Обратное сознание

Часть третья Стена

Андроид выделила Ибрагиму небольшую, вернее будет сказать микроскопическую комнатку, где помещалась только кровать, на которую с порога и приходилось забираться, оставляя обувь под ней, и только после этого можно было беспрепятственно закрыть дверь.

В первый день незадачливый путник был загружен работой до такой степени, что даже не помнил, как оказался в кровати, а с рассветом был беспощадно разбужен громким хлопком в дверь и ощутимым пинком в кровать. Андроид по имени Анабель не знала пощады, сочувствия и даже банального понимания того, что человеку необходим отдых в отличие от робота, по крайней мере так это выглядело. Всякий раз, когда Ибрагим напоминал ей о том, что был биологически живым существом, она закатывала похожий на человеческий глаз и тот, что заменяла камера. А потом недовольно бурчала, что-то о том, как бесполезны люди и зачем она вообще взяла этот биомусор на работу, ведь от него толку как от ламантинов. Затем останавливалась, смотрела на человеческого работника, задумчиво почёсывая подбородок и говорила, что от ламантинов всё-таки проку больше, и уходила, так и не дав добро хотя бы на минимальную передышку.

В прочем Ибрагиму не приходилось жаловаться, Анабель не знала жадности относительно пищи и каждый вечер кормила человека, словно на убой. Да так, что парень после с трудом перебирал ногами. Путник списывал это на то, что в работниках у андроида он был единственным человеком.

Но вот со сном у юноши было не всё хорошо. После первой недели работы на беспощадного андроида, когда он более или менее привык к нагрузкам, его сон вновь стал нестабильным, обрывистым, с неоднократными пробуждениями посреди ночи и тяжкими часами лежания в холодной кровати. Здесь ему всё же было впору благодарить за доставшуюся ему комнатку, потому как такое маленькое помещение было куда реальнее нагреть дыханием и к утру в нём становилось даже тепло.

Вот и сейчас Ибрагим сидел без сна, в лучах полной луны, скупо одаривающей его комнату сквозь маленькое окошко под потолком.

Юноша сидел на кровати, закутавшись в куртку и в кусок ткани, которую здесь почему-то называли одеялом. Спальник он решил не доставать, предпочитая прикинуться совершенно бедным и беспомощным, чтобы не навлечь на себя лишних неприятностей.

В руках у него светился навигатор, безустанно искавший нужную дверь. Но, как и в прочие попытки, безуспешно. Всё та же надпись появлялась вслед за крутящимся кольцом загрузки. И картина не менялась, сколько бы он не перезагружал его.

Блуждающий сон настиг юношу внезапно. Усталость последних дней лишила сознание возможности раскрашивать его сновидения какими-либо другими образами, кроме грязных пропитанных маслом и топливом помещен трактира, которое, к слову, носило нелепое и бессмысленное название «Таб-руду-плы».

– Тарабарщина какая-то, – тихо ворчал Ибрагим каждый раз, когда видел эту несуразную надпись.

– Ты так думаешь? – донёсся голос андроида за его спиной, когда парень в очередной раз задумчиво уставился на название трактира, но не в силах разгадать её тайный смысл, пришёл к вполне очевидному, на его взгляд, выводу.

Но стоило ему только услышать голос Анабель, как все мышцы в его теле напряглись, и он поспешил взять поставленные до того вёдра со смесью переработанного масла и солярки, и направился к дверям трактира.

– Сколько повторять, чтобы ты не ходил через игровой зал, – следуя за ним, произнесла Анабель.

– Я аккуратно, – ответил ей Ибрагим.

И действительно, в шумном заведении с кучей людей, разгорячённых азартом, выпивкой и не только, которые то и дело норовили упасть перед его ногами, швырнуть в него своего собеседника или и того хуже попытаться швырнуть самого юношу. Но как ни странно Ибрагим был достаточно ловок, быстр и умел, чтобы увернуться от всех и каждого, при этом не разлив и капли зловонной жижи.

Когда он оказался у барной стойки, где находилась дверь в подсобные помещения, Ибрагим уже собирался извернуться и ногой подцепить закрытую дверь, но его опередила Анабель.

Андроид открыла перед работником дверь и предложила ему войти первым.

– Через зал короче, – пояснил парень не оборачиваясь. – Тогда я смогу сделать работу быстрее и останется время на отдых.

– Какие же вы люди хитрозадые, – рассмеялась Анабель.

И несмотря на время, проведённое в её компании, каждый раз, когда андроид смеялась, Ибрагиму хотелось бежать далеко, не оглядываясь, закрыв руками уши.

– Так ты думаешь, что название трактира тарабарщина? – повторила свой вопрос Анабель.

– По крайней мере я не понимаю его смысл, – пожал плечами юноша, переворачивая первое ведро с мерзкой зловонной жижей в бак для переработки отходов, а за ним и второе.

– Ну, так это же разные вещи, – криво усмехнулась андроид и её искусственная кожа у глаза-камеры сморщилась, напоминая рваную обескровленную рану.

Ибрагим понимал, что для андроида это пустяк, но всякий раз, когда он видел эту рану, ему ужасно хотелось узнать откуда она и как появилась. Но всё же любопытства было не настолько сильно, чтобы спрашивать об этом.

Анабель была довольно тяжёлым и большим андроидом и скорее всего её создавали не для такой работы, как содержание трактира у чёрта на куличках в Оазисе, не отмеченном на карте. Ибрагим склонялся к версии о том, что Анабель когда-то была военным андроидом. Возможно даже дезертировала. О подобном как-то писали в новостях. Кто знает? Быть может она одна из таких.