Обреченная

Глава 39. Предчувствие

Когда младшему исполнилось пять лет, а Мише девять, Марине стало гораздо легче дышать. Дети росли и развивались, не причиняя никаких хлопот. Она готова была возиться с ними целыми днями, ведь быть мамой – это такое увлекательное занятие!

   Учиться первым словам вместе с детьми, играть в детские игры, ходить вместе с детьми в садик и в школу, дружить с теми, с кем дружат дети – мамы проходят весь путь от рождения до взросления, и это самое лучшее, что есть в жизни.

   Миша учился в частной школе, он уже пошел в третий класс, и учителя не могли нарадоваться его успехам. Сын свободно болтал по-английски, занимался танцами, ходил на каратэ и акробатику, сочинял сказки и писал стихи. Казалось, что способности у него ко всему на свете, и чем бы он ни занимался, его везде ждет успех.

   В этом году он решил стать музыкантом. Узнав адрес музыкальной школы, сам выяснил всю информацию о приеме, сдал с разрешения родителей все экзамены, и теперь Марина возила его на другой конец города на занятия. Он постоянно порывался ездить в школу самостоятельно, на что Марина твердо и четко отвечала:

   – Вот в Америке, если встречают ребенка до двенадцати лет одного без родителей, сразу звонят в социальную службу, и родителям грозит серьезное наказание, а органы опеки имеют право даже забрать детей из семьи. Считай, что у нас, как в Америке, и я буду возить тебя сама.

   Виктор еще ходил в садик, он сильно отличался от старшего брата, главным образом, отсутствием интересов и увлечений. Кроме обязательных занятий танцами в кружке при садике он больше никуда не ходил.

   Его главное жизненное предназначение – быть радостью и любовью отца и матери, солнышком для всех окружающих. Часто Марина, глядя на него, думала, что зря всю беременность мечтала о девочке. Такой красивый мальчик с длинными и пушистыми ресницами и прекрасными васильковыми глазами вызывал только одно желание – обнять его и расцеловать.

   Дом был обустроен по последнему слову модных дизайнерских тенденций. Она уже в третий раз переделывала интерьер, сама работала над дизайном, рисовала эскизы встроенной мебели. После того первого ремонта, что она выдержала в одиночку, Марине больше никакая стройка была не страшна.

   Сейчас она решила, что им больше не нужен камин – ведь для него надо заготавливать дрова. В доме и без камина было тепло и уютно, и она решила в очередной раз переделать зал и поменять всю мебель.

   Цветы в саду распускались весной буйным цветом, радуя своих хозяев. Яблони и орех плодоносили, вишня ломилась от ягод, а лимон дарил им желтые, блестящие при ярком солнечном свете, плоды.

   Не жизнь, а сказка! Наконец-то, она показала свою добрую улыбку.

   Подруга Нина пришла в гости, Марина красиво накрыла стол, достав недавно купленный для гостей чешский сервиз.

   Нина окончила педагогический институт, и теперь работала учительницей начальных классов. Не зря она всегда была такой мудрой, теперь вот ее ум и мудрость помогают подрастающему поколению. Да и Марине она всегда давала дельные советы, с Ниной можно говорить обо всем на свете.

   Они сидели за чашечкой чая и мирно болтали.

   – Знаешь, Нина, все так хорошо, что мне даже не верится в свое счастье.

   – Ой, Маринка, ты самая счастливая из всех, – сказала Нина, – все, чего ты хотела от жизни, получила. У тебя прекрасный муж, чудесная семья, большой, теплый и светлый дом. Ты должна чувствовать себя абсолютно счастливой.

   – Да, ты права, наверное, – задумалась Марина, – мы часто просим у Бога чего-то, без чего не можем стать счастливыми. А потом все получаем – и почему-то опять не чувствуем себя счастливыми.

   – И чего же тебе сейчас не хватает? – насмешливо спросила Нина.

   – Не знаю…. Я хотела внимания, заботы, тепла, любви. Вроде бы теперь все это есть, но иногда мне кажется, что слишком много тепла, слишком много внимания, слишком много заботы. И так все это окружает, что хочется сбежать куда-нибудь и спрятаться хотя бы на время.

   – Ты больная на голову, – сказала Нина, – ты должна быть благодарна за то, что есть, и не требовать больше.

   – Да я и не требую. Разумом я все понимаю, – сказала Марина, – а на душе иногда – хоть волком вой!

   – С жиру бесишься, дорогая подруга! – сказала Нина, и начала прощаться.

   – Ну, ладно, хорошо посидели, спасибо. А я поеду в свою общагу. У меня по-прежнему казенные стены, маленькая зарплата, и изменений не предвидится, – вздохнула она, и тепло обняла Марину.

   – И чтоб не ныть! – сказала она напоследок, дав свою педагогическую установку.

   Только они успели попрощаться, и за Ниной захлопнулась входная дверь, как на пороге возник муж. На лице его сияла такая улыбка, что в доме чуть не вспыхнули все лампочки.

   – Что это ты такой веселый и радостный? – спросила Марина, – день хорошо прошел?

   – Привет, жена! – сказал он с порога, – ужин пока не накрывай, пойду, прогуляюсь с малым.

   Он схватил Виктора, одел его второпях, и пошел с ним гулять на заброшенный пустырь. Марина любовалась на них из окошка.

   Такие они красивые, родные. Витенька растет таким красавчиком, таким умничкой, абсолютно беспроблемный ребенок. Почему другие родители жалуются, что тяжело растить малышей? Ведь от них столько радости и счастья!

   Малыш гонял палкой голубей, испуская радостные крики индейца, а папа стоял рядом, глядя куда-то вдаль, и, как ей показалось, с отсутствующим взглядом.

   Вдруг на душе у Марины стало тревожно. Острое и неминуемое предчувствие беды неожиданно и безжалостно сжало стальным обручем горло. Она начала задыхаться. Поняв, что это всего лишь паническая атака, Марина попыталась быстро взять себя в руки.

   Она пошла на кухню, разогреть приготовленные для мужа спагетти под соусом болоньезе, положила макароны на красивую тарелочку, достала вилки и салфетки, хлеб. Помня о привередливости мужа, осмотрела еще раз накрытый стол, чтобы не упустить малейших деталей.