Обратное сознание

Часть девятая. Пособие подчинителя.

– Господин Хаттори! – в кабинет директора исследовательского центра ворвался сотрудник лаборатории. Его лицо было искажено ужасом, лоб рассечён и кровь стекала по щекам к подбородку и впитывалась в белый халат.

Начальник вскочил на ноги будто в кресле внезапно выстрелила пружина. Сидевшая напротив него в кресле Кристина, обернулась и едва не выронила из рук планшет с записями.

– Что случилось? – холодно спросил директор.

– Эксперимент Эванса… – дрожащим, плохо слушающимся голосом, ответил сотрудник. – Что-то пошло не так. Мы не можем понять что. Но лаборатория уничтожена.

– Что с Эвансом? – машинально спросила девушка. Её начала бить мелкая дрожь.

– Не знаем. Он отправился внутрь, чтобы оценить масштаб урона.

Тонкие черты Хаттори даже не дрогнули. Лицо директора напоминало маску, высеченную в камне, такое же холодное и неживое.

Не произнося больше ни слова, он вышел из-за стола и направился в лабораторию.

Некоторое время Кристина смотрела ему вслед, пока он с сотрудником лаборатории не скрылся за дверью, после чего сорвалась с места и побежала следом.

Узкая юбка мешала идти, но всё же ей удалось нагнать их у лифтов.

– Почему он не отправил туда андроидов? – спросила она встревоженно у лаборанта.

– Не знаю, – отирая кровь со лба рукавом, но кровь продолжала течь. – Он сказал что-то о нестабильности из-за семи процентов погрешности.

– Это чушь, – сухо проговорил Хаттори и вошёл в лифт. – Допустимая погрешность вычислений тринадцать процентов, для минимальных прыжков в пространственно-временной ветви. Аномалия позволяет такие допущения.

– Господин Хаттори, но ускоритель взорвался. Там пол этажа нет, – пытаясь унять панику и дрожь во всём теле, возразил лаборант.

– Он вносил изменения в исходные расчёты, одобренные консенсусом?

Кристина закусила губу и страх заполнил её сознание до краёв.

– Я не знаю, – между тем ответил лаборант. – Он отдал несколько приказов андроидам о коррективах местоположения семнадцатой параллели. Но такого результата не должно было последовать.

– Вам что-то известно об этом, Витчерс? – спросил Хаттори, скосив взгляд на девушку.

– Я знаю только то, что доктор Эванс планировал эксперимент с чёрной дырой. Но не более.

– С чёрной ли, – холодно проговорил директор и, поправив очки, вышел из открывшегося лифта.

На этаже лаборатории в коридоре витала лёгкая дымка и запах жжёного пластика.

Когда они прошли длинный коридор, по пути встречая спешивших лаборантов, как людей, так и андроидов и дронов, они остановились у распахнутой двери. Створки были покорёжены, и задымление здесь было куда сильнее. Но всё же заглянув внутрь их взорам предстала полностью раскуроченная лаборатория. От огромного ускорителя частиц не осталось и следа, только груда покорёженного металла и расплавленного пластика. А в центре пронзительно зияла чёрная точка, втягивавшая в себя всё, что хоть краем попадало в её зону досягаемости.

Эванса нигде не было видно. В лаборатории оставались только два андроида в железном корпусе, которых обычно называли жестянки.

Не страшась угодить в чёрную дыру, Хаттори переступил порог. Лаборант последовал за ним, держась только на полшага позади. Кристина же даже не пошевелилась. Она вцепилась пальцами в дверной косяк. Пол уходил у неё из-под ног.

– Где доктор Эванс? – жёстко спросил у одного из андроидов Хаттори.

– Доктор Эванс вступил в контакт с вышедшим из-под контроля объектом, – искусственным голосом ответила одна из жестянок.

– Что значит вступил в контакт? – нахмурился Хаттори.

– Его засосало в чёрную дыру, – не живым голосом пояснил лаборант.

Позади Кристина, ослабев, охнула и тихо опустилась на пол.

Вдруг чёрная дыра будто замерла, остановив свой рост. А потом в одно мгновение схлопнулась, породив такую мощную взрывную волну, что троих людей и двух андроидов отшвырнуло к стене. Один из андроидов, чьи повреждения были значительнее чем у его сородича, разлетелся на составляющие. Лаборанту так же не повезло, он налетел спиной на торчавший из стены железный штырь, который прежде был крепежом для лабораторного инвентаря. Кристину же вышвырнуло в коридор, так что в глазах потемнело. Только у Хаттори хватило ловкости и скорости, чтобы смягчить удар и последующее за ним падение.

Затем наступила такая пронзительная тишина, которой не было прежде в этом мире.

***

Когда всё более или менее улеглось и разрушенную лабораторию начали разбирать, на месте чёрной дыры, на полу нашли не тронутый и совершенно новый чип, без опознавательных знаков.

Содержимое заставило всех причастных содрогнуться или хотя бы почувствовать озноб, пробежавший по спине. Даже хладнокровный Хаттори вытер пот со лба, когда запись закончилась.

На чипе содержалось видео послание Эванса. Его было невозможно узнать, смазанная разбивающаяся на кубики картинка, то и дело перебивающаяся помехами. Чётко был слышен только его голос.