Обреченная

Глава 12. Знакомство с мамой

Ребята ждали их возле той же знакомой колонны.

   – Володя, ну, познакомь меня со своей мамой, ты же обещал, – ласково обвившись вокруг Владимира, заныла Ленка.

   – Да вон она идет! Ее зовут Лидия Анатольевна, – сказал Володя, обернувшись направо.

   К ним направлялась ухоженная, с высокой прической женщина, статью, красотой и даже прической напоминающая французскую актрису Бриджит Бардо. Марина никогда раньше не видела таких стильных и ухоженных женщин. Пожалуй, рядом с такой красавицей модницы-педагоги из училища казались бы невзрачными серыми мышками.

   – Ну, как вы тут развлекаетесь, мальчики? – спросила она, подойдя к молодым людям.

   – Мама, познакомься – это наши новые знакомые, девушки Лена и Марина, – представил их Володя.

   – Очень приятно, – строгим деловым голосом сказала мама.

   Марине показалось, что не так уж ей и приятно.

   Володя обнимал Лену за плечи, всем своим видом показывая, как он горд своей избранницей.

   – А где вы учитесь, девочки? – последовал следующий вопрос, обращенный уже к Марине с Леной.

   – Мы оканчиваем училище в этом году, – скромно ответила Марина.

   – ПТУ?! – удивленно, с ноткой сарказма в голосе, спросила мама Володи.

   Марине показалось, что музыка в зале смолкла, и все присутствующие обернулись в их сторону и посмотрели на девушек с ужасом и презрением.

   Ленка толкнула Марину в бок, и быстро затараторила:

   – У меня большие планы, – сказала она, – я собираюсь поступать в кинематографический институт. Все говорят, что у меня талант, а внешностью я очень похожа на Мэрилин Монро. Я даже конкурс красоты выиграла! Маринка, конечно, до канонов красоты не дотягивает, она окончит училище, и будет работать.

   Володина мама внимательно на нее посмотрела, и, ласково погладив сына по щеке, сказала:

   – Ну, вы тут развлекайтесь, мальчики и девочки, а я пойду, не буду вам мешать.

   Вечером в общежитии только и было разговоров, что о Володиной маме. Ленка была уверена, что она понравилась будущей свекрови, и предвкушала встречу с обоими родителями на следующей неделе.

   – Вот я тебе говорила, дурочка, – выговаривала она Марине, – будешь сидеть в обнимку с книжкой – останешься в старых девах! Всегда нужно брать судьбу в свои руки, и воевать за свое счастье.

   Марина молчала.

   – Володя так влюблен в меня, – мечтательно закатив глаза, призналась Лена. – Он даже пригласил меня к себе домой, чтобы познакомить со своими родителями! Он сказал, что я – первая девушка в его жизни, к которой у него серьезные чувства. А в их семье все влюбляются с первого взгляда и на всю жизнь!

   – Это серьезный шаг – знакомство с родителями, – согласилась Марина. – Давай сошьем тебе новое платье, чтобы ты была на высоте. И туфли можно у Зои попросить, негоже в гости к такой женщине приходить в стоптанных туфлях.

   В субботу Марина осталась одна, отказавшись от встречи с Маратом и сославшись на подготовку к последнему экзамену, а Ленка поехала с Володей к нему домой. Жил он с родителями в самом центре, недалеко от Невского проспекта.

   В их подъезде дежурила консьержка, Володя приветливо с ней поздоровался.

   – Прямо, как у нас – вахтерша, – сказала Лена.

   – Ну, а как же иначе? – удивился Володя, – по-твоему, генералы, отслужив всю жизнь на благо Родины, должны жить в коммунальной квартире? Нет, у нас четырехкомнатная, все, как положено. И консьерж, и сигнализация, и тревожная кнопка даже есть.

   Войдя в квартиру, Лена ахнула. Все, как она мечтала. Ей вдруг показалось, что судьба сама идет к ней в руки, а мечты воплощаются в действительность.

   – Проходите, пожалуйста, молодые люди, – радушно встретил их у порога папа, который даже без формы выглядел как генерал – подтянутый, широкоплечий и высокий. На нем был серый костюм с галстуком в тон.

   – Павел Михайлович, – представился папа, – а Вы, должно быть, Лена?

   Лена немного смущалась, но Володя взял ее за руку, и потащил в комнату.

   Обстановка внушала уважение. Гостиная была выдержана в строгих темно-красных тонах. Массивный угловой диван и кожаные кресла казались крошечными, потерявшись в пространстве огромной комнаты. В импортной мебельной стенке красовались сервиз «Мадонна» и вазы из богемского стекла. Великолепная хрустальная люстра на потолке освещала мягким рассеянным желтым светом развешанные на стенах картины. В картинах Лена не разбиралась – старинные, и старинные. Тетки какие-то изображены грудастые, младенцы кучерявые, ничего интересного.

   Стол был накрыт празднично, белая накрахмаленная скатерть в кружевных оборочках подчеркивала торжественность обстановки, а обслуживала их домработница.

   – Ничего себе! – не сдержала возгласа восторга Лена, – я и не знала, что люди могут так жить!

   Стол был красиво сервирован, а все блюда казались Лене изысканными и непонятными. Она второй раз в жизни видела сервелат и салями – первый раз еще тогда, в лагере, когда они с Мариной, сидя в уголочке, глотали слюни.

   Сначала подавали холодные и горячие закуски – это было еще, куда ни шло. Неловкая ситуация возникла позже – когда на большом блюде принесли запеченного поросенка, нагло выпятившего свою морду с пятачком.

   – Как к нему подступиться-то? – подумала Лена.

   – Надеюсь, Лена, что Вы не еврейка, – как будто бы прочитал ее мысли Володин папа, и чуть-чуть поближе к ней придвинул хрюшку.

   – Угощайтесь, пожалуйста, молочный поросенок!

   – Спасибо, – сказала Лена и подвинула поближе к себе блюдо с салатом.

   Не рискуя пробовать и резать на куски поросятину, она трескала бутерброды с черной и красной икрой.

   Мама Володи смотрела на нее не то с жалостью, не то с недоумением – Лена совершенно не умела пользоваться ни ножом, ни вилкой.

   – Надо было уроки этикета брать, прежде чем в гости идти, – подумала Лена про себя. – Так ведь не предупредил же никто.