Обратный отсчет до тебя

Глава 2. Знамение

Я проснулась от адской боли в шее. Голова лежала на холодной поверхности стола, в щеке затекла мышца. «Уснула в его кабинете. Боже...» — мелькнула первая мысль.

Медленно приподнялась, моргая, пытаясь прогнать остатки тяжёлого сна. Во рту было сухо и горько. Потянулась к часам. Стрелки показывали... семь утра?

Семь?

Я замерла. Это было невозможно. Я же уснула глубокой ночью, почти под утро. Помню, как смотрела на часы в пустой гостиной — было почти два. А сейчас... семь. Утра.

Резко встала, и мир поплыл. Опираясь на стол, подошла к окну. За стеклом был не ночной город, а хмурое зимнее утро. Москва только просыпалась, снег на крышах казался грязноватым в этом свете. Не ночь. Утро.

Что-то было не так. Что-то фундаментально не так.

Вышла из кабинета, взгляд упал на приоткрытую дверь нашей спальни. На кровати, подмяв под себя одеяло, спал Марк. Его спина была мне знакома до последней родинки. Он был здесь. Дома. В нашей постели.

Сердце сделало в груди что-то странное — не то замерло, не то болезненно ёкнуло. Он пришёл? Ночью? Почему не разбудил? И... как он вообще оказался дома, если...

Мысли путались, отказывались выстраиваться в логическую цепочку. Пошла на кухню. Нужен был кофе. Крепкий.

На кухне царил привычный утренний хаос. Ранец Ярика валялся на стуле, на столе лежала раскрытая тетрадь по математике, пахло подгоревшим тостом. Всё как всегда. И в то же время — ничего не было как всегда.

— Мам, ты где? Мне завтрак! — донёсся из комнаты голос Ярика.

Я машинально включила кофемашину. Руки сами выполняли привычные действия, а мозг лихорадочно пытался осмыслить происходящее. Может, я всё выдумала? Может, этот вечер, ужин, запись в планнере — всё был страшным сном?

— Доброе утро, — раздался за моей спиной голос.

Я вздрогнула, едва не уронив кружку. Марк стоял в дверях, уже одетый в свой идеальный костюм. Галстук подобран с безупречной точностью. Смотрел на меня обычным, слегка отстранённым взглядом.

— Д-доброе, — выдавила я.

— Ты в порядке? Выглядишь бледной, — заметил он, подходя к кофемашине. Он не поцеловал меня, не обнял.

«Нет, я не в порядке! Я сошла с ума!» — закричало внутри.

— Ничего. Просто... плохо спала, — соврала я.

— А, — кивнул он, наливая себе кофе. Его внимание уже уплывало к предстоящим встречам. — Кстати, сегодня, наверное, задержусь. Ужин с Вероникой, обсуждаем новый контракт.

Удар был настолько физическим, что перехватило дыхание. Мир снова закачался.

— С... Вероникой? — еле выговорила я.

— Ну да, — он отхлебнул кофе, не глядя на меня. — Я же вчера говорил. Ресторан «Москва». Важно.

Вчера? Он вчера говорил? Но вчера был обычный вечер. Мы ужинали, он был молчалив. Ни о каком ужине с Вероникой речи не шло. Я бы запомнила.

Ярик влетел на кухню. Марк потрепал его по волосам.

— Не опозорь меня на контрольной, командир.

— Постараюсь, пап!

Я стояла, прислонившись к столешнице, и чувствовала, как реальность раскалывается на две параллельные версии. В одной — я вчера провела вечер в одиночестве, зная об измене. В другой — я ничего не знала.

Медленно повела взглядом по кухне. Глаза наткнулись на настенный календарь.

Сегодняшнее число было обведено. Но не красным. А зелёным. И рядом с датой было написано моим почерком: «11 лет».

Не двенадцать.

Одиннадцать.

Я отшатнулась. Подошла ближе, не веря своим глазам. Да. Чёрным по белому. Не годовщина свадьбы. А канун годовщины. День ДО.

— Что с тобой? — Марк нахмурился.

— Ничего, — прошептала я, отворачиваясь. — Голова кружится.

Он пожал плечами, допил кофе.

— Мне пора. Не жди к ужину.

Он ушёл. Дверь закрылась с тихим щелчком.

Ярик доел завтрак и побежал чистить зубы. Я осталась одна. Одна в этом внезапно сошедшем с ума мире.

Подошла к окну, увидела, как его чёрный внедорожник исчезает в утреннем потоке. Всё было как всегда. И всё было не так.

Я разжала пальцы. В ладони лежал тот самый камень-«куриный бог». Я сжимала его так сильно, что на коже отпечатался его рельеф.

«Верни всё как было».

Мой собственный шёпот прозвучал у меня в голове.

И он вернул. Но не туда. Он вернул меня на год назад. В день, когда мой брак ещё не был мёртв. Он лишь был смертельно болен. И я была, возможно, единственной, кто об этом знал.

Я была в прошлом. Ровно за двадцать четыре часа до того, как Марк приведёт Веронику в наш дом и объявит, что уходит.

У меня был всего один день. Один день, чтобы всё изменить.