Обраслечена поневоле, или Чешуйчатая подстава - 1

Интриги, загадки, расследования, или Кто такая шайри?

Ариана Корделия Сэйри Илсе Мейендорф Т’аркан Аркхарган

Не знаю, от чего я оволосела больше. От слов бабули или от осознания места, в котором нахожусь: слева окружность, справа окружность, а я посередине, где плохо пахнет.

Оно называется задницей! Полной и неотвратимой.

- Шаамни, засвидетельствуй мое благословение. Ash’ha Shaamnee ryte hour!

Последняя фраза прозвучала сквозь нечеловеческий рык. Виски налились болью, запястья обожгло. Я почувствовала, что под пальцами Райры браслет снова ожил и скользнул по коже. Магия что-то там переиначила и, когда женщина убрала руки, на моем запястье по-прежнему красовался артефакт. Только теперь вместо пяти изящных веточек, в сложном плетении четко различалось семь. Огибая мою худую руку в причудливой вязи, ленты слагали над моей ладонью символ в виде сердца в объятиях кожистых крыльев. Красиво, но…

- Моя девочка… - прошептал браслет. – Спасибо, что приняла меня. Теперь мы едины, шайри.

- Гадина! – вскочила с лавки, пытаясь стряхнуть с себя браслет. – Это я не вам, - добавила поспешно. – Это я ей! Хотя, вы тоже не лучше! Что вы наделали? Мы позвали мать Рейнхарта, чтобы она сняла с меня эту подлую штуку, а теперь…  Что значит, «теперь мы едины, шайри?»

Лицо старушки просияло так, словно перед ней прямо из-под земли вырвался столп чистейшей Исконной магии.

- Шайри? Ты слышишь голос Шаамни?

- А вы разве нет?

- Увы, не удостоилась такой чести, хоть и носила браслет почти полвека.

- Вы носили эту гадину?

Райра усмехнулась и по-матерински погладила меня по голове. Хотела злиться на нее, но не получалось! Мама никогда не дарила мне даже скупой ласки. Не обнимала, не целовала, не говорила, что любит. Я замерла от новых ощущений, рассыпающих мурашки по телу.

- Ребенок, - улыбнулась старушка, погладив меня по щеке. – Недолюбленный ребенок. Поэтому такой колючий. Спрячь шипы, Эйри. Здесь нет врагов. Теперь – нет.

Последняя фраза была очень кстати.

- Так это вы меня хотели… ик, с лестницы?

- Теперь не хочу, - виновато улыбнулась женщина. – Ну, наконец-то. А я все думала, когда же ты появишься. Я изучаю Шаамни всю свою сознательную жизнь. Шайри значит…

Появление Рейнхарта я почувствовала позже, чем его бабушка, но именно почувствовала. Ни одна травинка не шелохнулась, ни одна веточка не хрустнула под его ботинком, а сердце уже ускорило бег. В руках ненаглядный нес… женское платье?

- Бабушка? – разочарованно протянул он. – А где мама?

- Хамло подзаборное! Так ты встречаешь любимую бабулю? – прорычала, вырывая из его лапищ наряд. Панталоны с озорными рюшечками натянула в первую очередь, стойко игнорируя смеющийся взгляд жениха. Издевается? Ну, ничего! И на нашей улице перевернется повозка с замороженными сладостями в жаркий полдень!

- Повторяешься, - отмахнулся он.

- Я тебе не энциклопедия, каждый раз выдумывать новые ругательства. Да и зачем, когда ты прямо квинтэссенция того, о чем я тебе говорю! – бурчала, забираясь в ворох пышных юбок и старательно пытаясь найти выход.

Бант на шее некстати развязался, и шелк занавески скользнул по телу, упав к моим ногам.

- Отвернись! – взвизгнула, почувствовав дыхание вечерней прохлады на спине. – Отвернись, иначе придется на мне жениться!

- Действенная угроза, - раздалось совсем близко и меня одним рывком одели.

- Какой ты все-таки… - я замялась, подбирая подходящее слово.

- Джентльмен? – с ухмылкой предположил Рейн, затягивая шнуровку на моей спине.

- Нет. Подобная глупость в мою голову не приходила!

- Конечно, куда же ей приходить, когда твоя прекрасная головка занята другими глупостями!

- Я тебя придушу! – прорычала беззлобно, сдувая с лица уже высохшую прядь волос.

- А дотянешься? – лукавое над ухом, последний рывок и проворные пальцы чешуйчатого завязали на моей талии бант.

Чешуйчатого!

- Др-ракон! Гардиан! Так он… - я развернулась и обличительно ткнула пальцем в грудь этого… этого… ай, все! – Так ты… так вы…

- Что, умница, слова кончились?

Я со всей силы наступила кедом на ступню Рейна. Тот и ухом не повел. Вскинул бровь и поинтересовался:

- Что-то не так?

- Я вот понять не могу, как у такой замечательной бабушки получился такой несносный внук! Может, тебя усыновили?

Замечательная бабушка, наконец, подала признаки жизни и рассмеялась.

- Нет, дорогая. Совершенно точно не усыновили. Перед тобой самый что ни на есть настоящий наследник…

- Бабушка, - осек Рейнхарт. – Я просил приехать маму, а не тебя.

Пихнула хама локтем под ребра и сделала страшные глаза.

- Ты само очарование! – прошипела, намекая, что кое-кто мистер очарование и сама галантность.

- Не переживай, Эйри. Такое общение в порядке вещей для моего внука. Ты быстро привыкнешь.

Вот еще! Неудивительно, что от него две невесты сбежали. Я не настоящая, но уже давно готова дать деру, что тогда говорить о настоящих, которым и вовсе приходилось подстраиваться под многочисленные чешуйчатые требования, чтоб его дракошество изволило не сердиться?

- Именно потому, что ты просил приехать маму, приехала я. Она… эм… занята.

Дракон окинул бабушку скептическим взглядом и выдал неожиданное:

- Ты босиком.

- А ты плохо заботишься о шайри.

Рейнхарт едва не поперхнулся от заявления, резко схватил меня за руку и уставился на Шаамни как на трехглавую гадюку. Шайри – это какое-то заковыристое драконье ругательство? Что все приходят от него в такой непонятный восторг?

- Нет, - тихо произнес он через несколько минут.

- Ты отправился в Асторию на поиски Шаамни, а через несколько дней прислал нам весточку с требованием незамедлительно явиться для проведения родового ритуала. Сложить одно к одному не составило труда, - с коварной улыбкой разложила бабуля. - Мартолета, в силу недальновидности и скудоумия, конечно же, разделила бы вас, но только не я. Мои исследования перводраконов привели к любопытным результатам, а твоя мать отмахивается от них! Рейн, твоя девочка не просто атолин. Она – шайри! Они пришли в наш мир, и это не легенды!