателя, Эш направился прямиком к нему. Он сидел на пластиковом стуле, заботливо принесенном кем-то из учеников, и читал утреннюю газету.

– Добрый день! – Мистер Коллинс, не опустив газеты, поднял глаза. Зрачки его расширились, он встал, улыбнулся и протянул руку Эшу.

– Вот это люди! Как твои дела, Бенкли? – Эш пропустил жест с рукой мимо, расставив руки для объятий. Мужчины обнялись и дружественно похлопали друг друга по спине.

– Рад Вас видеть! Как Ваши дела? – Учитель выдохнул:

– Взгляни. Новых оболтусов дали. Устал бороться. – Эш рассмеялся. Как же хорошо было дома. Обернувшись в сторону учеников, он махнул на девушку и парня, стоявших рядом:

– Я видел там парочку интересных работ. На расстраивайтесь раньше времени. – Мистер Коллинс покачал головой:

– В том то и дело, что парочку. Мельчает нынче художник. Скоро пойду декоратором работать. – И он театрально рухнул на стул.

– Ну не утрируйте. Все не так плохо. – Эш улыбался. Чувство юмора у мистера Коллинса всегда было. И актерские навыки. Боже, все это такое родное. Эш выдохнул. Этот момент не ускользнул от мистера Коллинса. Он встревоженно поднял бровь и спросил:

– Что-то случилось? Ты совсем пропал. Не пишешь, не звонишь. – Эш пожал плечами:

– Да так сразу всего и не расскажешь. – Мистер Коллинс взглянул на часы:

– Подожди, урок заканчивается через 25 минут. Сходим попьём кофе. – Эш поджал губы и покачал головой.

– Прошу прощения, не получится. Я хочу навестить маму. – Мистер Коллинс недовольно фыркнул. Да, мама – это святое, но он считал себя почти отцом Эшу. – Но завтра с утра я свободен. – И мистеру Коллинсу пришлось согласиться. 

– Хорошо, адрес помнишь? – Эш кивнул:

– Угу. – Он перевел взгляд на школу и вспомнил за чем вообще сюда приехал. – Я хотел забрать краски. Студией кто-то пользовался? Или ключи так и на вахте?

– На вахте, на вахте, – обиженно процедил мистер Эванс. – Стал бы я их кому-то давать. Там же остались твои вещи.

– Спасибо, – бросил Эш на ходу, помахав на прощание учителю и ускоряя шаг.

Войдя в мастерскую, он огляделся. Все стояло на тех же местах, что и в последний раз, когда он в спешке покидал Манчестер, лишь покрывшись пылью и паутиной. Но никто сюда не заходил. Не дышал воздухом, доступным только ему. Не трогал его вещи. Не чувствовал его мысли. Странное ощущение. Будто ты вышел на пару минут, но все вокруг знали, что ты вернешься. 

А теперь, когда новый мир уже обретал свои очертания в его голове, Эш безумно хотел дать им выход. Дать возможность дышать. И вряд ли этой пылью. Вытащив из рюкзака огромный мешок, он стал складывать все ценное. А закончив, обернулся и оглядел ещё раз всю комнату. Нет, ничего не забыл. И гася свет, громко поблагодарил студию за подаренные счастливые часы. Все. Официально мастерская больше ему не принадлежит. Ощутив одновременно и радость, и печаль, он сдал ключ, и немедля (вдруг захочется вернуться) вскочил на мотоцикл и рванул в родительский дом. Маме Эш ничего не сообщал. А сюрпризы он делать умел.

Да и она тоже, как оказалось. Началось все с того, что открыть дверь своим ключом Эш не смог. Удивительно. Зачем мама его поменяла? Сломался?  Почему ему не позвонила? Он бы приехал и мигом все починил. Позвонив в дверь, он битых десять минут ждал, но никто ему так и не открыл. Обойдя дом сзади, он увидел маму, сидящую в их дворике в компании какого-то мужчины, весело смеявшихся и попивающих чай с пирожками. Походу с ЕГО пирожками. Как так-то? Эш окликнул маму. Узнав голос, она, не поднимая глаз,испуганным голосом что-то сказала мужчине, затем махнув Эшу рукой, бросилась открывать калитку.