Обраслечена поневоле, или Чешуйчатая подстава - 1

Не можешь отделаться от гада? Договаривайся!

Верховный демон? Эльф? Темный эльф? Исконная магия, только бы не вампир?! Верховные у них могут такие иллюзии накладывать, что поверишь во что угодно! Или огненный лорд?

Разумеется, гад таинственный промолчал. Гардиан свои тайны хранил пуще, чем девица легкого поведения список клиентов.

- Лучше спроси, как нам избавиться от этого! – он поднял руку и вслед за ней поднялась моя. Цепочка длиной от силы в две ладони не оставляла никакого личного пространства.

О, Исконная магия! А, если мне захочется в туалет?

Глянула на Гардиана и побледнела. А, если захочется ему?

- Не стану спрашивать, о чем ты думаешь, - усмехнулся он.

- Будто ты об этом не думаешь!

- Я думаю о том, как убедить Шаамни, что ты не станешь сбегать. Не удивительно, что она тебе не доверяет.

- А мне это доверие нужно? Пусть скатится с меня на все четыре стороны! Ну, Шаамни! Слезай! Ты мне не нужна! Брысь отсюда!

«Много ты знаешь, что тебе нужно, соплячка!»

- Да ты… да как… хамка!

- Запущенный случай, - тяжело выдохнул мой спутник и отвернулся.

Некоторое время я сверлила взглядом его красивое лицо, а потом бросила это занятие и посмотрела в окно, за которым открывались живописные виды: цветущие клумбы, яркие вывески, веселые лица разряженных дам. Изредка мимо проезжали богато украшенные кареты, запряженные четверкой лошадей, как напоминание о моей прежней жизни. Но чаще по улицам скользили ландо, запряженные одной хилой кобылкой. Такое средство передвижения могут позволить себе многие. Нет-нет, ездили пассажирские повозки на восемь или десять человек. Но чем ближе мы подбирались к центру, тем меньше их становилось. В первый квартал такие неудобоваримые и непривлекательные средства передвижения не пускают.

Я украдкой разглядывала волевой профиль своего спутника. Он был так спокоен и расслаблен, что я невольно позавидовала. Откинулся на спинку диванчика, закинул ногу на ногу. Облокотился о диванчик, ладонью подпирал подбородок, а вторая рука, та, что в наручнике-браслете, спокойно лежала рядом с моей. Время от времени от тряски наши пальцы соприкасались, и меня словно било магическим разрядом. Неожиданно приятное и странное ощущение. Мне хотелось накрыть его ладонь своей и…

Тряхнула головой, когда в очередной раз по телу пробежала странная бархатная волна. Это магия! Всего лишь непонятная магия.

А вот моему спутнику до этих вспышек не было никакого дела. Судя по его лицу, напрочь лишенному морщин, он не особо напрягается в жизни. Конечно, с чего бы, если даже Триада вежливо расступается в стороны перед господином Гардианом? Разорвись перед его носом магическая бомба, да хоть упади дракон, большее, что он сделает – нахмурится на секунду-другую, фыркнет, и вернет себе привычное отстраненное выражение.

Не выдержала, и со всей силы ущипнула его в бедро.

- Что ты делаешь? – раздраженно спросил он, приподняв бровь.

Один… два… три…

Угадала! Ровно через три секунды бровь опустилась на место, а раздражение сменилось спокойствием. Мне даже показалось, словно в полумраке кареты его зрачки из круглых на мгновение стали острыми, вертикальными, как тогда, у Лихарда, но быстро приняли прежнюю форму.

Вот это железобетонная выдержка! А, если пнуть его хорошенько? Хотя, пожалуй, не стану. Костяшки до сих пор болят.

- Куда мы направляемся? К твоей матери, я поняла, но куда географически? Седьмой, девятый, первый квартал?

- Мы поедем ко мне, - снисходительно ответил он, разглядывая девицу за окном с таким видом, словно смотрел на фонарь. Девица усиленно хлопала ресницами и махала веером, вероятно, пытаясь обаять моего спутника. Но проще обаять дерево, чем его.

- Мог бы ей улыбнуться, - буркнула из женской солидарности.

Поняв, что на ее заигрывания не отвечают, девица перевела взгляд в другую сторону. Наша карета как раз остановилась, пропуская экипаж с императорским гербом. Народ с восторгом глазел на богато украшенную карету, не догадываясь, что внутри, за плотными бархатными шторами, могут оказаться вовсе не члены правящей семьи, а, к примеру, императорский библиотекарь или мешки с мукой.

- Такой большой, а живешь с мамой? – спросила, когда императорская карета уехала, и мы продолжили путь. - Впрочем, я тебя понимаю. С современными ценами на недвижимость, далеко не каждый мужчина может себе позволить дом. Но снять квартиру ты явно мог. Судя по одежде, ты не сильно стеснен в средствах. Запонки, например, явно из…

- Ты можешь зат… помолчать?

Первоначально планировалось другое слово, но кое-кто у нас мастер выдержки и самоконтроля! Ничего. И не таких до белого каления доводили.

-  Из-за тебя моя жизнь летит дракону под хвост, и ты полагаешь, что я буду заботиться о твоем комфорте? Этого мало? – я звякнула наручниками и положила руку себе на колени. Давно хотела это сделать, но не решалась, ведь в довесок к ней идет рука Гардиана! Он попытался вернуть свою ладонь на прежнее место, но я так грозно зыркнула, что он уступил. Ладонь уже затекла лежать в неудобной позе. - Не дождешься!

- Забавно, что ты выбрала такое сравнение.

- Какое сравнение? – он промолчал. Ну, очешуеть. То есть, оволосеть, конечно же. – Неважно. Из-за тебя я не вышла на работу и, наверняка, потеряла место. Ты хотя бы примерно себе представляешь, как сложно в нашем квартале найти достойную работу?

- Ты называешь это достойной работой? – усмехнулся он.

Врежу! Даже сжала кулак и подняла, но передумала. Костяшки все еще ныли.

- Так привыкла решать проблемы? – одним взглядом мне поставили нокаут. Опустила кулак и выдохнула. Расстановка сил явно не в мою пользу.

- В нашем квартале право сильного. Не уверена, что помню, как можно по-другому, - произнесла сдавленным голосом, неожиданно предавшись меланхолии.

Я скучала. Вопреки всему, получив свободу от родительской опеки и вечной боли, я скучала по прежней жизни. По возможности быть слабой. Порой мне так хочется, чтобы кто-нибудь решил за меня проблемы, а мне не приходилось задирать юбки, чтобы убегать или махать кулаками, чтобы отстоять свое право находиться в квартале прокаженных. Раньше гневно щелкнешь веером, и все вокруг бледнеют, рты прикрывают, сливаются с обоями и утекают из комнаты – госпожа изволит гневаться. А сейчас надо этим веером по морде нахалу надавать, и то не факт, что поймет.