Обрекая на проклятье

Глава 9 «Убивать легче чем лечить»

Рукоять меча холодила кожу. Валтер за долю секунды освободил свой разум от всех эмоций, оставив лишь испепеляющую ярость. Он спустил зверей с цепи своей души, освободив гнев, так просившийся наружу.

Монстр сделал первый рывок. Его крылья развевались, создавая мощный поток ветра, заставляющий Валтера пошатнуться. Но он не позволил себе потерять равновесие, концентрируя весь свой вес на ногах. Скорпион ловко увернулся от когтей, стремящихся вонзиться в плоть. Ощутив, как воздух свистит рядом с его ухом, он с хлестким звуком парировал удар мечом, на мгновение создавая искры в воздухе. Валтер использовал этот момент, чтобы нанести ответный удар. Его меч пронёсся вдоль тела монстра, оставляя глубокую кровавую царапину на коже. Зверь издал яростный крик и с бешеной скоростью бросился в атаку снова, взмывая в воздух. Скорпион за долю секунды успел пригнуться, чувствуя, как крылья проносятся над головой. Он не позволил себе потерять концентрацию: его глаза следили за каждым движением твари, как хищник за жертвой.

Целительница что-то пропищала за его спиной, привлекая внимание летающей твари. Монстр хищно взглянул на неё и, взлетев, направился в сторону раненой Девы. Она с ужасом в глазах не могла шелохнуться. Кровь заливала её руку, ещё больше привлекая зверя запахом.

Громко выругавшись, Скорпион бросился к Целительнице. Тварь уже тянула свои когти к девушке, когда он вырос прямо перед ней, прикрывая её дрожащее тело собой. Взмахом меча Валтер ловко парировал очередной удар когтей. Он услышал протяжный визг испуганной Агнессы. С блеском в глазах он нанёс резкий удар мечом, проникая в чешую на шее монстра. Чудовище вздрогнуло, и его рёв заполнил лес, сливаясь с женским визгом. Вот он — решающий момент. Скорпион сделал шаг вперёд, не давая крылатому ни шанса на восстановление. Сосредоточив всю свою силу и ярость, Валтер нанёс мощный удар в уязвимое место, где чешуя была повреждена ранее. Меч проник глубоко, и монстр, издав последний, пронзительный крик, начал падать. Его тело с глухим ударом врезалось в землю прямо перед ногами Скорпиона. Он стоял, возвышаясь над огромной тушей крылатой твари. Его грудь ходила ходуном от тяжёлого дыхания, сердце колотилось от накатывающих волн гнева и ярости.

Звери его души получили свою разрядку, и он будто почувствовал себя живым, вновь наполненным. Оранжевый свет заката падал на его бордовые глаза. Скорпион, вынув меч из туши зверя, ощутил, как последние остатки злости утихают, давая место другим эмоциям.

Он вспомнил о раненой Деве. Обернувшись, Валтер нашёл её вжимающуюся в дерево. Дева поджимала к себе колени, прикрыв рот рукой, чтобы заглушить свой визг. Её рука неестественно лежала, покрывшаяся кровью.

«Угораздило же», — бухтел он в своей голове, приближаясь к ней. Агнесса подняла на него свои зелено-голубые испуганные глаза. Валтер ничего не ощутил, увидев её такой. Скорее всего, потому что не он являлся виновником её страха.

Убрав меч за спину, он присел на корточки со стороны повреждённого плеча, задумчиво осматривая дорожку крови, стекающую по её руке. Из него такой же лекарь, как из неё воин.

— Н-н-нужно вынуть, — заикалась она, также бросая взгляды на своё плечо.

Выглядело не то чтобы плохо: тонкий сучок даже не насквозь впился в её тело. Он хотел закидать её своим ехидством с ног до головы: она же тут Целительница, единственная в своём роде, вот и пусть лечит себя сама! Ему-то какое дело?

— Валтер... — Он услышал нотки мольбы в её слегка охрипшем от визга голосе.

Театрально вздохнув, Скорпион без всякой подготовки одним движением снял её с сучка. Девичий вскрик боли оглушил его.

— Ты попросила, — пожал плечами Валтер, встречая её обескураженный взгляд.

Сил перепираться с ним у неё не было. Она выглядела бледной как поганка, с глазами, полными страха. Дева осторожно попыталась пошевелить рукой, но, вздрогнув от боли, вернула её в первоначальное положение.

— Сучок — это ещё не всё? — скорее подтвердил, чем спросил он.

Агнесса отрицательно покачала головой. Она бросила взгляд на мёртвое тело крылатого, будто отвлекая себя от мыслей.

— Убиваешь ты... неплохо, — запнувшись, прошептала Целительница, рассматривая лежащую тварь.

— Я бы даже сказал великолепно, — ухмыльнулся Скорпион, также отвлекаясь от мыслей о её плече. Он догадывался, что дело в нём, и догадывался, что сама она не справится. Ему досталась самая бесполезная Целительница из всех.

— Надеюсь, вправить моё плечо у тебя также хорошо получится, — мрачно произнесла она, возвращая ему свой взгляд. Этот взгляд был полон надежды вперемешку с ужасом.

— Лучше бы это случилось со мной, — причитал он, смотря себе под ноги. Ей было бы проще вправить его плечо, чем ему побороть эту тварь. Он смог бы и одной рукой. Самонадеянно? Скорее всего, но убивать он умел лучше, чем лечить.

— Соберись, пожалуйста, я буду плохим союзником в пути без руки! — уговаривала Дева.

Скорпион не сдержал ухмылку. «Будто ты была хорошим союзником до этого», — подумал он, но вслух говорить не стал, наверное, потому что лукавил. Она поджала губы, ожидающе таращась на него.

— Говори что делать. — сдался Валтер, решив быстрее отделаться от этого. Вправить плечо не звучало как что-то сложное.

Целительница тяжело вздохнула, собираясь с мыслями. Здоровой рукой она аккуратно ощупывала своё пострадавшее плечо, тихо шипя от боли.

— Тебе нужно взять здесь и здесь, — указала она пальцем. — Одним, в меру сильным движением предплечье потянуть к себе, а плечо от себя. Важно, чтобы это было одновременно, — объясняла Целительница.

Валтер занял удобное положение на коленях перед ней. Он решил проявить аккуратность, обхватывая её предплечье и плечо руками.

— Только... — сомневаясь, проронила она ему под руку. — Не сломай меня.

Он мрачно хмыкнул, вернув взгляд к своим рукам. Взгляд Скорпиона бегал по её руке, выдавая страх. Вправлять кому-то кости ему ещё не доводилось, ломать — да. Ладони ощущали её мягкую рубашку, измазанную кровью. Подышав ещё пару секунд, он переглянулся с ней и неожиданно для себя нашел во взгляде Девы уверенность. Если она смогла в него поверить, он не мог не сделать этого, да и ей оставалось лишь верить ему.