Обратный отсчет до тебя

Глава 17. Незваный гость

Тишину субботнего утра нарушил настойчивый звонок домофона. Ярик, уже одетый для прогулки с отцом, радостно подбежал к панели.

— Папа приехал!

Но на экране я увидела не Марка. Высокий мужчина в тёмных очках и кепке, отвернувшись от камеры, что-то говорил водителю такси. Сердце ёкнуло. Незнакомец. Возможно, журналист. Или кто похуже.

— Никому не открывай, — строго сказала я Ярику и сама нажала кнопку. — Кто у микрофона?

— Алина Сергеевна? С вами хочет поговорить Николай Игнатьев. По поручению Александра Шустова.

Лёд пробежал по спине. Что ему нужно? И почему здесь, у моего дома, в субботу?

— У нас нет назначенных встреч, — холодно парировала я. — Все вопросы через моего адвоката.

— Вопрос не терпит отлагательств. Касается новых обстоятельств. Лично вас. — Его голос был ровным, без эмоций. — У меня есть информация, которая может вас заинтересовать. О вашем... новом партнёре.

«Новый партнёр». Артём. Внутри всё сжалось.

— Жду пять минут, — резко сказала я и отключила домофон.

— Мам, кто это? — настороженно спросил Ярик.

— Деловой вопрос, солнышко. Иди, собери рюкзак, папа скоро будет.

Пока сын был в комнате, я позвонила Марине, набрав номер срочной связи.

— Ко мне едет посыльный от Шустова. Называет имя Николай Игнатьев. Говорит, есть информация об Артёме.

— Игнатьев? — Марина задумалась на секунду. — Это не юрист. Это... решатель ихней фирмы. Разведчик. Ничего не подписывай, не соглашайся, не впускай одного. Я выезжаю.

Она положила трубку. У меня оставалось десять минут, чтобы приготовиться к бою.

Игнатьев оказался моложавым мужчиной с пустым, невыразительным лицом, идеально подходящим для того, чтобы теряться в толпе. Он вошел, вежливо кивнул, окинул взглядом прихожую.

— Простите за вторжение, Алина Сергеевна. Не стал бы беспокоить, не будь дело срочным.

— Говорите кратко, у меня мало времени.

Он достал из портфеля тонкую папку.

— Мой принципал поручил проявить инициативу. После вашего... последнего хода. Мы провели свой небольшой анализ. И обнаружили кое-что интересное в биографии г-на Артёма Валерьевича.

Он положил на консоль несколько фотографий. Артём в своей мастерской. Рядом с ним — мужчина в дорогом, но безвкусном пальто, с вызывающей ухмылкой.

— Знакомое лицо? — вежливо поинтересовался Игнатьев. — Сергей «Сивый». Не самый приятный субъект. Занимается сбытом контрафактных алкогольных партий. Ваш друг, судя по всему, предоставляет ему помещение для хранения товара. На не совсем законных основаниях.

Я смотрела на фотографии, чувствуя, как пол уходит из-под ног. Артём? Хранить контрафакт? Это было невозможно. Не его уровень, не его принципы.

— Это что? Грязные намёки? — я сделала шаг к нему, и голос зазвенел. — Вы думаете, меня можно запугать какими-то поддельными фотографиями?

— Фотографии самые что ни на есть подлинные, — он улыбнулся бледной, безжизненной улыбкой. — Как и свидетельские показания, которые мы готовы предоставить. Представьте, каков будет удар по репутации вашей галереи, если станет известно, что вы тесно сотрудничаете с человеком, связанным с криминальными элементами. Ваш грант... ваши инвесторы...

В этот момент в дверь позвонили. Ярик выбежал из комнаты.

— Папа!

Марк стоял на пороге. Его взгляд скользнул по мне, по Игнатьеву, по фотографиям на консоли. На его лице промелькнуло что-то — удивление? Раздражение?

— Я, кажется, не вовремя, — сухо сказал он.

— Вовремя, как никогда, — я не отводила взгляда от Игнатьева. — Ваш... сотрудник как раз объясняет мне новые правила игры. Угрожает моим друзьям.

Марк нахмурился, внимательнее посмотрев на гостя.

— Игнатьев? Что вы здесь делаете? Кто вам дал поручение?

Тот сохранял олимпийское спокойствие.

— Г-жа Вероника сочла необходимым проявить инициативу после последних событий. Я как раз докладываю Алине Сергеевне о некоторых рисках её нового окружения.

Я видела, как скулы Марка напряглись. Он не знал. Вероника действовала без его ведома.

— Выйдите, — тихо, но чётко сказал он Игнатьеву. — И передайте Веронике, что все инициативы теперь согласовываются лично со мной.

Игнатьев кивнул, без возражений собрал фотографии в папку.

— Как скажете. Алина Сергеевна, подумайте над сказанным. У вас есть время до понедельника.

Он ушёл. В прихожей повисла тягостная пауза. Ярик смотрел на нас обоих испуганными глазами.

— Я... я пойду, рюкзак проверю, — пробормотал он и убежал в комнату.

Марк закрыл дверь и повернулся ко мне.

— Алина, я...
— Молчи, — прошипела я, подступая к нему вплотную. Дрожь ярости наконец вырвалась наружу. — Ты видишь это? Ты видишь, до чего дошло? Твоя... партнёрша шлёт ко мне в дом каких-то киллеров, чтобы угрожать моим друзьям! Ты понимаешь, что это за человек рядом с тобой?

— Я не знал об этом, — его голос звучал сдавленно. — Я не отдавал таких приказов.

— Но ты создал систему, в которой это возможно! — я ткнула пальцем ему в грудь. — Ты позволил ей думать, что можно всё! Что можно уничтожить галерею, в которую я вложила душу! Что можно шантажировать и угрожать! Тебе мало того, что ты разрушил нашу семью? Тебе нужно разрушить и всё остальное, что у меня есть?

Он стоял, опустив голову, и впервые за долгое время я увидела на его лице не злость, не расчёт, а стыд. Глубокий, всепоглощающий стыд.

— Я поговорю с Вероникой. Это больше не повторится.

— Обещаешь? — я горько рассмеялась. — Ты уже ничего не можешь обещать, Марк. Ты потерял над всем контроль. В том числе и над ней.

В этот момент подъехала Марина. Увидев Марка, она замедлила шаг.

— Я опоздала на праздник?

— Праздник окончен, — я отступила назад, проводя рукой по лицу. Внезапно я почувствовала себя смертельно усталой. — Твой сын ждёт тебя в комнате. У вас запланирована прогулка.

Марк посмотрел на меня, потом на Марину, молча кивнул и пошёл за Яриком.

Когда дверь за ними закрылась, я прислонилась к стене и закрыла глаза.