Обреченная

Глава 37. Рождество

Марина бесконечно удивлялась изменениям, произошедшим в супруге, в отношениях с ней он стал просто воплощением нежности и доброты. Конечно, когда они только встречались, она и полюбила его за внимание к ней и к ее чувствам. Но ведь с той поры столько лет прошло!

   А на Рождество муж завел бесконечно удививший ее разговор. Вечером, накануне светлого праздника, когда дети разошлись по своим комнатам, Володя, немного волнуясь, сказал:

   – Знаешь, Марина, я тут подумал… – он замялся, на него это было совсем не похоже.

   – Володя, да что это с тобой? – засмеялась Марина. – Продолжай!

   – Может быть, мы съездим в церковь, поговорим со священником?

   – Зачем? – удивилась Марина.

   – Я тут подумал, может быть, нам обвенчаться? Как ты на это смотришь? Чтобы вместе на всю жизнь, и в горе, и в радости?

   Марина удивилась еще больше. Да что ж такое с ее супругом – то креститься, то венчаться, то имена детям по церковным книгам выбирать.

   Муж продолжил:

   – Ты же знаешь, что все, что я делаю в этой жизни, я делаю только ради тебя. Ради тебя и наших детей.

   – Да, я знаю, – подтвердила Марина. – На этот счет никаких сомнений у меня нет.

   Если вначале в жизни только образовавшейся семьи были трудности и сложности, они вдвоем их успешно преодолели. Сейчас же все изменилось, и их семью без преувеличения можно назвать крепкой и счастливой.

   – Мы же собираемся прожить вместе всю жизнь. И я думаю, что, если мы обвенчаемся и получим благословение церкви, наша семья станет еще крепче, и еще счастливее.

   – Я не знаю, но, если ты этого хочешь, давай съездим, спросим, – согласилась Марина.

   Самым лучшим днем для проведения обряда венчания считалось воскресенье. Дождавшись следующего после Рождества воскресенья, Володя с Мариной утром оставили детей на попечение Вали, оделись как можно скромнее, взяли с собой подготовленные заранее золотые кольца и атрибуты для венчания, и поехали в одну из церквей на окраине Питера.

   Марина была наслышана о служившем там отце Серафиме. К нему за благословением приезжали паломники со всего города и окрестностей, и даже из соседних областей.

   Церковь с золотыми куполами внушила им благоговейный трепет. Марина читала правила перед обрядом, которые гласили, что в стенах храма, выбранного для венчания, их должно посетить особое чувство легкости. А им и выбирать ничего не надо – здесь они оба почувствовали умиротворение и одухотворенность.

   Марина подошла к иконе Святого Николая. Почему-то из всех святых именно Святой Николай казался ей наиболее дружелюбным. Женщина в платочке поджигала свечу возле иконы. Марина спросила, где можно найти отца Серафима.

   – А он сегодня приболел, не выходит из своей кельи, – ответила женщина.

   – Что же нам делать? Мы специально к нему приехали, думали попросить разрешения на венчание, – расстроившись, упавшим голосом, спросила Марина.

   – Подождите минуточку, – сказала добрая женщина, – я узнаю.

   Она вернулась через двадцать минут, и попросила их следовать за ней.

   Отец Серафим вышел к ним из своей кельи. Он как будто бы сошел с иконы святого Серафима, с точно такой же палкой, седой головой и длинной бородой. Посмотрев на Владимира с Мариной, он почему-то сразу спросил:

   – Венчанные?

   – Нет, – ответил муж, – мы как раз и приехали попросить благословения на венчание.

   – А как же вы двоих детей родили? В грехе, выходит?

   – Откуда Вы знаете, святой отец? – спросила Марина, удивившись и проникаясь глубоким доверием к старцу.

   – Я много чего знаю. Так вы венчаться хотите, или нет?

   Марина посмотрела на мужа, и почему-то неожиданно для самой себя вдруг сказала, обращаясь к отцу Серафиму:

   – Простите, святой отец, но я чувствую, что не готова к венчанию. Извините нас за беспокойство, мы лучше в другой раз приедем. Выздоравливайте, пожалуйста!

   – Храни вас Бог! – сказал старец, и перекрестил их три раза.

   Муж недовольно посмотрел на нее, а, когда они вышли за ограду церковной обители, спросил:

   – Ты чего? Что-то я не пойму твоих выкрутасов. Мы с тобой столько всего пережили вместе, ты что, не хочешь венчаться?

   – Хочу, – сказала Марина, – но пока не готова. Давай немножко подождем? Я очень хочу, честно-пречестно!

   Муж даже не пытался скрыть, насколько он обижен и разочарован.

   – Может, ты с кем-нибудь другим хочешь венчаться? – пробурчал он, подъезжая к дому, и, выходя, громко хлопнул дверцей машины.

   И почему вдруг для него это стало так важно? Пытается привязать ее покрепче, чтобы уж точно никуда не делась? Марине тут же стало стыдно за свои мысли – ведь в людях нужно видеть только хорошее. Последние годы муж был идеальным и образцовым супругом, почему же она все еще сомневается?