Обречённая на счастье в объятиях тирана

Глава 4

Я начала расхаживать по комнате, пытаясь успокоиться.
Но больше я злилась на себя. Где моя выдержка? Я же леди.
А если Милена заподозрит, что я знаю больше, чем она предполагает?
Простонав, села на край кровати и обхватила руками голову.
Когда в дверь постучали, я метнула на неё гневный взгляд. Но тут же смягчилась, когда увидела маму.
– Доченька, Милена сказала, что ты захворала, – тихо проговорила она, – я пришла проведать тебя.
– Мама, входи, конечно, – я встала и шагнула к ней навстречу, и приглашающим жестом указала на кресло, – садись.
Подхватив подол платья, она села в мягкое кресло.
– Что ещё сказала сестра? – спросила я, садясь на массивный стул.
– Что у тебя истерика, – ответила маменька, внимательно всматриваясь в моё лицо. – Ты нервничаешь из-за того, что приходится ехать к тётушке?
Меня так и подмывало сказать, что уезжаю как раз, потому что перенервничала. А виновата в этом единственная сестрёнка и поклонник, которого вы привечаете.
Но, тяжело вздохнув, произнесла:
– Когда я прочитала её письмо, то поняла, как ей одиноко. И мной овладело беспокойство. Увы, Милена стала свидетельницей моего нервного срыва.
Прижав ладони к груди, мама обеспокоенно проговорила:
– Доченька, может, отложишь поездку? Восстановишься, а потом поедешь. Путь-то неблизкий.
Натянуто улыбнувшись, я произнесла:
– Я уеду, как только будут готова карета.
Мама сокрушённо покачала головой.
– Отец рад, что ты едешь. Он готов выполнять любой каприз леди Воулсен.
– Она же его сестра, – пожала я плечами.
Поджав губы, мама отвела взгляд в сторону.
То, что мама и тётушка друг друга недолюбливали, знали все. Но о причине их вражды никто не догадывался.
– А насколько ты уедешь? – мама подняла на меня глаза, полные печали.
Я пожала плечами.
– Может, месяца на три.
Протяжно выдохнув, она покачала головой.
– Долго…
Мама протянула ко мне руку.
– Дай мне свою ладошку, моя красавица.
Улыбнувшись, я вложила руку в её раскрытую ладонь.
– Оливия, тебе будет там скучно. Она же домоседка, и вы никуда не будете выезжать.
– Займусь вышивкой, – парировала я.
– А здесь скоро начнутся балы.
– Пропущу этот сезон, ничего страшного.
Мама замолчала. Но через мгновение сказала:
– Я скучать буду по тебе, доченька.
– И я.
– Мне не удастся тебя отговорить от поездки? – она печально улыбнулась.
Я отрицательно помотала головой.
– Ну что ж, – мама встала, – тогда собирайся.
– Ты потом проводишь меня?
– Конечно, я выйду во двор, чтобы благословить тебя на столь дальний путь.
Я обняла её и прошептала:
– Мамочка, я тебя очень люблю.
-- Оливия, я тебя тоже очень люблю.
Когда она вышла, я смахнула выкатившиеся слёзы.
Шмыгнув носом, подошла к окну.
– Но я же не навсегда уезжаю… – насупившись, пробубнила я.
Прислонившись лбом к стеклу, посмотрела вниз. Вокруг клумбы ходила повариха, поливая из лейки мамины белые розы.
Переведя взгляд направо, увидела, как кучер протирает тряпкой карету. Мою карету. В животе стянулся тугой узел.
И только сейчас я осознала, что впервые еду так далеко. Одна…