Обожженный Солнцем

Глава 14

11 марта 2018 года

На утро, поднявшись с кровати, Эш предположил, что мама уже убежала на работу, оставив их с Мартином вдвоем. И оказался прав. Но прежде, чем уйти она сварила им овсяную кашу и оставила её на плите, а рядом положила записку "разогрейте, не забудьте помыть руки и приятного аппетита. Люблю вас!" Как в старые добрые времена. Да, как же здорово ощущать себя дома. Эш улыбнулся и побрел умываться, зная, что мама может ещё и проверить. Мартин уже не спал и вовсю работал на заднем дворе: усиленно стучал молотком и что-то пилил. Поставив чайник на плиту, Эш накинул куртку и вышел во двор. На улице было влажно и прохладно, пахло мокрой землей и еле уловимым хвойным ароматом. Эш с шумом дыхнул, выпуская пар изо рта, и облокотился на забор. Мартин сколотил из оставшихся от ремонта дома досок что-то напоминающее комод. Получилось прилично. Хорошо, когда у человека руки растут примерно оттуда, откуда надо. Эш покашлял, привлекая к себе внимание. Мартин, отложив пилу, поднял голову:

– Уже встал? Ну и как спалось? – Эш демонстративно потянулся.

– Отлично! Чем занимаетесь? – Мартин стянул перчатки и подошел к Эшу.

– Давай на ты. Тебе не сложно, а мне приятно. А это… – он кивнул на свое творение, – это комод в спальню. Как тебе? – Эш обошел Мартина и принялся внимательно разглядывать заготовку: спилы ровные, без зазубринок, доски обработаны, покрыты морилкой и лаком (Эш специально провел рукой), гвозди забиты по линии. Да, придраться не к чему. Работа была качественной. 

– Ого! – воскликнул Эш. – Здорово, давно этим занимаешься? – Мартин усмехнулся:

– Не поверишь, в первый раз.

– Вот это да, для первого раза просто отлично! – Из дома послышался свист чайника. – Ты завтракал? – Мартин отрицательно покачал головой.

– Нет ещё, не стал тебя будить. – Эш похлопал мужчину по плечу и спросил:

– Пошли тогда есть? 

Эш рассказал Мартину, что обещал заскочить в гости к своему учителю и его роли в своей жизни. Рассказал о Ливерпуле. И о Лауре. Мартин слушал, не задавая вопросов. Просто слушал. Это было так необычно. Люди любят перебивать и вставлять свои комментарии со словами «я бы так не поступил», «почему ты не сделал вот так» и коронное «она тебя недостойна». И любят давать советы, когда их не просят. А уже когда просят, вообще не остановить. А тут заинтересованные глаза и тишина в ответ. И медленное сосредоточенное пережевывание каши. 

Первой реакцией Эша было желание взорваться и призвать Мартина хоть к какой-нибудь реакции. Но он лишь от души рассмеялся. И Мартин тоже. Они сидели и хохотали, сами не зная от чего. И было в этом что-то такое близкое и душевное, что Эшу не хотелось вставать из-за стола. Но его уже ждали. 

Собрав вещи, Эш переоделся и собрался на выход. Мартин вышел его проводить до ворот. Улыбнувшись на прощание, Эш надел шлем и собрался залезать на коня, а потом обернулся, снял шлем, подошел к Мартину, обнял его и произнёс:

– Береги маму. – И, сделав шаг назад, добавил: – Она заслуживает счастья, а я всегда мечтал о таком отце. – И, запрыгнув на мотоцикл, Эш дал мотору взреветь и заполнить улицу рычанием. Резвый конь быстро унес своего наездника, растворяясь в воздухе и уступая главенство утренней свежести и тишине, которую прерывали разве что птицы. Мартин постоял немного у ворот, глядя в даль, и на душе у него светлело. Этот малец мог быть ему сыном. Стукнув ладонью по забору, Мартин отправился на задний двор. Комод сам себя в спальню не поднимет.

Эш хорошо знал дорогу до мистера Коллинса, раньше частенько убегая из дома, он приходил именно к нему. Учитель никогда не прогонял, всегда выслушивал и давал советы. Поддерживал и по-отцовски хлопал по плечу. Своих детей у мистера Коллинса не было, и он полностью растворялся в работе и своих учениках. Эшу посчастливилось попасть на курс именно к нему. Мастер сразу разглядел в нем потенциал и развивал его, как мог. Подкидывал интересные задания, водил на выставки, объяснял основные понятия и принципы построения композиции. Одним словом, делился мудростью. И сам того не ведая, стал так близок, как не был отец, который, кстати, жил совсем неплохо, заведя новую семью, в которой у него родилась желанная дочь, а о старой даже не вспоминая. Но в душе Эш был даже рад. Пусть любовь того человека досталась другой, ведь достанься она Эшу, кто может знать, как сложилась бы его судьба? 

А к мистеру Коллинсу Эш тянулся, как цветок тянется к солнцу. Как предметы притягиваются к Земле, подчиняясь законам физики. Он нуждался в нем. И всегда получал отклик. Возможно, учитель видел в нем не просто ученика. И помогал ему не просто из душевных побуждений. Что если Эш был ему как сын, который у него так и не родился? Что если их духовная связь была крепче, чем связь с матерью? 

Мастер жил один в небольшом особняке почти в центре города. Каким образом его дом до сих пор не снесли и не построили там высотку, было не ясно. Но дом стоял будто крепость посреди небоскребов. Такой же защищённый и неприступный. Не хватало только башенок на крыше и рва. Увидев знакомый перекрёсток, Эш перестроился и свернул направо, припоминая, что за углом раньше было небольшое кафе, где продавали свежую выпечку.

Учитель ждал его у калитки. С нетерпением вглядываясь в уличное движение, и, замечая все мотоциклы, пролетающие мимо. Эш увидел его профиль задолго до того, как мистер Коллинс увидел его. Лицо его было напряжено, брови сдвинуты, уголки губ опущены. Ожидание превращалось в пытку. Отругав себя за нерасторопность, Эш отвернул обороты до красной зоны, и через секунд 30 остановился возле калитки. Лицо учителя прояснилось, он улыбался, открывая калитку. Слезая с мотоцикла и снимая шлем, Эш вытащил из мешка пакет с круассанами и конверт, и, неожиданно для себя, оказался в объятиях. Желания оттолкнуть не было, было скорее недоумение, которое быстро сменилось ответной реакцией. Эш прижал к себе человека, с которым всегда чувствовал себя тепло и хорошо. Как дома. Сердце переполняла благодарность за прожитые годы. За поддержку. За то, что всегда был рядом. Похлопав Эша по плечу (боже, как ему этого не хватало), мистер Коллинс пригласил его в дом.