Обожженный Солнцем

Глава 17

24 сентября 2018 года.

Прошло полгода с момента аварии. 

Эш почти восстановился и старался не вспоминать о днях, когда его единственным работающим органом были ресницы. Благодаря Линде, он попал в лучший реабилитационный центр Англии. В тот же, что и Лаура после аварии. Но, как ни странно, ни он, ни она об этом не догадывались, может поэтому и ни разу не пересеклись. Что явно было к лучшему. Кто знает, как бы Эш восстанавливался, держа его за руку Лаура, а не Линда.

Чуть позже он узнал, что за день до того, как он очнулся в больнице, Лаура и Джеймс проделали тот же путь, что и он, только они благополучно добрались до Ливерпуля. Узнал, как Лауре тяжело дался переезд. Как она скучала по родным и знакомым. Как развивались их с Джеймсом отношения. Какие у них соседи, какая музыка теперь ей нравится. Он стал подушкой безопасности для той, что когда-то отвернулась от него, предпочтя другого. А он не мог позволить себе сделать того же. Может, потому что все еще любил. Может…

Он до сих пор помнил на какой щеке у неё родинка, как она спит, перекинув ногу через подушку, как смеётся (а при диком хохоте иногда хрюкает), какая она забавная с утра как ребёнок, как она хмурит брови, когда расстраивается.

Ощущение, что все это было вчера.

Сколько времени должно пройти, чтобы он смог отпустить? Чтобы он смог спать спокойно? Чтобы не вскакивать каждый раз к телефону в надежде, что это звонит именно она? Что должно произойти, чтобы он выдохнул и пошёл своей дорогой? Он не знал ответа или знал, но был к нему не готов. 

Но страшнее другое: даже сейчас спустя почти год скажи она, что ей плохо, он бы все бросил. По первому зову прилетел бы, доехал бы, а если бы было нужно, пересёк океан. Добрался, добился, утешил бы. Но она молчала. И он терпел. И тоже молчал. Заменяя потребность в любви работой, сдавливая внутренний ураган. И та же Анна, свалившаяся ему на голову, своей пагубной любовью к Андреасу напомнила ему Лауру.

Про себя он ей рассказывал мало. "Работаю, рисую, иногда встречаюсь с друзьями." А когда она просила показать новые работы, он высылал фото старых. Потому что новых не было. Эш неоднократно пытался писать, но пока так и не смог вернуться к своей технике. 

Он упорно тренировался, доводя свои мышцы до работоспособного состояния. Линда помогала во всем: не давала упасть духом, когда казалось, что все тщетно, постоянно была на связи, никогда не отказывала в просьбах (а Эш просил о чем-то крайне редко) и возила его на занятия. Мистер Эванс для Эша приобрел старенький фургон, на котором они передвигались и в центр, и на работу. Да, на работу. Эш вышел в галерею через полтора месяца после аварии. Разговаривал он тогда уже неплохо, мог держать ручку и работать на компьютере двумя пальцами. Ходил, правда, с палочкой. Но это никому не мешало. Наоборот, все были такими милыми, что иногда было тошно. И хотя Эш стойко принимал внимание и почти без труда отвечал на него, все же быть в центре внимания из-за болезни, зная, что люди испытывают жалость, а не восхищение, сложно. 

Для дома Линда нашла помощницу, предполагая, что Эшу будет некомфортно, помогай ему она. Та готовила, убиралась и всегда была на подхвате. И через два месяца её услуги были больше не нужны. Прогресс был колоссальным. 

В середине сентября в одно солнечное утро заваривая себе чай, Линда включила телевизор. По первому каналу шли новости и, когда палец девушки завис над кнопкой 2, она увидела знакомые кадры. В сюжете говорилось о предстоящем благотворительном заезде в пользу больных раком молочной железы. Линда забыла про чай и бросилась к ноутбуку. Да, ошибки не было. Это был тот самый заезд, что два года назад разделил ее жизнь на до и после. События того дня вихрем закружили ее сознание. Сможет ли она еще раз пережить это?

Перечитав несколько раз требования и убедившись, что поняла их правильно, Линда трясущимися руками отправила заявку на участие и спешно опустила крышку ноутбука. Кусая ногти, она замерла, глядя в окно. Сомнения пожирали ее изнутри. Этот заезд значил намного больше, что простая гонка, он напоминал о предавшем ее человеке. И о том, что можно сколько угодно говорить, что все прошло, отболело и отпустило. Но садясь на мотоцикл, первым, кто приходил ей на ум, был именно Джоуи. Почему он так поступил? Почему не дал ей даже шанса? Не попробовал? Не поверил? Он мог. Он все мог. И не нужно оправдывать человека. Никогда. Он сделал все именно так, как хотел. И сказал то, что имел в виду. И как бы ни было больно, только благодаря его предательству она еще жива.

Монотонный голос ведущей сменился громкой музыкой, и, взглянув на часы, Линда поняла, что опаздывает. На ходу накинув куртку и взяв сумку с ключами со стола, она выбежала в коридор и вызвала лифт. Все в той же задумчивости спустилась на стоянку, пробежала пальцами по корпусу своего верного друга, вспоминая бывшего и представляя их возможную будущую жизнь, развернулась и вышла на улицу. Ну и пусть она сегодня опоздает. Пешком ходить полезно. Особенно, когда голова забита глупостями.

Спеша на работу, она придумала себе тысячу причин отказаться от заезда и столько же, что все-таки пойти на него. Но желание доказать что-то самой себе все же пересилило. Она достала блокнот и составила список дел, которые нужно успеть сделать до старта. 

- сервис и диагностика мотоцикла – пожалуй, самый важный пункт. Проверить каждый винт, каждый болт и крепление, чтобы точно знать, что в этот раз конь не подведёт. 

- пройти медосмотр (хотя она, итак, знала, что врачи будут её отговаривать).